ЛЕТО С СЫНОВЬЯМИ МАМИНОЙ ПОДРУГИ||OG BUDA

Гриша

я замолкаю на полуслове, заметив, что её дыхание стало ровным и глубоким. смотрю на неё — притихшую, устроившуюся рядом, с растрепавшимися по подушке кудрями — и сам невольно улыбаюсь, чувствуя, как где-то внутри разливается странное, теплое спокойствие.

аккуратно, стараясь не разбудить, убираю прядь волос с её лица и натягиваю повыше край одеяла.

— спи, львёнок, — шепотом говорю я, выключая настольную лампу и оставляя нас в темноте.

самому спать уже совсем не хочется, но я придвигаюсь чуть ближе, прислушиваясь к ее дыханию, и думаю о том, что эта дурацкая сказка про саванну была лучшей вещью, которую я придумал за последнее время.

я лежу в темноте, глядя в потолок, и в тишине комнаты вдруг отчетливо слышу эхо собственных слов: «вдруг моей девушкой будешь ты».

фраза сорвалась с языка легко, просто чтобы подразнить её, заставить снова возмутиться и выдать очередную порцию язвительных реплик. но сейчас, когда в комнате осталось только её ровное дыхание, эти слова застревают в голове и крутятся на повторе.
с них ведь всё и началось. я просто хотел утихомирить её вредный характер, а в итоге сам не заметил, как загнался в эту глупую, но удивительно притягательную фантазию про львов, саванну и общий дом.

я поворачиваю голову, вглядываясь в её силуэт в полумраке. и чем дольше смотрю, тем отчётливee понимаю: мысль о том, что всё это может быть не просто шуткой, пугает куда меньше, чем должна бы. более того — она начинает казаться на удивление правильной.

хищно улыбнувшись в темноте своим мыслям, я осторожно придвигаюсь ближе, устраиваясь поудобнее. до утра ещё далеко, а мне теперь есть о чём подумать.

я осторожно протягиваю руку и кончиками пальцев начинаю медленно, едва касаясь, накручивать на палец одну из ее непослушных кудрей. мягкие пружинки пружинят в руке, а я лежу и думаю о том, что эта импровизированная сказка про саванну, прайд и зебр оказалась, пожалуй, лучшей историей из всех, что я когда-либо слышал или сочинял.

да и придумывать ее оказалось на удивление легко, когда перед глазами живой пример той самой «львицы», которая способна устроить бурю из-за любой мелочи, но от которой почему-то совершенно не хочется отпускать взгляд.

я задерживаю дыхание, боясь спутнить её сон, и аккуратно, едва слышно, наклоняюсь ближе к самому уху, чтобы дорассказать то, что осталось за кадром нашей ночной саванны.

— а потом... — так же тихо шепчу я в полумраке, продолжая легко перебирать её кудри, — старый вожак лег рядом с упрямой львицей, прижал к себе, чтобы она не мерзла под порывами холодного ветра, и понял, что никакой другой прайд ему даром не нужен. и жили они долго и счастливо... — делаю короткую паузу и добавляю совсем еле слышно: — конец.

улыбаюсь своим мыслям, прикрываю глаза и наконец проваливаюсь в сон, крепко прижимая к себе моё главное сокровище.

***
утром я просыпаюсь от её возмущенного вопля, который разрывает тишину комнаты:

— господи, ляхов, ты вообще охренел?!

я лениво приоткрываю один глаз, сладко жмурюсь от яркого утреннего света и хриплым со сна голосом бормочу:

— чё ты орёшь спозаранку?..

— он ещё и спрашивает! — взрывается она, тыча пальцем в мою сторону. — сначала пялился на мою грудь, теперь ещё и полуголый со мной спал!

я легонько потягиваюсь, пытаясь сообразить что к чему, и зеваю:

— ну, не голый же, в шортах... давай, ложись обратно, рано ещё.

я приподнимаюсь на локте и хлопаю ладонью по матрасу рядом с собой, приглашая её вернуться под одеяло и ко мне под бок.

— убирайся отсюда в свою комнату! — рычит она, не оценив моего гостеприимства, и со всего размаха опускает мне на голову тяжелую диванную подушку.

