Русская луна над Хогвартсом // Ожп/Теодор Нотт

Вторничное утро встретило меня сонной прохладой подземелий, но внутри, вопреки вчерашнему изнурительному вечеру, крепла удивительная, упрямая бодрость. Я открыла глаза и первым же делом посмотрела на свою левую руку. Благодаря фамильному бальзаму Ноттов, воспаление полностью спало. Длинная, уродливая полоса от ладони до самого локтя, где вчера багровели буквы министерской покорности, затянулась ровной, едва заметной бледной корочкой. Боль утихла, оставив лишь лёгкое, глухое напоминание.
Я бережно перевернула в руках хрустальный флакон, который Теодор оставил мне вчера ночью. Мази оставалось ровно половина - как раз столько, чтобы выполнить обещание, данное Поттеру. Быстро достав из сумки чистый, маленький аптекарский пузырёк, который я привезла с собой из Лондона, я аккуратно перелила туда часть густого тёмно-изумрудного бальзама.
Следом я достала второй флакон - подарок Дамблдора с Зельем Лунного Света. Пить его в чистом виде прямо из горлышка было бы глупо, поэтому я решила взять его с собой в Большой зал, чтобы незаметно добавить положенные три капли прямо в утренний напиток и спокойно выпить, немного разбавив зелье.
Приведя себя в порядок и привычно спрятав следы усталости под глазами, я повязала свой уникальный двуцветный галстук. Буран, свернувшийся тёмным пушистым клубком на изумрудном покрывале, лениво пошевелил ушками и ткнулся своим белым носиком в мою ладонь.
- Отдыхай, Буран. Сегодня в Большом зале тебе лучше не появляться, пускай жаба думает, что её приказы подействовали, - тихо шепнула я по-русски, ласково погладив его по белому кончику хвоста.
Мои каштановые волосы на прощание вспыхнули ровным, мягким белым светом по умолчанию. Магия послушно утихла, и я, напустив на себя маску абсолютной сдержанности, решительно вышла из спальни.
В гостиной Слизерина Блейзик и Теодор уже ждали меня у камина. Блейзик лениво поправлял воротник мантии, удерживая на лице свою фирменную заговорщическую ухмылку истинного мавра. Теодор стоял чуть поодаль, небрежно крутя в пальцах графитный карандаш. Стоило мне подойти, как его внимательные карие глаза созерцателя звёзд мгновенно скользнули по моему лицу, а на самом дне его омутов ласково и тепло полыхнули те самые серебристые искры облегчения. Мы стояли недалеко друг от друга, разделяя это немое понимание - вчерашняя ночь связала нас в тугой, нерушимый узел. Мы вместе двинулись на завтрак.
Большой зал гудел, как растревоженный улей. Стоило нам войти, как сотни глаз приковались к моей левой руке. Дафна Гринграсс за слизеринским столом впилась в меня ревнивым, расчётливым взглядом, надеясь увидеть мои слёзы или слабость, но я шла с гордо поднятой головой.
Проходя мимо стола Гриффиндора, я на секунду притормозила у скамьи, где сидело Золотое трио. Гарри выглядел бледным и измученным, его левая ладонь была плотно замотана школьной мантией. Стоило ему поднять на меня свои зелёные глаза гриффиндорского льва, как я незаметно, скрытно от преподавательского стола, опустила маленький пузырёк с бальзамом Ноттов прямо в его приоткрытую сумку.
- Смажь перед уроками, Гарри. Ровно половина, как и обещала, - едва слышно шепнула я по-русски, пока серебряный кулон под воротником безупречно транслировал мои слова в его сознание тихим стальным эхом. - Моя рука уже затянулась. Сделай так, чтобы жаба сегодня не увидела твоей боли.
Гарри незаметно нащупал флакон в сумке, и в его глазах полыхнула такая глубокая, оглушительная благодарность и стальная решимость, что невидимый гриффиндорский договор между нами укрепился ещё сильнее. Мы переглянулись и коротко, победно столкнулись кулачками прямо под краем стола - это был наш тайный знак грядущей победы.
Я спокойно прошла к змеиному столу и опустилась на своё место. Блейзик, весело хмыкнув, тут же придвинул ко мне кубок. На этот раз я уже чётко знала, что это за напиток. Напустив на себя невозмутимый вид, я достала из кармана флакон Дамблдора, аккуратно отсчитала ровно три капли Зелья Лунного Света прямо в тыквенный сок и спокойно, размеренно всё выпила. Специфический вкус сока немного разбавился прохладной мятой, а магия внутри окончательно затихла, подчиняясь идеальному лунному контролю.
