Шрамы вместо поцелуев| Турбо

Воскресенье началось с того, что я проснулась в одиннадцать часов утра. За окном было серо и пасмурно, но снег почти перестал идти. В квартире было тихо — Марат ушёл куда-то, отец был на работе. Я осталась одна.

Я встала, умылась и решила, что пора привести дом в порядок. Включила музыку на старом радиоприёмнике, взяла тряпку и начала убираться. Протирала пыль, мыла полы, складывала вещи. Я двигалась в ритме музыки и почти не думала ни о чём. Только лёгкая мелодия и мои руки, которые наводили порядок.

Когда я закончила, время было уже около часа дня. Я заварила чай, села на подоконник и посмотрела в окно. Снег падал крупными хлопьями. На душе было спокойно и легко.

— Надя, — сказала я себе. — У тебя сегодня смена. Надо собираться.

Я встала и пошла в свою комнату. Открыла шкаф и начала выбирать одежду. Сегодня я хотела выглядеть красиво.

Я надела короткую чёрную юбку, которая едва прикрывала бёдра, и тёплые колготки. Сверху — светлый свитер с высоким горлом, который подчёркивал плечи. Волосы распустила и немного подкрутила концы, чтобы они красиво обрамляли лицо. Нанесла лёгкий макияж — подвела глаза, накрасила ресницы, чуть тронула губы блеском. В зеркале отражалась девушка, которая выглядела взрослее своих лет.

Я достала из шкафа своё любимое пальто. Оно было длинное, почти до колен, чёрного цвета, из плотной шерсти. Широкий пояс я всегда затягивала на талии, чтобы подчеркнуть фигуру. Большие пуговицы и аккуратные карманы делали его элегантным, а высокий воротник защищал от ветра. Я надела его поверх свитера и повернулась перед зеркалом. Пальто сидело идеально, подчёркивая тонкую талию и делая меня стройнее. На ноги я надела чёрные ботинки на высоком каблуке. Они выглядели красиво и добавляли мне роста.

Я посмотрела на себя и улыбнулась.

— Выглядит неплохо, — сказала я себе.

Я взяла сумку и вышла из дома. Морозный воздух ударил в лицо, но пальто хорошо согревало. Снег хрустел под ногами, каблуки оставляли следы на свежем снегу.

Я чувствовала себя уверенно. Я чувствовала себя красивой.

В «Изумруде» меня уже ждали. Катя стояла за стойкой и протирала чашки.

— Надь! — крикнула она, когда я зашла. — Ты сегодня какая-то... огонь! И пальто шикарное!

— Спасибо, — улыбнулась я, снимая его и аккуратно вешая на вешалку.

Я пошла переодеваться. Сняла ботинки, надела рабочие чёрные туфли на каблуке — пониже, но тоже изящные. Белый фартук я как всегда завязала на талии так, чтобы подчеркнуть изгибы, но не выглядеть вульгарно. Волосы оставила такими же,чтобы они красиво падали на плечи.

Я вышла в зал, и Катя присвистнула.

— Надь, сегодня ты просто звезда!

— Ты преувеличиваешь, — сказала я, но улыбнулась.

День в кафе прошёл спокойно. Клиентов было немного. Но в какой-то момент зашёл мужчина лет сорока. Он был нетрезв — я поняла это по тому, как он двигался, как тяжело опустился на стул.

Я подошла к его столику.

— Здравствуйте, — сказала я вежливо. — Что будете заказывать?

Он поднял на меня мутные глаза и улыбнулся.

— Ой, какая красивая, — протянул он. — Как тебя зовут?

— Я приму ваш заказ, — сказала я спокойно, игнорируя вопрос.

— А может, ты присядешь со мной? — он похлопал по стулу рядом. — Я угощу тебя.

— Я на работе, — ответила я. — Если вы не хотите ничего заказывать, я вынуждена вас покинуть.

— Закажу, закажу, — он усмехнулся. — Кофе. И пирожное. Подай мне сама, красавица.

— Хорошо, — сказала я и записала заказ.

Я принесла ему кофе и пирожное. Он снова попытался заговорить, но я вежливо улыбнулась и отошла. Катя подошла ко мне.

— Надь, он пьяный, — сказала она. — Может, выгнать?

— Он сделал заказ, — ответила я. — Пусть сидит, пока не допьёт.

