Между страницами истории

​Часть 1. Встреча на парковке

​(От лица Лео)

​Пятничный вечер опустился на кампус вместе с густыми сумерками и непрекращающимся дождём. Наш «архивный час» пролетел незаметно, но признаться честно, половину времени я не столько вчитывался в латынь, сколько думал о предстоящем знакомстве. После утреннего прокола с Акимом я понимал, что Грассо-старшему сегодня придётся сдавать ещё один важный экзамен.

​Когда мы с Таймией вышли на крыльцо главного корпуса, у самого тротуара уже стоял массивный семейный минивэн. Дверь со стороны водителя открылась, и под дождь вышел молодой человек.

​Асад. Старший из братьев Таймии.

​Он не был похож на импульсивного Убайду или спортивного Акима. В его движениях чувствовалась зрелая, спокойная уверенность. Одетый в строгое тёмное пальто, с аккуратной короткой бородой, он смотрел на мир умными, проницательными глазами человека, который привык руководить и просчитывать риски наперёд. Именно он вместе с отцом управлял их семейной сетью ресторанов.

​Таймия сделала шаг вперёд, придерживая полы синего плаща, и робко посмотрела на брата:

- Асад, привет. А мы как раз закончили занятия.

​Асад мягко улыбнулся сестре, но его взгляд тут же перевёлся на меня. Он оценивающе осмотрел мою осанку, чёрное пальто, задержался на фотоаппарате, висящем на плече, и, наконец, остановился на моих глазах. Ни капли враждебности, но колоссальный, чисто мужской контроль.

​Я сделал шаг вперёд, сохраняя дистанцию рядом с Таймией, и первым протянул руку:

- Добрый вечер. Леонардо Грассо.

​Асад протянул руку в ответ. Рукопожатие было коротким, сухим и очень крепким. Моё титановое кольцо тускло блеснуло под светом фонаря.

​- Асад, - спокойно представился он. - Очень приятно, Леонардо. Мой младший брат Аким сегодня на обеде много рассказывал о вашей... утренней встрече. Говорит, у тебя отличная реакция.

​Я почувствовал, как Таймия рядом со мной тихонько вздохнула и поспешно опустила голову, пряча смущённую улыбку в складках кофейного платка.

​- Ваша сестра делает большие успехи в истории, - я решил тактично перевести тему, слегка наклонив голову. - Наше архивное соглашение очень помогает мне отвлечься от юридических папок моего отца.

​Асад внимательно выслушал меня, и на его лице проступило уважение. Как айтишник и деловой человек, он явно ценил чёткость и честность.

- Уважение к учёбе - это хороший знак, Леонардо. Дисциплина важна во всём. Нам с отцом приятно знать, что рядом с Мией в библиотеке находится надёжный человек, который ценит её границы. Убайда говорил, что ты занимаешься дзюдо?

​- Да. Чёрный пояс, - ответил я.

​- Дзюдо учит балансу. Это ценно, - Асад удовлетворённо кивнул и открыл переднюю дверь машины для сестры. - Ну что же, Мия, пора ехать. Отец не любит, когда ужин остывает. Рад был познакомиться, Леонардо.

​- Взаимно, Асад. Хорошего вечера, - я отступил на полшага назад.

​Таймия робко обернулась ко мне перед тем, как сесть в салон. Её тёмные глаза светились облегчением и тихой благодарностью.

- До среды, Лео?

​- До среды, Жемчужина, - негромко ответил я.

​Минивэн плавно тронулся с места, растворяясь в огнях вечернего Бостона. Я остался стоять под дождём, чувствуя, что этот день, начавшийся с глупой ревности, закончился моей важной, пускай и негласной победой.

​Часть 2. Бессонница в лавандовых тонах

​(От лица Таймии)

​Ночь полностью укутала наш дом тишиной. За окном всё так же монотонно шумел дождь, капли стучали по отливу, создавая уютный, убаюкивающий ритм. Вся семья уже спала: Аким и Асад, уставшие после долгой рабочей недели, Убайда, выжатый после школьной тренировки, и родители в своей комнате.

​Я лежала в кровати, укрывшись тёплым одеялом до самого подбородка. В комнате было темно, только блёклый свет уличного фонаря пробивался сквозь занавески, выхватывая силуэт письменного стола. На его верхней полке лежала старая книга в лавандовом переплёте.

​Сон совершенно не шёл. Стоило мне закрыть глаза, как мысли упрямо возвращались к событиям сегодняшнего дня.

​Я вспоминала утро. То, как Лео шёл ко мне по аллее - стремительный, жёсткий, со сжатыми кулаками и полыхающим, по-настоящему грозным взглядом голубых глаз. В тот момент он казался опасным, как шторм. И всё это... из-за Акима. Из-за того, что мой брат просто поправил мне платок.

​«Он приревновал», - эта мысль заставила моё сердце снова сделать глупый, частый кувырок прямо там, в темноте под одеялом. Я уткнулась лицом в подушку, чувствуя, как к щекам приливает горячая кровь. Это было так странно, так непривычно, но внутри разливалось удивительное, трепетное тепло. Лео, который всегда так строго держит дистанцию, так уважает мои правила и веру, на одну секунду потерял свой хвалёный контроль юриста только потому, что испугался, будто рядом со мной появился кто-то другой.

​А потом была встреча с Асадом. Старший брат дома за ужином ничего не сказал папе, только мягко подмигнул мне, когда передавал хлеб, а после молитвы тихо шепнул на ухо: «Хороший парень, Мия. Серьёзный. Мужской стержень есть». Для нашей семьи одобрение Асада значило очень много.

​Я повернулась на бок, глядя на лавандовую книгу в темноте.

​Вспомнила его размашистый почерк карандашом на полях: «Пока у нас есть эта тишина, никакой Бостон не сможет нам помешать». Теперь я знала наверняка - этот парень с титановым кольцом на пальце и тяжёлым грузом отцовских ожиданий на плечах готов защищать наше архивное соглашение от всего мира. И от своих родителей, и от моих подозрений.

​Я улыбнулась темноте, поуютнее заворачиваясь в одеяло. Дождь за окном продолжал убаюкивать город, и теперь, когда в моих мыслях окончательно воцарился покой, я наконец-то начала засыпать, точно зная, что в следующую среду в дальнем зале библиотеки меня снова встретит самый надёжный взгляд в этом городе.