Выше френдзоны

Поздний вечер снова окутал гостиную Гриффиндора уютным полумраком. За высокими готическими окнами затих бушевавший два дня ливень, оставив после себя лишь мерный, успокаивающий шорох капель, стекающих по стеклам. В камине тихо и лениво догорали березовые поленья, наполняя комнату мягким золотистым светом и теплом.

Шумный день, полный подколов Сириуса и поздравлений от ребят, наконец подошел к концу. Мародеры и девочки один за другим разбрелись по своим спальням. Гостиная полностью опустела, погружаясь в ту самую звенящую, умиротворяющую тишину, с которой когда-то начиналась эта неделя. Но теперь всё было совсем по-другому.

Вы сидели вдвоем на самом большом и мягком диване прямо у огня, укрывшись одним огромным шерстяным пледом на двоих. Ты устроилась поудобнее, уютно положив голову на колени Джеймсу и подожав под себя ноги. Твой безразмерный шоколадный свитер приятно согревал тело.

Джеймс вальяжно откинулся на спинку дивана. Его вечно растрепанные темные волосы в отсветах камина казались почти золотыми, а за стеклами круглых очков светилось абсолютное, безграничное счастье. Его большая, теплая ладонь медленно и невероятно бережно оглаживала твое плечо, а пальцы другой руки нежно, убаюкивающе перебирали твои волосы, аккуратно массируя затылок и накручивая мягкие пряди на пальцы.

— Не устала, маленькая моя? — тихо, понизив голос до интимного шепота, спросил он, чуть наклонившись к тебе.

— Очень устала, Рогатый, — сонно пробормотала ты, сильнее прижимаясь щекой к его домашним брюкам и блаженно прикрывая глаза. — Твои друзья сегодня устроили нам слишком много внимания.

Джеймс тихо и безумно довольно рассмеялся, и ты почувствовала эту вибрацию всем телом. Он наклонился еще ниже и невесомо, трепетно поцеловал тебя в висок.

— Бродяга просто завидует. Но обещаю, завтра я заставлю его ходить на цыпочках, чтобы он не мешал моей девушке отдыхать, — мягко шепнул он.

Ты улыбнулась, чувствуя, как от его ласковых пальцев в волосах и тепла пледа веки наливаются свинцом. Дыхание выровнялось, а сердце билось в один спокойный, размеренный такт с его сердцем. Все тревоги Хогвартса, сложные формулы Трансфигурации и зачеты полностью растворились, уступая место глухому, надежному чувству абсолютной безопасности. Ты знала, что этот парень больше никогда тебя не отпустит.

Джеймс продолжал перебирать твои волосы, тихонько, едва слышно напевая себе под нос мотив той самой придуманной всей гостиной песни. И под этот нежный, родной шепот и мерный треск каминных углей ты окончательно заснула, согретая его любовью и самым уютным гриффиндорским теплом.