Мужчина допил кофе, съел пирожное и ушёл, оставив чаевые. Я убрала со стола и выдохнула.

— Нормально, — сказала я Кате. — Справилась.

День подходил к концу. До закрытия оставалось чуть меньше часа. Я уже начала убираться в зале, когда услышала, как открылась дверь.

Я подняла голову и увидела его.

От лица Валеры
Я зашёл в «Изумруд» около восьми вечера. Снег валил за воротник, но я не чувствовал холода. Я знал, что она здесь. Я чувствовал это.

Когда я открыл дверь, первое, что я увидел — её. Она стояла у стойки, протирала чашку. Чёрное платье облегало её фигуру, и я замер на мгновение, рассматривая её. У неё была тонкая талия, которую она ещё и перетянула белым фартуком. Короткая юбка платья открывала стройные ноги в чёрных колготках. Она была на каблуках — невысоких, но изящных, которые делали её ноги ещё длиннее, а походку плавной и уверенной. Её бёдра чуть покачивались, когда она двигалась, и я поймал себя на мысли, что не могу отвести взгляд.

Она подняла голову, увидела меня, и я заметил, как она напряглась. Её плечи чуть поднялись, она выпрямилась. Я улыбнулся про себя. Она всегда так делала — замирала на мгновение, потом становилась холодной. Я уже знал это. И меня это заводило.

Волосы у неё были распущены сегодня. Тёмные, с лёгкими волнами, они падали на плечи. Глаза подведены, ресницы накрашены — она выглядела так, будто собиралась не на работу, а на свидание. Губы — чуть тронуты блеском, мягкие, манящие. Она выглядела взрослее, чем обычно. Красивее. В ней было что-то такое, от чего у меня перехватывало дыхание.

Я прошёл к столику у окна и сел. Она не подошла ко мне. Я видел, как она переглянулась с другой официанткой. Та кивнула, но она покачала головой. Потом она сказала что-то, и другая девушка пошла к моему столику.

Я усмехнулся. Она решила, что сможет меня избежать.

— Здравствуйте, — сказала другая официантка, Катя, кажется. — Что будете заказывать?

— Кофе, — ответил я, но смотрел на неё. Она стояла у стойки, делала вид, что занята. — Чёрный, без сахара.

— Хорошо, — Катя записала.

— Постой, — сказал я. — Пусть она принесёт.

Катя обернулась, посмотрела на неё и пожала плечами.

— Я хочу, чтобы она принесла, — сказал я спокойно. — Я буду ждать.

Она услышала это. Я видел, как она замерла. Её плечи напряглись. Она медленно повернулась и посмотрела на меня. В её глазах горел огонь. Она взяла поднос с чашкой, подошла и поставила передо мной.

— Ваш кофе, — сказала она холодно.

Я улыбнулся.

— Спасибо.

Она развернулась, чтобы уйти, но я остановил её:

— Стой.

Она остановилась. Обернулась. Я смотрел на неё. На её тонкую талию, на руки, сжатые в кулаки, на глаза, которые горели.

— Ты не хотела меня обслуживать, — сказал я.

— Нет, — честно ответила она.

— Садись, — сказал я, кивнув на стул напротив.

— Я на работе, — ответила она.

— Я знаю. Я прошу тебя присесть на пять минут. Я заплачу за твоё время.

— Деньгами меня не купишь, — сказала она.

— Я предлагаю тебе поговорить. Просто поговорить.

— Мне не о чем с тобой говорить, — ответила она.

— А мне есть, — я смотрел на неё. — Ты не хочешь знать, почему я прихожу сюда? Почему я ищу тебя?

Она замерла. Её взгляд дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.

— Мне всё равно, — ответила она.

— Врёшь, — сказал я.

Она усмехнулась.

— С чего ты взял?

— Я вижу, — я посмотрел ей прямо в глаза. — Ты не уходишь. Ты стоишь и слушаешь меня. Если бы тебе было всё равно, ты бы давно ушла.

— Я на работе, — ответила она. — Я не могу просто уйти, потому что мне не нравится клиент.

— Тогда скажи мне, что я тебе не нравлюсь, — сказал я. — Скажи, и я уйду. И больше не приду.

Она молчала. Я видел — она хочет сказать. Но не говорит.

— Не можешь? — я улыбнулся.

— Я не хочу тебя обижать, — сказала она.

