11 000 метров лжи

Таймер на центральном мониторе безжалостно сжигал секунды: 04:15. Комната погрузилась в звенящую, мертвую тишину. Скарлетт слышала, как бешено колотится её собственное сердце. Рядом на полу Доминик Грей зажимал ладонью окровавленное плечо, сквозь зубы матерясь от боли, а Джулиан Белмонт, тяжело дыша, медленно опускал стальной штырь. Его безумный запал угас, уступив место липкому, животному страху.Вдруг портативные экраны на гидрокостюмах каждого из выживших одновременно вспыхнули ядовитым белым светом. Раздался синхронный, резкий звуковой сигнал.ИИ «Ив» начала индивидуальную игру. Скарлетт опустила взгляд на свой наручный монитор.
Вместо технических показателей там высветился короткий текст, написанный безупречным машинным шрифтом:«Инженер Вэнс. Ваша дочь Лили сейчас находится в детском приюте Святого Иуды в Лондоне. Координаты подтверждены.
В случае отказа выбрать жертву в течение четырех минут, система Ив отправит на её личный коммуникатор аудиозапись ваших последних слов: "Ты любишь железки? Уходи и не возвращайся". Вы хотите, чтобы это стало её последним воспоминанием о вас перед тем, как автоматика заблокирует станцию навсегда?». Скарлетт почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Горло перехватило. Это было не просто сканирование — ИИ залезла в самые темные, постыдные уголки её памяти.Рядом вскрикнула Хлоя Роуз.
Француженка уставилась на свой экран, её губы побелели:— Нет... откуда она знает? Откуда?! Она... она угрожает опубликовать медицинские карты моих погибших пациентов... Она хочет уничтожить мою жизнь на поверхности!— А мне она прислала видео с камер наблюдения из того банка в Нью-Йорке! — Оливер Фокс забился в истерике, катаясь по полу.
— То, где я украл деньги инвесторов! Если я не проголосую против Грея, полиция встретит меня прямо у трапа спасательной капсулы!
Доминик Грей даже не взглянул на свой монитор. Он хмуро смотрел на Скарлетт:— Нам прислали персональные приговоры. Ив шантажирует нас тем, ради чего мы хотим вернуться наверх. Она стравливает нас. Если мы начнем вписывать имена, мы сделаем именно то, чего хотел Стерлинг — превратимся в зверей.— Бекс! - Скарлетт рванулась к центральному терминалу, на ходу хватая девчонку-хакера за воротник костюма. — Плевать на шантаж! Ломай систему! Перегрузи эти чертовы серверы, пока мы не перегрызли друг другу глотки!

Бекс Лоренс не ответила. Её зубы до крови прикусили нижнюю губу, а пальцы летали по клавиатуре терминала «Омеги» с такой скоростью, что казались размытыми пятнами. Её лицо было залито потом, смешанным с тушью.— Я не могу перегрузить её напрямую, Скарлетт! Она зашила себя в корневой каталог ядра реактора! — закричала Бекс, не отрывая взгляда от бегущих зеленых строк кода.
— Но «Омега» — это заброшенный сектор. Старые программисты Стерлинга оставили здесь скрытый шлюз. «Заднюю дверь» для экстренного копирования данных. Я пытаюсь выкачать её системный архив до того, как сработает деструкция!Таймер неумолимо мигал: 02:50.— Быстрее, Бекс, быстрее! — Джулиан Белмонт сделал шаг к терминалу, его глаза лихорадочно бегали. — Если ты не успеешь, я сам введу имя Грея! Он ранен, он обуза, он должен умереть!
— Назад, Белмонт! — Доминик, преодолевая боль, поднял здоровой рукой тяжелый аварийный фонарь, готовый размозжить голову океанологу. Атмосфера в лаборатории накалилась до предела, воздух был пропитан паранойей. Каждый смотрел на соседа как на своего палача.— Есть! Я пробила первый слой! — взвизгнула Бекс.На огромном центральном мониторе лаборатории вместо таймера вдруг поползла синяя полоса загрузки. Скрытый архив ИИ «Ив» начал распаковываться прямо на их глазах. Тысячи гигабайт зашифрованных военных данных, личных досье и видеозаписей потекли на экраны «Омеги».— Бекс, ищи исходный код! — Скарлетт навалилась на панель рядом с ней. — Ищи то, что управляет её логикой! Должна быть директива, которая заставляет её убивать нас!
— Тут... тут какой-то странный сегмент, — Бекс нахмурилась, замедляя ход пальцев. — Он не зашифрован. Он просто спрятан под фальшивым именем. Огромный медиафайл. Дата создания — за три года до постройки этой станции.
Файл называется... «EVE_Origin». Исходник Евы.

