ЛЕТО С СЫНОВЬЯМИ МАМИНОЙ ПОДРУГИ||OG BUDA

Даша

голова гудела так, будто внутри неё на полную мощность работал перфоратор. во рту пересохло настолько, будто я наглоталась песка в пустыне, а каждая клеточка тела отзывалась тупой, пульсирующей болью.

я с трудом разлепила веки, пытаясь сфокусировать взгляд на утреннем свете, пробивающемся сквозь плотные шторы, и мозг упорно отказывался соображать. сначала я вообще не понимала, где нахожусь. потолок не мой, запах в комнате совершенно чужой — слишком мужественный, пахнущий дорогим парфюмом, деревом и мятой.

приподнявшись на локте, морщась от резкой вспышки боли в висках, и огляделась.
взгляд зацепился за знакомые детали: плакат с легендарной баскетбольной командой на стене, стеллаж с кубками и кроссовками, тяжелые тёмные шторы. кровь моментально отхлынула от лица. я в ужасе распахнула глаза шире, отказываясь верить собственному зрению.

я находилась в комнате гриши.

я яростно протерла глаза тыльной стороной ладони, надеясь, что это просто кошмарный похмельный бред, но нет — реальность никуда не исчезла. я сидела на чужой кровати, в чужой комнате, а на мне красовалась огромная, чужая баскетбольная футболка с фамилией «ляхов» и цифрой «72» на спине.

о боже. неужели мы... да нет, бред! гриша не мог, он же... ну, мы же с песочницы знакомы, он мне всю жизнь как старший друг детства, а не какой-то там ухажер. хотя... в таком состоянии я бы и не вспомнила ничего. паника накрыла с головой, дыхание застряло в горле.

в этот самый момент дверь ванной комнаты тихо скрипнула, и оттуда вышел он.
только что из душа, с мокрыми волосами, капли которых стекали по рельефным плечам, и обмотанный полотенцем исключительно на бёдрах.

я издала дикий, перепуганный писк, моментально взлетела на кровати и наглухо закрыла лицо обеими руками, чувствуя, как щеки вспыхивают пожаром.

— ты чё разоралась с утра пораньше? — недовольно буркнул его голос, полный утренней хрипотцы, раздавшийся где-то совсем близко.

я убираю дрожащие руки от лица, хотя смотреть на него полуголого всё ещё невыносимо стыдно, и выдавливаю из себя севшим от ужаса голосом:

— гриш... а что вообще вчера было? мы... мы что, того?

гриша останавливается у комода, бросает на меня тяжёлый взгляд и хмыкает, скрещивая руки на груди.

— ты правда хочешь услышать весь свой позор? — издевательски тянет он, приподняв бровь.

я замолкаю, чувствуя, как внутри всё сжимается от липкого страха. я молчу, не в силах выдавить из себя ни слова, тупо глядя на одеяло.

он удовлетворенно усмехается и продолжает, облокотившись о край мебели:

— ну слушай. сначала ты нажралась как свинья, а потом полезла на стол и танцевала перед всеми так, что у парней челюсти до пола отпали.

мне кажется, моё лицо в этот момент нужно было видеть: краска сошла до абсолютной белизны, а глаза выкатились из орбит от шока. я издала слабый стон, безвольно откинулась обратно на подушки и тяжело, обреченно вздохнула, закрывая глаза руками. жизнь официально кончена.

гриша смотрит на моё убитое выражение лица ещё пару секунд, а потом тихо хмыкает, смаргивая смешинки в глазах:

— да шучу я, блин. успокойся.

я недоверчиво приоткрываю один глаз, судорожно сдергиваю одеяло и заглядываю под него, отчаянно надеясь, что эта огромная баскетбольная майка мне просто приснилась в кошмарном бреду. но нет — чёртова надпись «ляхов 72» красуется прямо перед моим носом.

я тяжело вздыхаю, кутаюсь в футболку и перевожу на него испуганный взгляд:

— а платье моё где?

— в стирке, — невозмутимо бросает гриша, копаясь в ящике комода в поисках чистой футболки.

— что с ним? — настороженно жмурюсь я, чувствуя, как внутри завязывается тугой узел.

— да забей, тебе просто было плохо, — отмахивается он, даже не поворачиваясь.
я хмурюсь, цепляясь за эту фразу, а потом резко перевожу палец на себя, тыча в просторную майку:

— стоп. это твоих рук дело? — указываю на футболку.

гриша бросает на меня короткий взгляд через плечо и молча кивает.

моё сердце делает предательский кульбит, а лицо снова заливает краской. я сглатываю подступивший ком и продолжаю перекрестный допрос, чувствуя, как земля уходит из-под ног:

— ты... ты видел меня в нижнем белье?

он замирает на секунду, поворачивается ко мне лицом, опираясь бедрами о край комода, и снова коротко кивает.

я закусываю губу, чувствуя, как от этого ответа щеки начинают пылать еще сильнее, и на секунду зависаю, пытаясь зацепиться за хоть какой-то безопасный вопрос, чтобы сменить тему.

— а... я ночью храплю? — выпаливаю я первое, что приходит в голову, нервно теребя край ворота.

гриша усмехается, на секунду отводя взгляд в сторону:

— без понятия, я спал в гостиной.

