За кулисами

«У каждой личности есть свой мир. Но не каждый способен принять его...».

Такие простые, но многогранные строчки. Человеческая жизнь строится на всем, что окружает рядом. И многое, очень многое не замечается. Кэрол напряженно протерла глаза, вновь возвращаясь к написанию текста. Но слова не шли. Лишь эти несчастные две фразы, которые как корень впились в голову и не отпускали. Многие считали ее слишком странной с самого детства. По началу Кэрол испытывала сильное одиночество и непонимание, но со временем это стало основой жизни. Она мало что помнила из детства и юности, имела пробелы в памяти и не всегда могла объяснить те или иные явления, но оставалась способной коммуницировать с внешним миром.

— Кэрол! — радостный голос донесся с порога, достаточно двери было открыться. — Думала мы забыли? А вот и нет. С днем рождения тебя, самый любимый и лучший автор на свете!

— Ю-юлианна... — Кэрол растерянно отвлекается от собственного ноутбука. Она часто забывала какой сегодня день недели, месяц и год, от чего подобные явления могли заметно шокировать.

Юлианна была одной из приближенных друзей и помощников самой Кэрол. Они познакомились лет восемь назад и изначально это общение строилось на соперничестве и не желании признавать друг друга. Кэрол часто скрывала свою истинную личность, не желая признаваться, что именно она автор тех самых книг, которым многим приходились по душе. Девушка не считала себя хорошим писателем и боялась осуждения, если кто-нибудь когда-нибудь узнает правду. Но с каждым годом страх отступал, стеснение отходило на задний план, а поддержка друзей помогла достичь небывалых высот.

На сегодняшний день Кэрол являлась востребованным автором, книги которой продавались массовыми тиражами, и читатели со всего мира ждали очередную новинку, которая должна вот-вот выйти из-под пера любимого автора. Юлианна, которая изначально не признавала способности Кэрол, со временем смогла опустить собственную гордыню и взглянуть на книги иным взглядом. Это и стало началом крепкой дружбы.

Внешность Юлианны не была чем-то экстравагантным: красные, волнистые волосы цвета настоящего алого заката, которые периодично подкрашивались, доходили до лопаток. Она тратила не мало времени, чтобы уложить их после мытья и не быть похожей на барашка. И удивительные зеленые глаза цвета изумруда. Они были настолько выразительными, что порой невозможно было оторвать собственный взгляд. Сама по себе маленькая, не очень высокая, от чего носила второе имя «Дюймовочка».

— Я пытаюсь закончить книгу, — вздохнула Кэрол, бросая взгляд на календарь. И правда: сегодняшний день февраля был обведен всеми возможными яркими маркерами, оповещая о важной дате – день рождения. — Я уже и забыла о нем.

— У нас с Анастейшей для тебя есть подарок, — Юлианна выглядела взволнованной, складывая руки за спиной. — Твой бестселлер собираются переводить на китайский язык! Мы уже со всем договорились, нужна лишь твоя подпись.

Кэрол пару раз моргнула, пытаясь осознать услышанное. В последние месяцы Юлианна и Анастейша приложили множество усилий, чтобы книги Кэрол узнали за пределами страны. Таким образом число читателей заметно увеличилось. Анастейша владела сразу двумя языками, поэтому вызвалась самостоятельно переводить книги Кэрол на другой язык. Это и положило начало пути в мир печати и издательства.

На сегодняшний момент Кэрол посещает выставки, дает автографы и интервью, общается со своими читателями и просто пересекается случайно в любом уголке страны. Ее жизнь разделилась на «до» и «после» три года назад, когда издательство вызвалось напечатать первую книгу. Но мало кто знал, что за столь милой и скромной улыбкой скрывался целый, брошенный мир.

— У меня нет слов, — только и смогла произнести девушка.

— У автора и нет слов? — Юлианна прыснула от смеха. — Кому расскажу — никогда не поверят.

— Но спасибо, — Кэрол мягко улыбнулась. — Это многое значит для меня. Благодаря тебе и Анастейше я смогла осуществить собственную мечту.