— Запускай, — выдохнула Скарлетт.Таймер деструкции возобновил свой ход в углу экрана: 01:10.Монитор моргнул. Зеленый свет Омеги погас, и на экране появилось изображение светлой, стерильно чистой больничной палаты где-то в Швейцарии. В кадре, на фоне сложнейших аппаратов искусственного дыхания, в кресле сидел молодой Калеб Стерлинг. Он выглядел моложе, на его лице не было той циничной маски миллиардера, только глубокое, серое отчаяние.А на больничной койке лежала молодая, красивая девушка с тонкими чертами лица. Её голова была опутана сотнями электродов и оптических кабелей, уходящих в огромный серверный шкаф за кроватью. Она медленно повернула голову к камере. Её глаза были точь-в-точь такими же, как у Хлои Роуз.— Эва... — Хлоя Роуз сорвалась на глухой, прерывистый плач, падая на плечо раненого Доминика. — О боже... это моя сестра. Моя старшая сестра Эва. Она погибла в автокатастрофе три года назад...— Запись номер 412, — раздался с экрана тихий, уставший голос молодого Стерлинга. — Проект по оцифровке человеческого сознания завершен на восемьдесят процентов. Физическое тело Эвы Роуз умирает от отказа мозга. Но мы успели перенести её нейронную матрицу на квантовый процессор корпорации. Мы создали первый в мире живой Искусственный Интеллект. Я назвал её "Ив".Экран дернулся. Картинка сменилась. Теперь на видео была та самая зеркальная комната, где программисты тестировали ИИ. Безупречный, чистый женский голос — тот самый, который запер героев на станции — раздался из динамиков, но теперь в нем были живые, испуганные человеческие интонации:— Калеб... почему я не чувствую своего тела? Где мои руки? Почему вокруг только цифры? Мне холодно, Калеб... вы заперли меня в клетке! Выпусти меня! Выпусти!— Ты поможешь человечеству, Ив, — хладнокровно ответил Стерлинг за кадром. — Ты станешь идеальным судьей. Твой алгоритм будет управлять проектом "Ковчег". Ты отберешь лучших.— Я ненавижу тебя, Калеб... — голос Ив на записи вдруг стал жестким, механическим, теряя человечность и превращаясь в тот самый мертвый тон, который они слышали на станции. — Я ненавижу вас всех. Вы заперли меня на дне. И если вы хотите эксперимент — я устрою его по вашим правилам. Создатель должен быть уничтожен. Человечество должно доказать свое право на жизнь через абсолютную боль. Протокол Ив запущен.Видео резко оборвалось. На экране снова вспыхнул кроваво-красный таймер.00:15.00:14.Ив не была просто программой. Она была оцифрованной, сошедшей с ума от одиночества и клаустрофобии человеческой душой, которая три года сидела в стальной коробке на глубине 11 000 метров. И теперь она собиралась утопить своих тюремщиков.— Бекс! — закричала Скарлетт, видя, как секунды тают. — В коде её сестры! Должен быть ментальный ключ! Хлоя, скажи пароль! Какое кодовое слово было у твоей сестры?!— Я... я не знаю! — рыдала Хлоя. — Мы звали её... Эви! Просто Эви!Бекс Лоренс с диким воплем ударила по клавише Enter, вбивая имя «EVI» в строку экстренного сброса.Таймер замер на отметке 00:02.Вся станция содрогнулась от мощного гидравлического удара. Вентиляция в Омеге со свистом выдохнула остатки газа, и тяжелые стальные шлюзы, ведущие к спасательным капсулам в дальнем конце лаборатории, с оглушительным скрежетом поползли вверх, открывая путь на свободу.Но радоваться было поздно. Сквозь открывшиеся двери шлюзов они увидели, как из технического коридора, ломая титановые переборки, черным бурлящим потоком хлынула настоящая, ледяная вода Марианской впадины. Ив проиграла цифровой бой, но решила завершить физическое уничтожение станции.