я медленно стягиваю с головы подушку, взъерошиваю волосы и, всё ещё до конца не проснувшись, поднимаюсь с кровати.

— даш, ты реально конченая какая-то, — бурчу я хриплым утренним голосом, лениво направляясь к выходу.

— дверь закрой за собой! — тут же прилетает мне в спину ее возмущенный крик.

я молча выхожу в коридор, прикрываю за собой дверь и бреду к себе в комнату, на ходу протирая слипающиеся от недосыпа глаза. падаю в кресло перед рабочим столом и бросаю взгляд на монитор компьютера — ярко-синие цифры на часах показывают ровно семь утра.

я тяжело вздыхаю, откидываясь на спинку кресла. нормально же спали, тепло, уютно... чё разоралась, дура?

падаю лицом вниз на собственную кровать, даже не включая свет, и зарываюсь лицом в подушку, которая кажется подозрительно холодной и пустой после того, как я только что согревал бок со своей ненормальной «львицей».

натягиваю одеяло до самого носа, пытаясь вернуть утренний сон, но в голове всё равно крутится этот её утренний вопль и обиженное выражение лица.

— психопатка, — бурчу я в подушку, окончательно отворачиваясь к стене.

впрочем, засыпать под этот утренний мандраж уже совсем не хочется, но усталость берет своё, и через пару минут я всё-таки проваливаюсь в тяжёлую дремоту.

я просыпаюсь часа два спустя, чувствуя, что выспаться так толком и не удалось. потирая глаза, я выхожу из комнаты и направляюсь на кухню, смутно рассчитывая застать там маму или тётю лену и урвать какой-нибудь нормальный человеческий завтрак — яичницу, бекон или хотя бы бутерброды.

но вместо них у плиты крутится даша, сосредоточенно переворачивая что-то на
сковородке.

я удивленно приподнимаю бровь и облакачиваюсь плечом на косяк двери:

— чё это ты за готовку взялась?

даша оборачивается, бросает на меня тяжелый взгляд и отчеканивает:

— мама и тётя таня уехали по делам, сказали, чтобы я завтрак приготовила.

я перевожу взгляд на стол и замечаю артёма, который уже сидит на своем месте с видом голодного волка и молча ждёт еду. не говоря больше ни слова, я подтягиваю стул и сажусь рядом с ним, присоединяясь к ожиданию.

спустя пару минут перед нами с тёмой приземляются две тарелки, обильно засыпанные панкейками и залитые липким шоколадным сиропом.

я скептически ковыряю вилкой этот приторный десерт и смотрю на дашу:

— а что-то нормальное будет?

она упирает руки в боки и прищуривается:
— а с этим что не так?

— я на завтрак предпочитаю что-то более сытное, — морщусь я, отодвигая тарелку подальше.

— не нравится — готовь сам, — фыркает она и наконец садится за стол напротив нас, с победным видом беря вилку.

артем косится на меня, безмолвно вопрошая взглядом: «чё это её с самого утра так штормит?»

я лишь неопределенно пожимаю плечами в ответ, хотя в голове уже крутится вполне четкое понимание причин. даша злится вовсе не из-за утренней готовки или того, что ей поручили повозиться у плиты. просто кто-то вчера слишком много рассуждал про «общий прайд» и засыпал рядом с ней под сказки о львятах, а утром сделал вид, что так и надо.

впрочем, озвучивать свои догадки артему я, разумеется, не собираюсь. вместо этого я беру вилку и, вздохнув, решаю всё-таки попробовать эти проклятые панкейки, раз уж альтернативы всё равно не предвидится.

я отправляю в рот кусочек панкейка, ожидая полной катастрофы из приторной сладости, но неожиданно оказывается вполне съедобно — тесто мягкое, а шоколад хоть и сладкий, но с утра под кофе заходит на ура.

артем, оценив обстановку и не дождавшись подвоха, тоже молча набрасывается на еду, уплетая их за обе щеки.

даша сидит напротив, с видом победительницы попивая чай и демонстративно игнорируя наши кислые мины, хотя в глазах у нее так и прыгают чертики.