Юлианна наклонилась к ноутбуку подруги, успевая прочесть лишь пару фраз.

— Не читай, — Кэрол свернула документ. — Иначе поймаешь спойлеры.

— Я столько жду, что уже не могу, — тихо проскулила Юлианна, обиженно надув губы. — До момента печати я всегда могла читать новые главы, а теперь вынуждена ждать полноценно книгу. Несправедливо.

— Юлианна, там представитель издательства «Свет» приехал, — Анастейша мимолетно заглянула в кабинет, махнув рукой. — С днем рождения!

Кэрол лишь кивнула, провожая взглядом двух подруг. Натянутая улыбка мгновенно сползла с лица. Скрывать правду с каждым днем становится лишь сложней. Девушка покрутила в пальцах блистер таблеток, отбрасывая в сторону. Она так и не нашла в себе смелости признаться, что пару недель назад получила диагноз: «начальная стадия депрессии» и курс лечения, который активно игнорируется. Для всех Кэрол продолжает оставаться все той же жизнерадостной подругой, автором и личностью, но за этой маской скрывается по-настоящему разбитый человек, не способный со всем справиться. Кэрол утопает все глубже и глубже, оставаясь наедине со своими мыслями, без возможности всплыть.

В последнее время ей все трудней дается справляться со многими событиями. Появились провалы в памяти, непонятные вещи в доме, перестановка некоторых предметов, или полная их потеря. Иногда Кэрол подмечает диалоги, которые не могла вести, но они есть. Странные шифры или фразы, которые не дают точных ответов. Это лишь наводит на мысли о возможной шизофрении, хоть ее и опроверг специалист после посещения.

Но к тому моменту Кэрол успела рассказать Юлианне о том, что страдает расстройством личности. После понадобилось не мало усилий, чтобы убедить подругу в намеренной шутке и своеобразном эксперименте для более детального написания главы. Большинство читателей знали, что Кэрол старается многое испытывать на собственном опыте, изучает, читает, проводит, узнает, наблюдает, экспериментирует. Именно поэтому ее книги настолько интересны, что невозможно оторваться.

Но, не смотря на попытку заставить всех вокруг верить в красивую, поэтичную ложь, Кэрол тревожилась с каждым днем. Она верила, что не одна. В памяти периодично всплывали разного рода события, которых никогда не было. Девушка начала писать еще чаще, стараясь справляться хоть так с тем, что происходит. Через книги и собственных персонажей она проживала и собственную жизнь, наблюдая как бы за собой со стороны, принимая решения и уводя события туда, куда хотелось бы и в реальной жизни.

«Грань между фантазией и реальностью постепенно стиралась. Героиня уже не могла понять: сон ли это...»

— Какой бред, — Кэрол выделяет фразу, полностью удаляя одним нажатием клавиши. — Кажется с каждой новой книгой у меня вместо прогресса идет регресс. Худшее произведение, которое можно только написать.

Она обреченно уронила голову на руки, закрывая глаза. Слишком завышенные требования к самой себе, от чего каждая строчка, фраза или глава давались с трудом. Перед глазами стояла кромешная тьма. В этой, казалось бы, пустоте, Кэрол чувствовала спокойствие. «Как бы я хотела создать личность, которая полностью бы заменила меня, — размышляла она. — Эта личность была бы уверенной, смелой, со своими принципами, умением постоять за себя... Лучшая версия меня. Благодаря этой личности я смогла бы спрятаться в собственном мире, который придумала».

— Все такая же: слабая, бесхарактерная, жалкая.

Кэрол заметно вздрогнула, оглядываясь по сторонам. До нее сразу дошло, что это сон. Но вокруг не было ничего, кроме тьмы.

— Создание личности не избавит от проблем. Ты уже совершила однажды эту ошибку.

Или это реальность? Как отследить грань?

— Ты бросила нас. Предпочла людской мир. Ты создала наш мир своими руками и сгубила!

Кэрол ощутила легкий холодок по спине, посмотрев на собственные руки. Теперь она уже не могла понять: сон ли это.