На возвышении, за преподавательским столом, уже восседала профессор Амбридж. Министерство магии в розовой кофточке победно улыбалось, смакуя свою вчерашнюю жестокость. Она в упор разглядывала нас с Поттером, ожидая увидеть сломленных, покорных учеников.
Но когда мы с Гарри одновременно, демонстративно подняли свои левые руки, беря кубки с соком, жаба буквально поперхнулась воздухом. Моя рука от ладони до самого локтя была абсолютно чистой, без единого воспаления или следа крови. На лице Амбридж фальшивая ухмылка мгновенно сменилась багровым шоком и растерянностью. Её жуткие чёрные перья оказались бессильны против нашей выдержки.
Вся эта её министерская паника и глупый ступор внезапно чертовски меня позабавили. Искра девичьего веселья пробила контроль зелья: ровное белое сияние локонов по умолчанию на секунду дрогнуло, и из моих каштановых прядей озорным, ярким каскадом брызнули жёлтые и золотые искры радости. Они весело закружились в прохладном воздухе Большого зала, ослепляя Амбридж и заставляя Блейзика за столом громко, искренне рассмеяться. Наш «Штиль» Слизерина снова был доволен устроенным эффектом.
Теодор Нотт, сидевший напротив, тихо, вкрадчиво улыбнулся, пряча карандаш в карман. Из моих волос ленивым облаком выпорхнули нежные светло-бирюзовые и розовые искорки благодарности, адресованные лично ему, и невидимые нити между нами окончательно скрепили этот триумф.
После триумфального завтрака день покатился по привычным рельсам, однако Амбридж явно не собиралась прощать нам утренний щелчок по носу. На первом же совместном уроке Защиты от Тёмных Искусств она устроила настоящую ментальную облаву. Её маленькие жабьи глазки так и сверкали злобой. Стоило классу усесться на свои места, как профессор демонстративно шумно раскрыла журнал.
- Мисс Лунова! - фальшиво пропела она, в упор разглядывая мои безупречно чистые, затянувшиеся руки. - К доске. Раз уж вы приехали к нам по обмену, давайте проверим, насколько глубоко вы усвоили основы министерской концепции оборонительной магии. Начнём с первой главы.
В классе воцарилась напряжённая тишина. Жаба то и дело прерывала меня, придирчиво допрашивая по теоретическим текстам Министерства, цеплялась к каждой формулировке и надеялась поймать меня на малейшей ошибке, чтобы выписать новую порцию отработок. Но магия, сдерживаемая тремя каплями Зелья Лунного Света, разбавленного в тыквенном соке, вела себя идеально. На моём лице застыла маска абсолютной выдержки. Я цитировала параграфы сухо, монотонно и строго по её приторным учебникам, из-за чего Амбридж лишь яростно раздувала ноздри, не в силах зацепиться хоть за какое-то нарушение дисциплины. Поняв, что сломить меня знанием параграфов сегодня не удастся, Амбридж брезгливо захлопнула книгу и решила зайти с другой стороны, цепляясь ко мне просто потому что. Её лицо исказилось в приторной, ядовитой ухмылке, и она решила ударить по моему происхождению.
- Что ж, мисс Лунова, text вы зазубрили прилежно, - слащаво, с явной издёвкой протянула она, обходя свой стол и приближаясь ко мне. - Но теория - это одно, а вот истинное понимание цивилизованной британской магии - совсем другое. Боюсь, в вашей далёкой, дикой России колдовство слишком долго оставалось на уровне варварских суеверий и бесконтрольных лесных чар. Нам в Министерстве магии прекрасно известно, как у вас там относятся к законам дисциплины. Скажите, мисс Лунова, неужели в ваших краях всех молодых ведьм воспитывают в такой... вызывающей, агрессивной манере, или это лично ваше упрямство мешает вам стать достойной студенткой Хогвартса? Чистокровные семьи Англии веками выстраивали устои порядка, а вы привозите сюда свои неотёсанные заграничные привычки.
По классу пронёсся колючий шёпот. Драко Малфой на передней парте злорадно ухмыльнулся, а Дафна Гринграсс победно вскинула подбородок, явно наслаждаясь тем, как министерская жаба пытается публично унизить моё происхождение. Но я не сдвинулась ни на миллиметр. Внутри меня мгновенно закипела упрямая славянская гордость, и Зелье Лунного Света на секунду едва не сдало позиции. Мои ровные прямые волосы упрямо попытались закрутиться на самых кончиках, но я сделала глубокий вдох, силой воли удерживая контроль и возвращая каштановым прядям их мягкий белый лунный свет по умолчанию.