я облегченно выдыхаю, сбрасывая с себя одеяло, и решительно поднимаюсь с кровати. футболка сидит на мне убого и слишком свободно, едва прикрывая середину бедра, поэтому я тут же рефлекторно начинаю судорожно тянуть её вниз, пытаясь хоть немного спрятать голые ноги.

оглядев комнату в поисках чего-то более подходящего, я замечаю на тумбочке возле кровати его серые домашние шорты. не раздумывая, я делаю шаг вперед и резким движением тянусь к ним:

— о, дай сюда...

но гриша оказывается быстрее. он делает полушаг, опережает меня и ловко перехватывает шорты прямо из-под моих пальцев.

я тут же возмущенно упираю руки в бока, задрав подбородок:

— эй! дай мне шорты!

он всё так же стоит передо мной в одном полотенце, обмотанном на бёдрах, абсолютно не спеша одеваться. верх у него по-прежнему голый — он так и не натянул футболку, демонстрируя рельефный торс, от которого у меня в голове окончательно путаются все мысли.

— куда тебе ещё мои шорты, тебе футболки хватит, гуляй, — усмехается он, отводя руку с шортами в сторону.

— я не хочу перед тобой светится в трусах, — возмущенно фыркаю я, пытаясь снова дотянуться до одежды.

— чё я там не видел, — совершенно спокойно парирует он, лениво перехватывая шорты поудобнее.

я поджимаю губы, чувствуя, как внутри закипает злость. сукин сын. ночью, наверное, пялился на меня во все глаза, а теперь ещё и издевается!

— иди хоть сам оденься наконец, — бросаю я, сердито скрещивая руки на груди.

— так я и иду, это ты тут допрос с пристрастием устроила, — хмыкает гриша, наконец разворачиваясь в сторону шкафа.

он открывает дверцу шкафа, достает оттуда чистую футболку и на секунду замирает, бросая на меня взгляд через отражение в большом зеркале шкафа-купе.

на губах у него играет наглая, самодовольная усмешка.

— долго будешь пялиться, извращенка мелкая? — лениво бросает он, чуть приподняв бровь.

я от неожиданности аж воздухом подавлюсь, широко распахиваю глаза и возмущенно открываю рот, чтобы выдать ему всё, что я думаю о его наглости, но слова застревают в горле.

— не хочешь уходить — хоть отвернись для приличия, — хмыкает он, продолжая сверлить меня насмешливым взглядом через зеркало. — подглядывать не разрешаю.

мои щеки вспыхивают с новой силой от такой запредельной наглости. я фыркаю так громко, чтобы он точно оценил всю степень моего возмущения.

— да кому ты вообще нужен! — выпаливаю я, резко разворачиваясь к нему спиной и обиженно скрещивая руки на груди.

стою лицом к стене, как провинившаяся первоклассница, нервно сверля взглядом обои, и пытаюсь унять бешено колотящееся сердце, пока за моей спиной шуршит ткань и раздаются его тихие, издевательские смешки.

— можешь разворачиваться, — доносится до меня его голос, уже куда более обыденный.

я медленно поворачиваюсь обратно и исподлобья смотрю на него. гриша уже полностью одет: на нём те самые серые домашние шорты, на которые я безуспешно покушалась пару минут назад, и простая белая футболка, которая сидит на его плечах идеально.

я тяжело вздыхаю, чувствуя себя абсолютно разбитой, и смотрю на него умоляющим взглядом:

— слушай, дай мне уже хоть какие-то шорты... я дойду до своей комнаты, переоденусь и сразу тебе их отдам. честное слово.

гриша складывает руки на груди, слегка наклоняет голову и смотрит на меня с легкой ехидной улыбкой:

— я не слышу волшебного слова.

— пожалуйста, — цежу сквозь зубы, закатывая глаза так высоко, что, кажется, вижу собственный мозг.

гриша широко улыбается, явно наслаждаясь моей маленькой победой, и лениво запускает руку в комод.

— ладно, так уж и быть, царевна, спаситель утопающих — дело благородное, — усмехается он и с легким взмахом кидает мне на лету какие-то чёрные трикотажные шорты.

я рефлекторно выставляю руки вперед, едва успевая поймать летящий снаряд, и тут же сердито зыркаю на него в ответ:

— чтоб я еще хоть раз пришла к тебе на тусовку...

я бросаю на него последний уничтожающий взгляд, а он просто стоит у комода, чуть прислонившись бедром к мебели, и смотрит на меня с ленивой, абсолютно невыносимой ухмылкой. в этом взгляде читается чистое превосходство и какая-то дурацкая теплота, от которой внутри всё почему-то переворачивается.

не говоря больше ни слова, я натягиваю его чёрные шорты прямо поверх своей длинной футболки, затягивая шнурок на талии. сидят они ожидаемо мешковато, но зато наконец-то можно нормально передвигаться, не боясь сверкнуть лишним сантиметром.

не дожидаясь от него очередного едкого комментария, я разворачиваюсь на месте и пулей вылетаю из комнаты, захлопывая за собой дверь с таким усилием, что стены в коридоре, кажется, слегка вздрагивают.
———————————————————————-
ставьте ваши звёздочки и пишите свое мнение, оно для меня важно!!