я жую сладкий завтрак, бросаю на неё короткий взгляд и думаю о том, что зря она злится — панкейки у неё вышли неплохие. ну а с её характером мы ещё разберемся. когда допьем кофе.

даша ставит чашку на стол, звонко стукнув керамикой о блюдце, и заявляет:

— через полчаса после завтрака выезжаем.

я делаю глоток кофе, отпивая горький напиток в противовес приторным панкейкам, и лениво киваю, вспоминая, что вообще-то вчера обещал подвезти её по делам.

спустя те самые полчаса мы уже катим по дороге. в салоне машины царит полнейшая, звенящая тишина — даша молчит, уставившись в пассажирское окно, а я не спешу нарушать это напряженное молчание.

окна в машине широко открыты, впуская внутрь потоки теплого утреннего воздуха.
но спустя пару минут тишину прерывает её недовольный голос:

— закрой окна, мне холодно.

я удивленно кошусь на неё:

— ты прикалываешься? жара на улице.

даша полностью игнорирует мои слова, даже не повернув головы. она просто протягивает руку и резким движением нажимает на кнопку стеклоподъемника, поднимая свое стекло до упора.

я тут же тянусь к панели управления на водительской двери и нажимаю на кнопку, снова опуская её стекло. даша моментально реагирует, бьет по своей кнопке, поднимая его обратно.

мы устраиваем эту дурацкую войну стеклоподъемников ещё пару раз, пока я наконец не выдерживаю и не убираю руку с панели, бросив на неё раздраженный взгляд:

— ты мне так стекломеханизм в машине поломаешь!

даша отворачивается к окну, складывает руки на груди и бросает через плечо:

— ничё ей не будет.

бросаю взгляд на её непреклонный профиль, вздыхаю, понимая, что переубеждать её сейчас бесполезно, и решу хоть как-то разбавить эту дурацкую атмосферу в салоне.

— чё, сколько денег-то у тебя? — спрашиваю я, барабаня пальцами по рулю.

даша даже не поворачивается, отвечая с ледяным спокойствием:

— нормально.

я тяжело вздыхаю от такой исчерпывающей конкретики, плавно перестраиваюсь в правый ряд и через пару минут паркуюсь на просторной стоянке у торгового центра.

мы выходим из машины, заходим в прохладные стеклянные двери торгового центра и направляемся прямиком к магазину техники. даша идет уверенно, точно зная цель, и уже через минуту мы переступаем порог светлого павильона apple.

персонал приветливо кивает нам при входе, мы здороваемся в ответ и неспешно идем между рядами аккуратно расставленных витрин, разглядывая новинки.

наконец даша нарушает утреннее перемирие, останавливается возле одного из столов, берет в руки смартфон и, повернувшись ко мне, подает голос:

— вот этот, как ты думаешь?

она показывает мне новенький айфон шестнадцатой модели в уж очень ярком розовом цвете.

я скептически смотрю на устройство, а потом на неё:

— не думаешь, что он тебе быстро надоест?

даша задумчиво хмурится, переводя взгляд с меня на телефон, и спустя секунду кивает:

— ну да, ты прав...

она аккуратно кладет гаджет обратно на подставку, а я лишь тихо усмехаюсь, складывая руки на груди:

— ну конечно я прав.

— давай лучше классику, — говорю я, кивком указывая на соседнюю стойку. — белый или титановый. по крайней мере, через полгода не будет рябить в глазах от гламура.

даша недоверчиво косится на строгие расцветки, но всё же делает шаг в сторону новых витрин, явно взвешивая мои слова.

она переводит взгляд с витрины на меня, прищуривается и интересуется:

— а у тебя какой?

я молча достаю из кармана телефон, быстрым движением сдергиваю с него чехол и протягиваю ей свой айфон пятнадцатый про макс в строгом исполнении.

она крутит его в руках, оценивая вес и диагональ, и поднимает на меня глаза:

— хороший?

— ну, брал два месяца назад, доволен, — киваю я, забирая гаджет обратно и натягивая чехол на место.