— А я хочу, чтобы ты была честна со мной, — ответил я. — Это единственное, что я прошу.

— Ты просишь слишком многого, — сказала она.

— Я прошу тебя присесть. На пять минут. Это слишком много?

Она посмотрела на меня. Я видел, как она колеблется. Её пальцы сжались в кулаки, она закусила губу.

— Ладно, — сказала она и села напротив. — Пять минут. И не смей требовать больше.

Я улыбнулся.

— Договорились.

Она сидела напротив, скрестив руки на груди. Её глаза горели, но она не уходила. Она смотрела на меня с вызовом, но я видел — она не хочет уходить. Она хочет остаться. Она просто не хочет этого показывать.

— Я буду с тобой честен. Ты меня очень заинтересовала. И я хотел бы узнать тебя поближе. Почему ты меня избегаешь?

— Мне просто неинтересно это общение,— устало ответила она.

— Не верю.

— Это ж сколько у тебя девушек было, раз ты не веришь, что кому-то можешь быть не интересным?

— Много, — честно ответил я. — Было много. Всякое было — и те, кто бегали за мной, и те, кто вешались на меня, думая, что я клюну. Но я никогда не бегал за ними. Никогда не караулил их. Никогда не думал о них перед сном. А сейчас сижу в кафе, пью чёртов кофе без сахара, хотя терпеть не могу кофе, и смотрю на девушку, которая не хочет на меня смотреть.

Она подняла бровь.

— Не любишь кофе?

— Ненавижу, — улыбнулся я. — Но это единственный повод прийти сюда и увидеть тебя. Если бы я заказывал чай, это выглядело бы слишком странно. Клиент, который приходит в кафе пить чай, сидит, смотрит в одну точку и уходит — это выглядит подозрительно. А кофе — это классика. Никто не задаёт вопросов.

Суворова покачала головой, и я заметил, как на её губах мелькнула тень усмешки. Она не злилась, нет. Она просто слушала меня. И это уже было много.

— Тот парень, с которым ты был у киоска, — сказала она. — Светленький. Он твой друг?

Я удивился, что она запомнила его. Мы стояли у киоска всего пару минут, я даже не думал, что она обратила на него внимание. Но она заметила.

— Да, — ответил я. — Это Зима. Мы с ним с детства. Он знает, что я сюда хожу. Но он не лезет, не задаёт вопросов. Просто иногда смеётся.

— И что он говорит?

— Что я побежал за тобой, как ненормальный, — усмехнулся я. — Говорит, что я потерял голову. Что раньше я никогда так не делал.

Она усмехнулась.

— И почему я должна тебе верить?

—  Я не прошу тебя верить мне прямо сейчас, — сказал я. — Я прошу тебя дать мне возможность. Я не говорю, что я хороший человек. Я не говорю, что я заслуживаю твоего доверия.Просто дай мне шанс.

Она помолчала, глядя на меня. В её взгляде не было злости, только спокойное раздумье.

— Я не могу просто так взять и поверить тебе, — сказала она. — Ты для меня чужой человек. Я не знаю, что у тебя в голове. Я не знаю, что ты за человек на самом деле. Слова — это просто слова, их может сказать кто угодно. А поступки — это другое. И пока я не увижу твоих поступков, я не могу тебе верить.

— Я понимаю, — сказал я.

— Поэтому я скажу тебе так, — продолжила она. — Если ты действительно хочешь что-то со мной, если ты не врёшь и не играешь. Поговори с Маратом. Объясни ему свои намерения. Скажи ему всё, что сказал мне. Если он увидит, что ты серьёзен — тогда я дам тебе шанс. Но если он скажет «нет» — значит, нет. Я не пойду против его слова. Он мой брат, и я уважаю его.

— Хорошо, — сказал я. — Я хотел это сделать ещё до того, как прийти сюда, но мне нужно было услышать твоё мнение.

Она смотрела на меня. В её глазах промелькнуло что-то новое.

— Тогда жду, — сказала она. — Когда поговоришь с Маратом — тогда и поговорим.

— Договорились, — ответил я.

Она встала.

— Мне пора.

— Я приду завтра, — сказал я.

— Приходи, — ответила она и ушла.

Я смотрел ей вслед. Оставил деньги и вышел на улицу. Снег падал на мои плечи. Я улыбнулся.