Автограф для брата

Утро тридцатого октября выдалось по-настоящему ненастным. За высокими стрельчатыми окнами Большого зала безжалостно хлыстал ноябрьский дождь. Небо затянуло свинцово-серыми тучами, а порывистый штормовой ветер гонял по замковому двору редкие, насквозь промокшие опавшие листья, срывая их с ветвей Гремучей ивы.

Впрочем, непогода никого не волновала. За гриффиндорским столом, как и во всем Зале, только и разговоров было, что о долгожданном прибытии зарубежных гостей.

- Как думаешь, они уже близко? - спросил Рон, с энтузиазмом намазывая второй тост толстым слоем масла и джема. - Ну, в смысле... в Англии?

- Скорее всего, - ответила Гермиона, отрываясь от толстого фолианта. - В объявлении было четко сказано, что они прибудут сегодня к трибуналу к шести вечера.

- Надеюсь, среди них будет Крам, - мечтательно вздохнул Рон, зависнув с ножом над масленкой. - Вдруг Каркаров взял его в делегацию? Ну, как лучшего ученика!

Фред, сидевший напротив, тут же наклонился к Джорджу, заговорщически понизив голос:
- Пять сиклей на то, что Рон попросит у Крама автограф в первые пять минут после его появления.

- Ставлю десять, что в первые две, - расплылся в улыбке Джордж. - И ещё галлеон на то, что он при этом заикаться начнет.

- Вы оба ужасные, - качнула головой Гермиона.

- Зато правдивые, - синхронно откликнулись близнецы.

Дафна, сидевшая рядом с Роном, лишь качнула головой. Её огненные волосы были собраны в свободную косу, а в медово-карих глазах плясали теплые искорки.
- Дайте человеку хотя бы поздороваться и снять с дороги мантию, мальчики. Не пугайте знаменитость с порога.

- Не волнуйся, Даф, - с абсолютно серьезным видом ответил Рон, выпрямившись. - Я всё продумал. Сначала я поздороваюсь. Вежливо. На болгарском... ну, или по-английски, если забуду слова. А уже потом попрошу подпись.

По столу Гриффиндора прокатился дружный хохот.
Днём школьная жизнь превратилась в сплошное недоразумение. Уроки проходили из рук вон плохо - учителям приходилось буквально выбивать из учеников хоть какие-то ответы.

Никто не слушал лекции. На Трансфигурации даже Гермиона, вместо того чтобы конспектировать правила превращения неживых предметов в органику, то и дело поглядывала на готические окна, за которыми бушевал дождь.

Профессор Макгонагалл под конец занятия уже едва сдерживала строгий поджатый губами вздох.
- Мистер Финниган, - сухо произнесла она, когда Симус в пятый раз за сорок минут вывернул шею к окну. - Если делегации Шармбатона и Дурмстранга прибудут раньше времени, поверьте, я непременно сообщу вам об этом лично. А пока, будьте любезны, вернитесь к своей морской свинке, которая все еще на половину состоит из фарфорового солонника.

По классу прокатился сдавленный смешок, и Симус густо покраснел.

К шести вечера Большой зал было просто не узнать. Угрюмая сырость за окнами сменилась роскошным праздничным убранством. Парящие под заколдованным потолком свечи горели ярче обычного, а над преподавательским столом развевались огромные шелковые полотна с гербами четырёх факультетов.

Все ученики уже сидели на своих местах. Дафна расположилась между Джинни и Гермионе, пытавшимся успокоить нарастающий ажиотаж. Фред и Джордж за её спиной уже вовсю принимали ставки у третьекурсников на то, какой формы будет экипаж Шармбатона.
Рон буквально не мог усидеть на месте - он то и дело вскакивал, вытягивая шею к выходу.

Тяжелые дубовые двери Большого зала торжественно распахнулись. В зал вошла профессор Макгонагалл, а за ней - сам Альбус Дамблдор в парадной мантии глубокого пурпурного цвета.

- Прошу всех поприветствовать наших гостей! - громко произнес директор, улыбаясь в седую бороду.

И в этот самый момент снаружи, со стороны Черного озера, раздался странный, ни на что не похожий звук - глухой, вибрирующий гул, будто из глубины поднималось нечто исполинское.

- Что это?! - Гарри вскочил.
Ученики мгновенно бросились к большим окнам, прижимаясь лицами к прохладным стеклам. Из полной тьмы бурлящего Черного озера медленно, поднимая тучи брызг, выныривал громадный, мрачный корабль с облепленными моллюсками бортами и скелетоподобными мачтами.

- Вот это да... - выдохнул кто-то за спиной Дафны.

- Ничего себе карета... - прошептала Элис Морган.

Рон буквально прижался носом к стеклу, не обращая внимания на отпечаток:
- Это Дурмстранг! Точно они! Смотрите, какой корабль!