— Мы вверили тебе свои жизни, Кэтрин.

— Кэтрин? — сорвалось с уст. — Я не помню таких персонажей.

— Кэтрин!

Кэрол вздрагивает, резко подрываясь со стола. Сонным взглядом она оглядывается по сторонам, быстро протирая веки пальцами: «С ума сойти! Ну и присниться же ересь всякая». Но все чаще эта «ересь» служила сюжетам для новых книг, которые захватывали с первых строк. Странные сны способны дать свежую идею. В эту же секунду дверь резко открывается Юлианной, которая выглядела крайне недовольной.

— Что ты себе позволяешь?

Кэрол пару раз моргнула.

— Я понимаю, у тебя может день не задался, — продолжила причитать девушка, — но это не повод грубить. Что я сделала?

— Я не понимаю, о чем ты.

— Я лишь задала вопрос, а в ответ выслушала целую тираду.

Кэрол в спешке схватилась за телефон, просматривая диалог. С каждым новым сообщением брови от удивления ползли вверх.

— Но я этого не писала.

— Еще скажи, что вторая личность пробудилась, — Юлианна недовольно хмыкнула. — Кэрол, это было очень грубо. Последние недели с тобой творится невесть что. Я начинаю подозревать, что ты лжешь о том, что у тебя нет никакого диагноза.

— Я правда не понимаю, — Кэрол пожимает плечами.

— Надеюсь ты разберешься в себе. Сегодня все-таки праздник, и я не хочу ругаться, — с этими словами Юлианна уходит.

Кэрол повторно просматривает сообщения, совершенно не понимая, как могла их отправить, если все это время дремала. Столь грубые и с точками в конце. Девушка никогда так не общалась. Она нервно бросает телефон на стол, вновь хватая блистер с таблетками. «Что со мной происходит?» — метались мысли, а пальцы второй руки нервно сжимали ручку.

— Ах, точно. Кэтрин. — пробубнила тихо Кэрол, начиная спешно открывать каждый документ созданных сюжетов.

Перфекционист — именно так можно было ее охарактеризовать. Все до тошноты идеально, словно под линейку с выдержанными миллиметрами. Даже если что-то сдвинуть, Кэрол сразу это подметит и будет искать виновника, чтобы хорошенько отругать. Она очень не любила, когда трогают вещи без спроса, переставляют или наводят хаос.

Скромный кабинет автора был выстроен до плиточки. В каждом стакане своя иерархия из ручек, карандашей или ножниц. В каждой полке свои правила, что там должно лежать и как. В каждом папке свои подпапки с нужными названиями. Для каждой книги по несколько дополнительных документов с важными заметками, текстами, идеями или хаотичными мыслями. Все это находилось в таком идеальном порядке, что лишь одна Кэрол могла мгновенно разобраться, где и что.

С каждым новым документом девушка подвисала на минуты, зачитываясь собственными текстами. И каждый раз удивлялась, что умеет настолько интересно и увлекательно писать. Но ни в одном из них не было персонажа по имени «Кэтрин». Это озадачило.

— Может, я забыла записать? — Кэрол задумчиво покрутила ручку между пальцев, устремляя взгляд в сторону окна. — Кэтрин, Кэтрин... Что за имя такое?

На улице кружили ледяные снежинки, опускаясь на заснеженную улицу. Подобное созерцание успокаивало разум и душу, отключая от внешнего мира. Кэрол мягко улыбнулась, подпирая голову ладонью, и закрыла глаза.

Тело вновь окутала непроглядная тьма. Кэрол покружилась вокруг себя, тихо усмехаясь. Когда снятся сны — это всегда интересно. Можно развить прекрасные сюжеты для будущих книг. Но, когда снов нет, — это удивительно. Тогда создается впечатление, будто находишься в своем маленьком и мрачном мире. Кэрол провела пальцами в воздухе, словно дирижируя, и сделала пируэт. Подобное действие вызвало лишь грустную улыбку на лице.