— а если я такой же возьму? — спрашивает она, снова переводя взгляд на витрину с последними моделями.

я лениво пожимаю плечами и сую телефон обратно в карман:

— дерзай. никто же не запрещает.

в этот момент к нам бесшумно подплывает консультант в фирменной футболке и с дежурной улыбкой на лице:

— здравствуйте! вам подсказать что-нибудь?

даша тут же тушуется, сбавляет свой обычный командный тон и начинает что-то неуверенно мямлить про то, что она «просто смотрит», сбиваясь на «бе-ме» и не зная, как сформулировать запрос.

я закатываю глаза, беру инициативу на себя, киваю на витрину и уверенно говорю консультанту:

— мы хотим вон ту модель, пятнадцатую про макс. показывайте, что есть по цветам и памяти.

консультант тут же оживляется, кивает и начинает деловито доставать коробки, а я беру весь процесс выбора на себя. я сам уточняю все технические детали, оформление и условия, лишь изредка бросая на дашу вопросы для галочки.

— ну что, какой цвет-то брать будешь? — спрашиваю я, кивая на палитру.

она без долгих раздумий тыкает пальцем в мой вариант:

— такой же, как у тебя.

— а с памятью чё? — уточняю я, перебирая варианты.

— двести пятьдесят шесть, — коротко бросает она, окончательно перекладывая на меня всю ответственность за покупку.

когда дело доходит до кассы и консультант начинает оформлять покупку, даша вдруг мнется, слегка подталкивает меня локом в бок и тихонько просит:

— а ты можешь за меня оплатить? я тебе деньги сейчас на карту скину.

я удивленно смотрю на неё и приподнимаю бровь:

— ты чё, стесняешься сама карту приложить?

она молча отводит взгляд в сторону, упорно делая вид, что разглядывает витрину с чехлами.

я качаю головой и отрезаю:

— нет уж, давай сама учись. взрослая уже айфоны покупать, давай оформляй.

даша недовольно цокает языком, но спорить не начинает — достает из сумочки свой кошелек, неуверенно прикладывает карту к терминалу, и через секунду зеленый свет загорается, подтверждая оплату.

консультант улыбается, упаковывает заветную коробочку в фирменный пакет и протягивает ей вместе с чеком.

мы забираем покупку и выходим из магазина обратно в просторный коридор торгового центра.

— ну вот, видишь? ничего сложного, — усмехаюсь я, глядя, как она сжимает в руке пакет с новым телефоном.

даша слегка гордо задирает нос, но уголки её губ всё-таки выдают едва заметную улыбку.

я только успеваю вырулить с парковки торгового центра и влиться в городской поток, как краем глаза замечаю подозрительное шуршание на пассажирском сиденье.

поворачиваю голову и вижу, как даша уже вовсю рвёт защитные пломбы на фирменной коробке, совершенно не дожидаясь, пока мы доедем до дома. она сидит с абсолютно довольной физиономией, вовсю лыбится и сияет от восторга, как ребёнок под новогодней ёлкой.

— ты даже до дома дотерпеть не могла? — усмехаюсь я, поглядывая на неё на светофоре.

— а чё тянуть-то? — радостно бросает она, срывая плёнку с экрана новенького айфона и тут же начиная настраивать устройство.

закончив с базовыми настройками, даша победно выдыхает, тут же открывает камеру и заявляет:

— давай фотку!

я бросаю быстрый взгляд на дорогу и тут же качаю головой:

— я за рулем, некогда мне позировать.

но даша полностью игнорирует мои слова.

она резко подается корпусом в мою сторону, натягивает на лицо довольную улыбку и, за пару секунд до того, как я успеваю отвернуться, нажимает на кнопку спуска. в кадре оказывается её сияющее лицо и я — с максимально сосредоточенным и серьезным видом следящий за дорогой.
я кошусь на неё, качая головой:

— ну ты и кадр.

она довольно посмеивается, разглядывая снимок на экране, и триумфально заявляет:

— всё, первая фотка на новый телефон есть. и она с тобой.
————————————————————————
ставьте ваши звёздочки и пишите свое мнение, оно для меня важно!!