Через несколько минут, когда все вернулись на места, двери Зала снова распахнулись. Первыми вошли ученики Академии Шармбатон во главе с величественной мадам Максим.

Голубые шелковые мантии, лёгкие, изящные движения, невидимый, но явственный аромат ночных цветов и жасмина... Половина мальчишек-гриффиндорцев мгновенно забыла, как дышать.

Фред толкал Джорджа локтем в бок:
- Кажется, кто-то сейчас вывалится из-за стола.

Оба близнеца одновременно уставились на Рона. Младший брат действительно сидел с абсолютно открытым ртом, застыв как статуя.

- Закрой, - нежно шепнула ему Дафна, слегка подтолкнув его снизу под подбородок.

- А то муха залетит, - закончил Фред. - Или гигантский кальмар.

Дафна тихо засмеялась, укрыв улыбку ладонью.

И вот, следом за французами, двери открылись вновь. В зал вошел директор Дурмстранга - Игорь Каркаров, закутанный в пышные серебристые меха. А за ним сложным, четким строем шагали его ученики.
Тяжелые меховые накидки, суровые лица, размеренный, подкованный шаг, наводящий мысли о северных льдах. В Зале воцарилась гипнотическая тишина.

И самым последним, слегка ссутулившись, шагал... Виктор Крам
По Большому залу моментально, словно сухой шелест листьев, прокатился шокированный шёпот сотни голосов:
- Это он...

- Мерлин мой, это Крам!

- Настоящий Виктор Крам!

Рон напротив Дафны бледнел и краснел одновременно, выглядя так, будто прямо сейчас потеряет сознание от избытка чувств.

Дафна с мягкой улыбкой наблюдала за этой реакцией брата. Для неё Крам не был божеством - он был выдающимся, феноменальным ловцом, чью игру на Чемпионате мира она видела своими глазами с верхней трибуны. Да, его мастерство восхищало, но к самой его персоне она относилась спокойно.

Сам Виктор, казалось, давно привык к этим шепоткам и восторженным взглядам. Он шел за Каркаровым, уставившись вперед тяжелым, угрюмым взглядом - спокоен, уверен, привычно отстранен от окружающего шума.

И вдруг...
Угрюмый взгляд ловца сам собой скользнул по длинному столу Гриффиндора.

Рыжие волосы. Их было много. Внимание Крама цеплялось за яркие вспышки огненных шевелюр: вот высокий, хохочущий парень... вот еще один, точно такой же... вот мальчишка с открытым ртом... маленькая девочка...
И... Она

Виктор едва заметно замедлил шаг. Под тяжелой меховой накидкой его плечи на миг напряглись.

Ярко-рыжие, с золотистым отливом волосы, собранные в свободную пучок. Тёплые, медово-карие глаза. Едва заметные россыпи веснушек на фарфоровой коже. Тот же спокойный, собранный, немного ироничный взгляд.

"Та самая..." - пронеслось в голове у Виктора.

Сейчас на ней не было зеленой боевой раскраски ирландских болельщиков. На ней не висел шарф двух разных сборных, которым она укрывала младшую сестру от холодного ночного ветра там, в лесу после нападения Пожирателей. Но сомнений быть не могло.

Это была та самая девушка с трибун и из ночного леса.
Дафна, почувствовав на себе чей-то пристальный, тяжелый взгляд, совсем мимолётно подняла голову от разговора.

Их глаза встретились - буквально на одну короткую секунду.
Дафна вежливо, слегка уголка губ, улыбнулась ему - просто потому, что гость Хогвартса и знаменитый спортсмен случайно посмотрел в её сторону. Безукоризненная, теплая, но абсолютно нейтральная вежливость.

И тут же, без малейшего смущения, она повернулась обратно к Джинни, которая что-то увлеченно шептала ей на ухо про шармбатонских девушек.
Для Дафны этот миг пролетел и растаял, как капля дождя на стекле.

А Виктор...
Сам не понимая, зачем и почему, он проводил её своим угрюмым взглядом до самого конца гриффиндорского стола, чуть повернув голову. Никакой пылкой влюбленности или романтического трепета в нем не вспыхнуло - Виктор Крам вообще не был человеком быстрых страстей. Это было нечто иное: сухое, спортсменское узнавание и внезапно проснувшееся, глубокое любопытство.

«Я не ошибся. Это она. Она учится здесь».

- Виктор, - негромкий, с легкой хрипотцой голос Каркарова раздался прямо над его ухом. Директор Дурмстранга обернулся и вопросительно приподнял бровь.

Крам мгновенно вернулся к реальности. Он молча, едва заметно кивнул и проследовал за Каркаровым к столу Слизерина, где их встретили радостными возгласами.

Но где-то там, под тяжелой меховой мантией, у него закрепилась четкая, спокойная мысль. Это был Хогвартс. И эта девушка с ясными глазами была здесь.