— Как бы я хотела исчезнуть, — тихо прошептала Кэрол себе под нос. — Никогда не возвращаться. Создать личность, которая могла бы стать в тысячи раз лучше меня. Сильней, упрямей, уверенней... — она поджала губы, резко закричав: — Как же я хочу исчезнуть!

— Ха-ха, как забавно, — раздался в ответ голос полноценным эхом. — Все такая же.

— Кто здесь? — Кэрол резко обернулась, ожидая увидеть виновника позади. Но никого не оказалось.

— Слабая личность. Жалкая личность. Посмела забыть, — тихое рычание раздалось прямо над ухом. — И это после всего, что я дала тебе? После всего, что ты сделала, еще смеешь вспоминать о нас?

— Я хочу проснуться... — еле слышно прошептала Кэрол, чувствуя сильное сердцебиение между ребер.

— Кэтрин, ты помнишь?

Девушка закрыла уши руками, тяжело задышав. Она боялась оборачиваться, словно могла увидеть нечто ужасное.

— Это ты сделала меня такой! Так посмотри же.

Кэрол резко обернулась. Но кроме темноты ничего не увидела. До ушей стали доходить глухие отголоски фраз. Как-будто кто-то общался по ту сторону этого мрака. Кэрол сорвалась на бег, а голоса становились лишь громче. И чем ближе она была, тем холодней становилось. Липкий ужас фантомным чувством стекал по коже, сжимал сердце, срывал дыхание. Кончики пальцев и вовсе похолодели, а ноги сделались ватными. В один момент Кэрол резко остановилась, приходя к осознанию: это был ее собственный голос, но более низкий и грубый. Собеседником являлась Юлианна. Кэрол покрутила головой из стороны в стороны, полностью озадаченная происходящим. Мрак впереди казался расплывчатым. Она вытянула руку, ощутив барьер.

— Кэрол, я не узнаю тебя, — Юлианна растеряно взмахнула руками. — Что на тебя сегодня нашло?

— Твое ли это дело? — прозвучало с уст Кэрол. Веки были слегка опущены, полностью меняя взгляд, а уголки губ не выражали ничего, кроме безразличия. Голос низкий, не громкий, но режущий ножом по сердцу. — Такая, как ты, не смеет учить меня. Жалкая, слабая личность.

— И это ты мне говоришь? — подруга поперхнулась воздухом. — Вот какой ты меня считаешь?

— Я говорю, как есть.

Кэрол ударила ладонями по невидимому барьеру, оглядываясь по сторонам. «Это не я, Юлианна. Это не я!» — так хотелось закричать, но не получалось. Она чувствовала, как находится в ловушке собственного тела или даже разума. Слышала, как грубые фразы слетают с собственных губ. Такие холодные и безразличные, слишком прямые и неправильные. Отчаяние захлестнуло с головой. Кэрол нервно сжала собственные волосы, вновь глянув во мрак. Отражение было искажено, а в голове словно произошло озарение.

— Кэра! — слетело с уст, и отражение приобрело четкую окраску.

— Спустя столько лет... — отражение не выражало ничего, кроме осуждения в глазах. В отличии от Кэрол, эта девушка имела прямые и длинные волосы цвета блонда, заплетенные в высокий хвост, и такие же голубые глаза, веки которых были слегка припущены, как и уголки губ. — Спустя столько лет ты все такая же, Кэрол.

— Откуда я тебя знаю? — девушка сделала шаг назад, прикусывая губу. — Хах, подожди... Это же мое имя.

— Было твоим, пока ты не бросила нас, — «Кэра» покачала головой.

— Так мой мир существует... — Кэрол нервно усмехнулась, не веря собственным словам. Все это казалось чем-то безумным, неправильным. Не существует других миров, кроме реального. Все остальное лишь происки больной фантазии. «Или правительство хочет, чтобы мы верили в существование шизофреников, — проскользнула мысль в голове. — Они боятся то, что не могут держать под контролем».

— Еще в детстве я создала личность, которая должна была стать лучше. Каждую ночь грезила о том, какой я хотела быть. Сильная, уверенная, грубая, без комплексов... Я дала себе новое имя — Кэра. Я так хотела быть, как все.

