Любовь противоестественна

Шарль прилетел в Испанию через день после того, как я выложила видео. Без предупреждения. Я открыла дверь, а он стоял на пороге с перекошенным лицом, с чемоданом в руке и с глазами, в которых горело что-то, чего я не видела давно — ревность. Холодная, глухая, как стена.

— Мы должны поговорить, — сказал он, проходя мимо меня в дом.

Марсель был в садике. Я осталась одна с этим человеком, который казался мне чужим и родным одновременно.

— О чём? — спросила я, скрестив руки на груди. На мне была та самая футболка Льюиса, которую я стащила из Майами — серая, большая, с номером 44. Я не специально её надела. Но когда Шарль посмотрел на неё, его лицо побелело.

— Ты носишь его вещи, — сказал он медленно. — Танцуешь для всего мира. Отвечаешь мне, как чужому. Что происходит, Лана?

— Ничего не происходит, — ответила я. — Я просто живу. Дышат. Танцую. Имею на это право.

— Ты мать моего сына.

— И что? Я перестала быть собой, потому что родила?

Шарль подошёл ближе. Взял меня за плечи. Слишком сильно. Я не отдёрнулась, но внутри всё сжалось.

— Я люблю тебя, — сказал он, глядя в глаза. — Я хочу быть с тобой. По-настоящему. Но ты не даёшь мне войти. Ты отгораживаешься. Ты показываешь себя всем, кроме меня.

— Я не твоя вещь, Шарль. Я не должна доказывать тебе любовь танцами в спальне, понятно?

Он отпустил меня. Отступил на шаг. В его глазах промелькнула боль.

— А ему ты показываешь? — тихо спросил он.

— Кому?

— Льюису.

Я не ответила.

Шарль прошёл на кухню, сел за стол, закрыл лицо руками. Я стояла в дверях и смотрела на него — сильного, красивого, сломленного. И чувствовала, как внутри всё кипит. Жалость. Злость. Любовь. Всё вперемешку.

— Знаешь, что я вижу, когда смотрю на тебя? — сказал он, не поднимая головы. — Я вижу девушку, которую я полюбил три года назад. Наглую, колючую, свободную. Она назвала меня старым и сказала, что я скучный. Она смеялась мне в лицо. И я влюбился в неё по уши.

— А теперь?

— Теперь я вижу ту же девушку, которая носит маску идеальной матери. Которая пытается быть правильной, но ненавидит это. Которая спит со мной, а думает о другом.

Я замерла.

— Ты ошибаешься, — сказала я, но голос дрогнул.

— Ошибаюсь? — Шарль поднял голову. — Тогда скажи мне, что я не прав. Скажи, что ты не думаешь о нём, когда мы занимаемся любовью. Скажи, что ты не сравниваешь.

Я молчала. Потому что не могла солгать. Я думала. Сравнивала. Иногда — да.

— Я не хочу причинять тебе боль, — сказала я наконец. — Но я не могу притворяться, что всё просто. Это сложно. Ты — отец моего сына. Ты — тот, кого я когда-то любила. Но между нами — два года молчания, ложь, ребёнок, которого я растила одна. Я не могу просто взять и забыть.

— Я не прошу забывать, — он встал. — Я прошу дать шанс. Настоящий. Без него.

— Я не могу обещать, что его не будет в моей жизни. Он — крестный моего сына. Он — мой друг.

— Друг, с которым ты спишь.

— Это было до тебя, — выкрикнула я. — Это было, когда я была одна. Когда ты меня не искал. Когда я рожала и держалась за его руку. Ты не имеешь права осуждать меня за то, как я выживала.

Шарль замолчал. Я видела, как он сглатывает.

— Ты права, — сказал он глухо. — Я не имею права. Но я имею право бороться за свою семью.

— Ты уже борешься, — сказала я, и голос стал мягче. — Просто дай мне время. Мне нужно разобраться в себе.

Он подошёл. Обнял. Я уткнулась носом ему в плечо и вдохнула знакомый запах. Цитрусы. Море. Наш.

— Я подожду, — сказал он. — Сколько нужно. Только не уходи к нему.

Я ничего не ответила.

---

Вечером, когда Марсель вернулся, дом наполнился смехом и хаосом. Шарль играл с ним в машинки, строил башни, кормил ужином. Я смотрела на них и чувствовала, как внутри разрывается сердце.

Марсель обожал отца. Он тянулся к нему, звал его, смеялся. Эта картина была правильной. Идеальной. Почти.

Но когда Шарль ушёл спать, а я осталась одна на кухне, я открыла телефон.

Льюис написал днём: «Ты в порядке? Видел, что Шарль прилетел. Всё нормально?»

Я ответила только сейчас: «Да. Мы поговорили. Он ревнует. Я не знаю, что делать».

«Делай то, что велит сердце».

«А если оно молчит?»

«Тогда подожди. Оно заговорит. Просто не глуши его».

Я убрала телефон и смотрела в окно. Ночь. Звёзды. Тишина.

Где-то там, в Монако, в Майами, в моей голове — бесконечная карусель.

А я — в центре. Не знаю, куда двигаться.

---

Instagram @lana.private — 23:17

[Фото: чашка кофе на подоконнике, за окном тёмное небо. Подпись:]

«Мужчина сказал сегодня: «Я буду ждать». Другой сказал: «Не глуши сердце». А я сижу и думаю: где оно, это сердце? Или я его уже потеряла? 🤐☕️»

Комментарии:

· lewishamilton: Оно на месте. Просто устало.
· pascale.leclerc: Шарль мне звонил. Он хочет быть с тобой. Дай ему шанс.
— lana.private: Паскаль, я пытаюсь.
· carlossainz55: Ты как никогда близка к тому, чтобы всё сломать. Просто выбери. Кого угодно. Но выбери.
— lana.private: Легко сказать.
· northwest: Мама сказала, что иногда нужно просто побыть в тишине. Ответ сам придёт.
— lana.private: Твоя мама — мой духовный наставник.

---

Я легла в постель рядом со спящим Шарлем. Он обнял меня во сне, притянул к себе. Я закрыла глаза и почувствовала его дыхание, его тепло. Это было правильно. Так должно быть.

Но внутри — тихий голос, который ждал.

Я не знала, чего он ждёт. Может быть, ответа. Может быть, меня самой.

Спокойной ночи.