Выдержав издевательскую паузу, я посмотрела Амбридж прямо в её маленькие жабьи глаза и ответила поразительно спокойным, но звенящим голосом по-русски, пока кулон безупречно разносил перевод:
- Профессор Амбридж, в нашей далёкой и, как вы выразились, дикой России магия действительно неразрывно связана с силами природы, но это учит нас главному - выносливости и умению держать удар в любую бурю. Наши устои ничуть не моложе министерских законов Британии. И если цивилизованная магия Англии заключается в том, чтобы цепляться к чужому происхождению из-за невозможности сломить ученика правилами... то я искренне сочувствую вашим вековым традициям.
Амбридж на секунду буквально лишилась дара речи, её лицо из нежно-розового стремительно стало грязно-багровым, а пухлые губы мелко задрожали от ярости. Она брезгливо махнула рукой, приказывая мне сесть на место, так и не найдя, что ответить на этот ледяной отпор. Гарри с задней парты бросил на меня победный взгляд, а Теодор и Блейзик наблюдали за мной со спокойной уверенностью истинных змей.
Опыт вчерашней пытки и сегодняшних нападок показал: мне необходимо собственное место для работы. Полагаться только на бальзамы Теодора было нельзя, да и обещание, данное Гарри, требовало действий. Мне был нужен котёл прямо в моей новой слизеринской спальне, чтобы варить целебные мази. Но я понятия не имела, где находится кабинет директора, и ломиться туда напрямую без предупреждения было бы глупо.
В конце учебного дня, когда коридоры Хогвартса заполнились шумящей толпой студентов, я заметила строгую, величественную фигуру в изумрудной мантии. Профессор Макгонагалл как раз шла со стороны башни Гриффиндора.
Я ускорила шаг и, стараясь не привлекать лишнего внимания, подошла к ней:
- Профессор Макгонагалл, извините, пожалуйста, - негромко обратилась я по-русски, пока кулон выдавал ровный, стальной английский перевод. Мои волосы сияли мягким белым светом по умолчанию. - Не могли бы вы подсказать, где именно находится кабинет директора Дамблдора? Мне очень нужно обсудить с ним один важный организационный вопрос касательно моего двойного статуса и программы обучения.
Декан Гриффиндора остановилась, внимательно и строго окинув взглядом мой красно-зелёный галстук и сдвоенную нашивку. Её губы сжались в тонкую линию, но в глазах промелькнула тёплая, понимающая искра. Она явно знала о вчерашнем скандале в Большом зале и ночной отработке у Амбридж.
- Разумеется, мисс Лунова, - спокойно ответила Макгонагалл, поправляя свои очки. - Кабинет директора находится на восьмом этаже, за большой каменной горгульей. В данный момент профессор Дамблдор у себя. Пароль для горгульи на этой неделе - „Лимонный шербет". Ступайте.
- Спасибо большое, профессор, - искренне поблагодарила я, коротко склонив голову.
Я поднялась на восьмой этаж и без труда отыскала массивную каменную птицу. Назвав пароль, я дождалась, пока стена плавно повернётся, открывая винтовую лестницу, и поднялась наверх.
Альбус Дамблдор сидел за своим массивным столом, перебирая какие-то старинные свитки, а его серебряные приборы вокруг тихо попискивали и выпускали причудливые струйки дыма. Стоило мне переступить порог, как его добрые глаза за половинками очков блеснули искренним радушием.
- Профессор Дамблдор, - вежливо обратилась я, проходя вглубь кабинета. - Я пришла просить вас о небольшом одолжении. Мне бы очень хотелось, чтобы в мою комнату в подземельях Слизерина переместили хотя бы небольшой рабочий котёл и базовый набор весов.
Директор внимательно посмотрел на меня, чуть наклонив голову и соединив кончики пальцев:
- Вот как, Лилия? Спальни Хогвартса обычно не предназначены для алхимических опытов. Зачем же гриффиндорской змейке личная лаборатория, когда у профессора Снейпа внизу прекрасные классы?
Я упрямо вскинула подбородок, напустив на себя вид исключительно прилежной ученицы, и уверенно озвучила заготовленную легенду:
- Видите ли, профессор, британские методы Зельеварения сильно отличаются от того, что я изучала ранее. Чтобы быстрее догнать программу вашего министерского курса и одновременно практиковать и проверять наши славянские методики взаимодействия с травами, мне необходимы самостоятельные вечерние занятия. В общих классах профессора Снейпа слишком шумно, а здесь я смогу спокойно проверять теорию на практике, не отвлекаться на чужие правила и работать в своём темпе. Обещаю соблюдать полную технику безопасности.
Я сделала короткую паузу, а затем, словно вспомнив важную деталь, добавила чуть более смущённо:
- И ещё один момент, профессор... Мне ведь понадобятся ингредиенты. Мало ли какие правила действуют в Хогвартсе, я просто не знаю здешних запретов. Подскажите, где мне можно беспрепятственно рвать и собирать травы для своих зелий? Понятно, что часть я могу взять в учебных теплицах, которые выращивает профессор Стебль, но для моих мазей и рецептов частенько требуются дикорастущие растения, коренья и травы. Где на территории замка это разрешено, чтобы я случайно ничего не нарушила?