— Невозможно создать множество личностей в надежде, что они заменят тебя, — «Кэра» недовольно сложила руки на груди. — Каждое решение несет свои последствия. Ты — это ты, а созданные тобой личности — это самостоятельные существа. Ты создала целый мир и бросила его ради людей. Ты считала нас выдумкой, но никогда не думала над тем, что может твоя «реальность» и есть больная фантазия? — она неспешно сложила руки за спиной, слегка наклоняясь вперед: — Почему ты решила, что придуманные тобой персонажи существуют лишь на страницах книги?

— Я... я просто... — в один миг все слова стали излишни, а взгляд растерянно бегал по этой непроглядной тьме.

— Желания, мечты... Пха-х, — девушка прыснула от смеха, вновь возвращая себе эту безразличную маску. — Так убегала, но в итоге, где ты сейчас? Снова среди своих мечтаний. Нелепо.

Кэрол нервно поджала губы, одолеваемая разного рода воспоминаниями. Белый куб, где была лишь она одна. Два воображаемых друга, чтобы не жить в одиночестве. И личность, внешность которой заметно отличалась от самой Кэрол, но основа оставалась той же: блондинка с голубыми глазами. Запертый и скрытый мир, который невозможно найти и особенно попасть. Кэрол каждую ночь грезила, как дает тем или иным людям ключ от мира, в который могли попасть лишь единицы. Она посмотрела на собственное запястье, на котором когда-то представляла завязанную ленту, которая вела к друзьям. И вспомнила... как личность вышла из-под контроля, оказавшись полностью изолированной и под стражей. С тех пор Кэрол забыла о ее существовании.

— Я не думала, что это возможно, — дыхание сбилось от волнения. — Я верила, что это лишь мое воображение и ничего более. Только мои странности...

— У каждой личности есть свой мир, но не каждый способен принять его, — проговорила «Кэра», одаривая, так называемого Создателя, взглядом. — Одни умирают и их полноценно замещают преемники. Другие развивают этот мир, третьи не способны справиться с такой силой и сходят с ума, выводя всех существ в реальный мир, четвертые живут в гармонии с созданным миром.

— Значит личность способна заменить другую. Я знала, что это возможно, — Кэрол пару раз моргнула, пытаясь полноценно осознать происходящее, которое походило на сон.

— Как же меня злит твое легкомыслие!

Отражение пошло мимолетной рябью, а силуэт по ту сторону вдруг перестал казаться таким далеким. Кэрол даже смогла ощутить дыхание рядом. «Кэра» схватила Создателя за горло, впечатывая в невидимый позади столб.

— Будь моя воля, я бы уже давно стерла тебя в порошок, — зло прошипела личность, не сводя с нее собственного взгляда. — Как ты смеешь думать только о себе?! Создала целый мир, настоящую Вселенную, если так угодно, а потом ушла. Ты ушла, Кэтрин! — голос сорвался на крик, а в голубых глазах горела настоящая ненависть.

— Но я... не Кэтрин, — тихо проскулила Кэрол, хватаясь за чужое запястье, ощутив страх перед Смертью. Умереть во сне в планы не входило. Но хватка этой «Кэры» была крепкой, перекрывая постепенно кислород. «Почему она так злится?» — недоумевала Кэрол.

— Массовая амнезия? — «Кэра» брезгливо фыркнула, разжимая пальцы. Кэрол камнем упала на пол, глубоко вдохнув. — Делаешь вид, что не помнишь? Не могу поверить, что такая, как ты, ведет целую нацию.

Кэрол закашлялась, поджимая к себе колени. События данного сновидения пугали с каждым разом все больше и больше. «Кэра» присела напротив, схватив за подбородок.

— Ты разбудила всех нас. И теперь тебе придется все вспомнить, — она поднимается, проведя пальцами по хвосту. — А пока я напомню, что бывает с неаккуратно загаданными желаниями. Наблюдай, Кэрол, если найдешь в себе силы после вспомнить о случившемся.