Где твой мужчина

Ночной Мадрид захлёбывался в июльском ливне, а Адди — в собственном отчаянии.
Капли с силой били по асфальту, заставляя туфли скользить по мокрой брусчатке. Одежда липла к телу, а экран телефона, мигнув на прощание красным процентом батареи, окончательно погас. Ни такси, ни карты, ни возможности позвать на помощь.
За спиной всё ещё глухо бухал бас из клуба, откуда она только что сбежала. Сбежала от очередного скандала, сжатых кулаков и перегара человека, который полчаса назад клялся ей в любви. Там, на кожаном диване в VIP-зоне, остался Ламин. Пьяный, с мутным взглядом, сначала отталкивающий её со словами «не порти мне вечер», а через пять минут уже сгребающий в охапку какую-то блондинку. Он всегда так делал — давил, контролировал каждый шаг, а потом просто вытирал об неё ноги.
Тяжелый рык мотора раздался неожиданно близко.
Чёрный матовый «Гелендваген» сбавил скорость и поравнялся с ней, подмигивая габаритами в темноте переулка. Адди ускорила шаг, крепче сжимая бесполезный смартфон.
Стекло со стороны пассажира плавно опустилось.
— Садись, — голос из салона звучал низко, бархатисто и... чертовски приказно.
Адди даже не повернула головы:
— Я не сажусь в незнакомые машины. Проезжайте.
Внедорожник затормозил, перегораживая путь прямо на пешеходном переходе. Дверь открылась, и из салона поднялась высокая, широкая фигура в тёмном худи, мгновенно перекрывшая собой свет уличного фонаря.
Джуд Беллингем.
Внутренности сжались в тугой узел. Откуда он здесь? Они никогда не разговаривали. Да, она видела его пару раз издалека на общих футбольных мероприятиях, куда её таскал Ламин, но Беллингем был звездой совершенно другого масштаба. И сейчас этот человек медленно сокращал между ними расстояние, абсолютно игнорируя проливной дождь.
— Ты дрожишь и идешь одна по ночному городу, — Джуд чуть наклонил голову, разглядывая её с головы до ног, будто оценивал добычу. — Так где твой мужчина, Адди? И почему я должен делать его работу и убирать за ним мусор?
Холод снаружи был ничем по сравнению с тем ледяным оцепенением, что сковало её грудь.
— Вы... вы ошиблись, — выдохнула она, делая шаг назад и пытаясь обойти его по тротуару. — Дайте пройти.
Джуд не сдвинулся ни на миллиметр, нависая над ней и полностью отрезая путь к отступлению.
— Садись в машину, Адди, — его тон оставался ровным, но в нём слышалась сталь, от которой перехватывало дыхание.
— Я никуда с вами не пойду! — громче, чем планировала, огрызнулась она. — Вы идиот? Я вас знать не знаю! Уйдите с дороги, или я буду кричать.
В его карих глазах не вспыхнуло абсолютно никаких эмоций — ни злости, ни удивления. Только сухое, хищное спокойствие.
— Кричи, — спокойно разрешил он, сделав ещё шаг и вынуждая её отступить к самому бортику внедорожника. — Зови охрану. Или зови Ламина. Пусть спустится.
Адди больно сжала губы. Стыд и страх смешались в тошнотворный ком в горле.
— Он... он занят, — пробормотала она, отворачиваясь, лишь бы Джуд не видел её дрожащих губ.
— Я знаю, чем он занят, — отрезал Беллингем. Голос стал тише, но ощутимо тяжелее. — Видел, как он орёт на тебя у бара. И видел, с кем остался на диване. Задам свой вопрос еще раз: где твой мужчина, Адди? Оставил тебя мокнуть на улице, пока сам развлекается?
От него пахло дорогой кожей, парфюмом и озоном. Адди попыталась упереться руками ему в грудь, но он даже не шелохнулся — его корпус казался каменным.
— Это не твоё дело! — крикнула она, чувствуя, как по щекам вместе с каплями текут горячие слезы. — Оставь меня в покое! Я вызову такси!
— С разряженного телефона? — Джуд мельком глянул на её сжатый кулак.
Он больше не стал спорить. Его движение было быстрым и точным: одна ладонь жестко зафиксировала её за талию, не давая вырваться, а вторая распахнула тяжелую дверь автомобиля.
— Ты промокла, у тебя нет связи, а твой «мужчина» прямо сейчас шляется с другими. Ты не останешься на этой улице, — его слова не оставляли пространства для торга. — В машину. Намного лучше, если ты сядешь сама.