23. Королева драмы
Сердцебиение настолько громкое, что заглушает все остальные звуки, даже музыку. Я не понимаю, быстрая композиция включена или медленная. Вижу только хитрые глаза Милохина и чувствую его наглые руки у себя на талии. Обжигающие прикосновения через плотную ткань костюма доводят меня практически до истерики, ведь ни один парень никогда меня так не тискал!
Данила же делает это и не парится, судя по довольному выражению лица.
Что еще удивительнее, я оставляю попытки сопротивления!
Не потому что растаяла от его красивых глаз, нет.
Причина другая.
Я привлекаю слишком много внимания отчаянным желанием избавиться от его общества. На нас глазеют, будто посреди стадиона вдруг появилась Эйфелева башня. Еще бы!
Сам Милохин обзавелся женщиной-кошкой!
Новость дня, очередная сенсация, которую начнут обсасывать в чатах, как только какой-то умник зальет информацию.
Пока Милохин пытается раскачать мое коловое тело в медляке, я лихорадочно соображаю, как выйти из воды сухой и самоустраниться с праздника жизни, на который меня притащила подруга.
Кстати, о Лизе… Вот бы она не увидела, как объект ее обожания сжимает меня своими крепкими натренированными ручищами и смотрит, будто кот на отборные сливки, а то беды не избежать.
— Не будь такой грустной, Сирена. Тебе не идет, — скалится Даня, пока я, не моргая, пялюсь в одну точку — изучаю шов на его плаще.
— А тебе, значит, идет заставлять девушку медляки танцевать?
С полуулыбочкой хмыкает.
— Есть и другие развлечения, — шепчет на ухо, заставляя покраснеть. — Только сомневаюсь, что ты согласишься.
— Какие? Озвучь весь список, пожалуйста.
— И тогда ты станешь ласковой кошечкой?
— Вряд ли.
— Печально.
— Но обещаю не выцарапывать глаза.
— Хм-м-м, — делает вид, что задумывается, — хорошо.
Резко разворачивает меня к себе спиной. Горячие пальцы оказываются на животе и выводят на нем круги. Подбородком упирается в плечо и покачивает, как будто мы реально парочка среди одиночек. Напряженно хлопаю накрашенными ресницами и чувствую, что тело превращается в камень, настолько я шокирована происходящим.
— Там есть что-то вроде мини тира. Можем пострелять, выиграть игрушку, посмеяться с того, как ты мажешь и не попадаешь ни в одну мишень.
— Эй! — толкаю локтем в живот, вызывая у Милохина лишь усмешку.
Попробуй пробить его стальной пресс!
— Есть ВИП-зона, но туда я тебя не поведу.
— Почему?
— Там нехорошие мальчики отдыхают и делают плохие вещи.
Неужели? Страшно подумать, какие именно.
— Что еще?
Пока меня ничего из перечисленного не привлекает.
— Есть фотобудка, — указывает пальцем, но я не вижу ничего.
Только снующих мимо ребят в разных костюмах.
— Игровая, — посмеивается.
— Игровая?
— Ага. Картишки и прочие азартные игры.
— Не вечеринка, а пародия какая-то, — ворчу вслух.
— Организаторы слишком долго жили за границей. Сказывается, — все так же опаляет мое ухо дыханием, задевает щеку своей, и все.
Дрожь пробегает волной по телу. Начинаю часто моргать и пытаюсь убрать руки Милохина с живота, где они уже долго хозяйничают. Не удается, а потом мой взгляд останавливается на принцессе, которая застыла у танцпола.
Сердце ухает вниз.
Лиза…
Я сглатываю.
Вот он конец…
— Пусти! — отталкиваюсь от Данилы и спешу догнать убегающую подругу.
В висках стучит. Сейчас она все неправильно поняла, точно!
Хватаю ее за запястье, настигая в толпе наряженных ребят.
— Чего тебе⁈ — цедит сквозь зубы. — Хорошо за водичкой сходила? — откидывает мои пальцы, как что-то очень мерзкое, и не сдерживается — высказывается довольно-таки громко.
— Лиз, ты не так все поняла, — начинаю, но она истерично посмеивается.
Глаза сверкают от злости. Мартыненко шагает вперед и тычет мне пальцем в грудную клетку.
— Ты знала, как он мне нравится, и что? Решила своим дешевым развратным костюмом привлечь внимание? Дерзай, подруга! Тебя просто поюзают!
— Что ты несешь?
Ошарашено смотрю на Лизу, которая из ангелочка резко трансформируется в демона. Нет, я понимаю, что Милохин ей нравится, но говорить ТАКОЕ мне… Низко.
— Вот почему ты около меня постоянно трешься. Чтобы парни тебя замечали.
— Хватит говорить ерунду. Мы дружим с детства.
— Дружим? Подруги не уводят парней!
— Лиз, он — не твой парень.
— Но был бы, если бы ты сейчас не влезла!
— Если бы ты ему нравилась, то…
— Что⁈ — взрывается криком, дергает рукой и задевает бокал мимо проходящего парня.
Тот взлетает вверх. Содержимое выплескивается прямо на Мартыненко. Весь ее наряд покрывается бурыми пятнами.
Губы Лизы трясутся. На глазах появляются слезы. Она с ужасом смотрит на окружающих, которые замирают и с интересом пялятся на нашу разборку.
— Больше не подходи ко мне никогда, никчемная, жалкая нищебродка!
«У-у-у» — пролетает по толпе, а у меня внутри все холодеет. Вскрылась правда псевдо дружбы. Не было ее никогда. Я — глупая и наивная. Верила в то, чего нет.
Мартыненко все-таки убегает, но я уже не стремлюсь останавливать и что-то объяснять. Зачем нищебродке делать это? Дальше унижаться?
— Чего вылупились? — это уже Милохин нападает на всех зевак, которые обсуждают нас. — Пришли веселиться? Веселитесь, — встает передо мной. — Подруга твоя? — кивает в сторону, где исчезла Мартыненко.
— М-х-м, — издаю непонятные звуки и пожимаю плечами.
— Прям королева драмы, — усмехается и потирает ладони друг о друга, будто в предвкушении. — Ну что? Готова проиграть мне в тире, Кошка? Или будешь и дальше убиваться?