Всё началось с разбитой чашки

Утреннее солнце, пробивавшееся сквозь высокие стрельчатые окна Большого зала, не приносило тебе никакого облегчения. Вчерашнее приземление на одну метлу с Роном Уизли прямо посреди квиддичного поля закончилось грандиозным сумасшествием. Драко орал так, что сорвал голос, а мадам Трюк едва успела разнять назревающую драку между слизеринцами и гриффиндорцами.

Ты сидела за своим столом, отрешённо глядя в тарелку с овсянкой, к которой даже не прикоснулась. Плечо, которого вчера касалась горячая ладонь Рона, до сих пор покалывало от фантомного тепла, а в ушах всё ещё стоял его хриплый голос.

Драко сидел чуть поодаль. Он демонстративно не смотрел в твою сторону, но его бледное лицо кривилось в презрительной, победной ухмылке всякий раз, когда кто-то из первокурсников шептался у тебя за спиной.

Вдруг гул голосов в Большом зале начал стремительно затихать. Потолок, отражавший утреннее серое небо, словно потемнел. Сверху, со стороны огромных окон, послышался тяжёлый, зловещий хлопок крыльев. Сто залов одновременно подняли головы.

В зал влетела огромная, угольно-черная министерская сова. Она сделала крутой, хищный пике над столом Гриффиндора, заставив Рона испуганно вскинуть голову, а затем камнем бросилась к столу Слизерина. Сова с глухим стуком приземлилась прямо перед твоей тарелкой, выронив из ключа плотный, перевязанный алой лентой конверт из зловещей черной бумаги. На конверте красовалась тяжелая сургучная печать с гербом рода Малфой.

Это был Громовещатель от твоего отца.

Внутренности мгновенно скрутило ледяным узлом. Твоё лицо за секунду стало бледнее школьного привидения.

Конверт не заставил себя ждать. Лента с сухим треском лопнула, края черной бумаги сами собой загнулись, превращаясь в подобие кричащего человеческого рта. Из письма пахнуло тяжелым, удушливым ароматом дорогого парфюма Люциуса Малфоя и… чистой, концентрированной яростью.

— Т/И МАЛФОЙ! — Большой зал содрогнулся. Ледяной, громоподобный голос твоего отца, усиленный магией, эхом ударил по каменным стенам, заставив хрустальные кубки на столах зазвенеть. — КАК ТЫ ПОСМЕЛА ТАК УНИЗИТЬ НАШ ДРЕВНИЙ И БЕЗУПРЕЧНЫЙ РОД?! ПО ШКОЛЕ И МИНИСТЕРСТВУ ПОЛЗУТ ГРЯЗНЫЕ, ПОРУЧНЫЕ СЛУХИ! ТЫ ПОЗВОЛЯЕШЬ НИЩЕМУ ГРИФФИНДОРСКОМУ ОТБРОСУ ПРИЛЮДНО ЛАПАТЬ СЕБЯ НА МЕТЛЕ?! ТЫ КАТАЕШЬСЯ С НИМ НА ВИДУ У ВСЕЙ ШКОЛЫ, СЖИМАЯ ЕГО В ВОЗДУХЕ?!

Все взгляды в зале, включая преподавательский стол, устремились на тебя. Рон Уизли за своим столом замер с куском тоста в руке, стремительно наливаясь пунцовой краской до самых корней волос. Гарри и Гермиона сочувственно и испуганно смотрели то на него, то на тебя.

— ЕСЛИ ЭТОТ КАТАСТРОФИЧЕСКИЙ ПОЗОР И ТВОИ ГРЯЗНЫЕ СВЯЗИ НЕ ПРЕКРАТЯТСЯ НЕМЕДЛЕННО, — Громовещатель взвился над столом, буквально брызжа искрами темной магии, — ТЫ БУДЕШЬ ИСКЛЮЧЕНА ИЗ ХОГВАРТСА И ЗАПЕРТА В ПОДВАЛАХ МАЛФОЙ-МЭНОРА ПОД ДОМАШНИМ АРЕСТОМ ДО КОНЦА СВОИХ ДНЕЙ! НАША СЕМЬЯ НЕ ПОТЕРПИТ ТАКОЙ ГРЯЗИ!

Черная бумага вспыхнула ярким зеленым пламенем и за секунду осыпалась серым пеплом прямо в твою овсянку.

В Большом зале повисла мертвая, звенящая тишина. Слизеринцы брезгливо и высокомерно отвернулись от тебя, Лаванда Браун и Симус тихо, гадко захихикали, а Драко победно хмыкнул, возвращаясь к своему чаю.

Стыд, унижение и дикая, неуправляемая агрессия волной ударили тебе в голову. Твои щеки пылали так, словно их обожгло этим самым зеленым пламенем. Из глаз против твоей воли брызнули слезы злости.

— Да пошли вы все! — бешено выкрикнула ты, вскакивая из-за стола.

В порыве ярости ты резко развернулась, но твоя проклятая неуклюжесть снова сделала всё только хуже. Ты со всей силы задела бедром тяжелый фарфоровый кувшин с молоком. Кувшин с грохотом перевернулся, и белая жидкость залила мантию твоего соседа по столу, Теодора Нотта.

Не обращая внимания на его возмущенный возглас, ты подхватила сумку и, тяжело стуча каблуками, пулей вылетела из Большого зала, мечтая прямо сейчас провалиться сквозь землю. Ты бежала по коридорам, не разбирая дороги, пока слезы застилали глаза.

Рон Уизли проводил тебя взглядом, полным шока и внезапного, болезненного беспокойства. Наплевав на крики Гермионы и предостерегающий взгляд Гарри, он с грохотом бросил вилку, вскочил из-за стола и, игнорируя торжествующий окрик Драко, на глазах у всего замка бросился бежать следом за тобой.