Я, конечно, не стала говорить ему в лоб, что котёл и свежие травы нужны мне для варки мазей от кровавых перьев его Верховного инквизитора. Но Дамблдор не был бы величайшим магом, если бы не умел читать между строк. Его взгляд на секунду скользнул по моей левой руке, где под рукавом рубашки скрывались затянувшиеся предплечья, и в глубине его глаз промелькнула грустная, но твёрдая искра одобрения. Он прекрасно понял, для чего именно я собираюсь толочь свои травы и коренья.
- Что ж, стремление к знаниям и верность своим методам - это прекрасные качества, Лилия, - мягко улыбнулся директор, поправив мантию. - Касательно теплиц профессора Стебль - вы можете брать там всё необходимое для самообразования. А что касается дикорастущих трав... Опушка Запретного леса и берега Чёрного озера богаты редкими растениями. Вы можете собирать их там в дневное время, разумеется, не заходя вглубь чащи.
Я сделала глубокий вдох, глядя директору прямо в глаза. Внутри меня всё ещё боролись сомнения. С какими намерениями Дамблдор на самом деле оставил мне флакон с Зельем Лунного Света? Желал ли он мне блага, пытаясь защитить от министерских глаз, или это был лишь хитрый способ полностью подчинить и сковать мою истинную, дикую силу медиума? Я решила тонко, едва заметно намекнуть ему на недавний сбой его подарка, надеясь, что великий маг расшифрует послание и, возможно, как-то доработает состав.
- Кстати, о ваших методах контроля, профессор... - тихо, с вкрадчивой иронией произнесла я, слегка коснувшись пальцами воротника рубашки, под которым скрывался кулон. - Ваше лунное средство действительно творит чудеса, когда дело касается повседневной рутины. Но я успела заметить, что на слишком яркие, неистовые эмоции этот барьер срабатывает далеко не всегда. Иногда, когда внутри всё буквально закипает от гнева или упрямой гордости, стихийная сила полностью пробивает контроль. Искры тогда с бешеной, колоссальной скоростью вырываются прямо из-под головы, и удержать их под замком становится никак невозможно. Видимо, дикая магия не терпит абсолютных рамок, какими бы благими ни были намерения того, кто эти рамки создавал.
Дамблдор замер, внимательно вглядываясь в моё лицо. Его добрые глаза на мгновение сузились, а на губах заиграла едва заметная, глубокая и мудрая улыбка. Он уловил мой скрытый намёк, безошибочно поняв, что вчера в Большом зале оранжево-красный всплеск произошёл вопреки действию его капель. Если это он создавал зелье, то он точно поймёт, в какую сторону нужно скорректировать рецепт.
- Дикая магия стихий всегда ищет выход, Лилия, особенно когда юное сердце переполняют столь сильные чувства, - мягко и многозначительно ответил директор, и в его голосе прозвучало искреннее понимание. - Я приму это к сведению. Думаю, я смогу уладить вопрос и с домовиками. К сегодняшнему вечеру небольшой серебряный котёл будет ждать тебя у камина в твоей спальне. Практикуйся на здоровье.
- Спасибо, профессор, - искренне выдохнула я.
Из моих каштановых локонов ленивым облаком выпорхнули нежные светло-бирюзовые и розовые искорки благодарности, закружившись под высоким потолком кабинета.
Когда я возвращалась в подземелья, в коридоре меня перехватила Гермиона. Взволнованно поджав губы, она быстро сунула мне в руку плотно свёрнутый кусочек пергамента и поспешно скрылась за поворотом. Я развернула записку. Гермиона прекрасно понимала, что я новенькая в замке и понятия не имею, где находится это загадочное тайное место, поэтому расписала всё максимально подробно. Аккуратным, убористым почерком Грейнджер на пергаменте было выведено:
«Четверг. Вечер. Поднимайся на восьмой этаж. В левом крыле, прямо напротив огромного гобелена, где тролли пытаются обучить балету Варнаву Ненормального, ищи пустую кирпичную стену. Пройди мимо неё три раза, напряжённо думая о том, что тебе нужно тайное место для тренировок, и там появится дверь Выручай-комнаты. Будь осторожна».

Невидимые нити завязались ещё туже. Оружие против Амбридж готовилось по всем фронтам: в четверг нас ждало первое собрание отряда в левой рекреации восьмого этажа, а уже сегодня вечером в моей спальне закипит первый целебный отвар в моём личном котле.