Мои личные судьи

Утро встретило Феликса серым небом и мелким дождём, барабанящим по стеклу. Он проснулся за час до будильника — привычка, выработанная годами тренировок. Тело чувствовало себя расслабленно, вчерашний стресс отпустил, оставив лишь лёгкую усталость в мышцах.

Лукас уже возился на кухне, судя по запаху свежего кофе и тостов. Феликс натянул домашнюю футболку и вышел из комнаты, встречая привычную картину: лучший друг стоял у плиты в клетчатых штанах и растянутой майке, напевая что-то неразборчивое.

Л: Проснулся, соня, — Лукас обернулся и широко улыбнулся. — Садись есть. Сегодня же лёгкая растяжка, да? Я с тобой поеду, посижу на трибунах, посмотрю.

Феликс сел за стол, взял кружку с кофе и сделал глоток. Тёплая горечь разлилась по телу, прогоняя остатки сна.

Ф: Тренер сказал, будет простая работа. Восстановительная, — Феликс говорил тихо, размеренно. — Ты мог бы дома поспать подольше.

Л: И пропустить твою божественную растяжку? Да ни за что! — Лукас театрально прижал руку к сердцу. — Кто-то же должен носить твою воду и морально поддерживать, пока ты там будешь складываться в крендель.

Феликс слабо улыбнулся и принялся за тост. Завтрак прошёл в привычной лёгкой болтовне — Лукас рассказывал про позавчерашний вечер, как он чуть не подрался с соседом, который слишком громко слушал музыку, а потом они обсуждали новости из мира спорта. Ни слова о вчерашнем инциденте. Оба знали, что это уже позади.

Через час они уже были на стадионе. Тренировочный зал встретил их пустыми трибунами и свежим запахом ковриков. Феликс переоделся в просторные шорты и майку, вышел на поле для разминки. Лукас, как обычно, занял третье место на трибунах — ровно напротив входа, откуда видно всё поле. Рядом с ним стояла большая спортивная сумка, где лежала не только его одежда, но и запасная форма Феликса, бутылка воды, пара полотенец и даже батончик для перекуса. Лукас готовился к любой ситуации.

Ровно в девять в зал вошёл Сынмин. Он был собран и сосредоточен, как всегда: тёмные спортивные штаны, футболка с логотипом команды, планшет в руках. Глаза скользнули по пустым трибунам, задержались на Лукасе, потом на Феликсе. Ничего не изменилось на его лице, но где-то внутри — там, где он прятал чувства уже два года — кольнуло привычной болью.

«Опять он здесь. Как всегда. Рядом, как тень».

С: Доброе утро, — Сынмин подошёл к Феликсу, бросив взгляд на время в планшете. — Как самочувствие?

Ф: Нормально, — ответил Феликс, делая несколько наклонов вперёд. — Ничего не болит. Готов работать.

С: Сегодня лёгкая программа, — Сынмин убрал планшет и опустился на коврик рядом. — Основной упор на растяжку и восстановление. После вчерашнего стресса тебе нужен отдых, но мы сделаем пару упражнений на подвижность суставов. Начнём с шеи и плечевого пояса.

Феликс кивнул и сел напротив тренера, готовый повторять.

Сынмин знал каждое движение омеги наизусть. За три года он изучил не только его физические возможности, но и то, как он дышит, когда напрягается, как слегка прикусывает губу, когда упражнение даётся тяжело. Эти маленькие детали стали для Сынмина родными, почти интимными. Но он никогда не позволял себе большего, чем взгляд профессионала.

«Если у них с Лукасом что-то есть, я не имею права мешать. Если нет — я всё равно не имею права рисковать его карьерой из-за своих чувств».

Главное правило, которое Сынмин установил для себя: никогда не путать работу и личное. И он свято его соблюдал, хотя внутри всё сжималось каждый раз, когда Лукас протягивал Феликсу воду или поправлял ему волосы.

Сынмин уже начал объяснять первое упражнение — наклоны головы с растяжкой боковых мышц шеи, когда двери зала распахнулись слишком громко для утра.

Д: Хорошенькие дела, Сынмин~а! Ты нас решил проигнорировать? Обижаешь!

Голос Джисона разнёсся по пустому залу, эхом отскочив от стен. Следом вошёл Чан — виновато разведя руками, за ним остальные альфы. Все шестеро. Чонин тащил пакет с выпечкой, Хан лениво зевал, Минхо выглядел так, будто только что проснулся, но глаза его уже цепко сканировали помещение. Чанбин держал руки в карманах, качая головой, Хёнджин улыбался во все тридцать два зуба.

Сынмин медленно выпрямился, переводя взгляд с одного альфы на другого. Лицо оставалось спокойным, но внутри поднялась волна раздражения.

С: Что вы здесь делаете? — спросил он холодно, с нажимом, так, чтобы никто не услышал. — Я вчера чётко сказал: дать ему отдохнуть и не лезть.

Д: Мы и не лезем, — Джисон подошёл ближе, хлопнув Сынмина по плечу. — Мы пришли к тебе, тренер. Решили поддержать старого друга. Слушай, я вчера понял, что мы давно не общались по-человечески. Дай-ка я посижу тут, посмотрю, как ты работаешь. Может, чему-то научусь.

Нин: А выпечка? — Чонин поднял пакет, сияя. — Свежие круассаны, между прочим. Я специально заезжал в ту пекарню, которую ты любишь. Грешно не угостить нас.

Б: Мы тихо, — вставил Чан, поднимая руки в примирительном жесте. — Сядем вон там, на верхних рядах, и не будем мешать. Честное слово.

Сынмин скрестил руки на груди. Он понимал: все эти отмазки — лишь прикрытие. Они пришли не к нему. Они пришли посмотреть на Феликса. Его интуиция не подводила.

С: Так вы пришли к нему, — тихо, но с лёгкой усмешкой сказал Сынмин, косясь в сторону омеги, который теперь стоял в стороне, наблюдая за сценой.

Нин, Д:  К тебе! — хором ответили Чонин и Хан, но их глаза уже скользнули по фигуре Феликса, стоящего в растяжке.

С: Ладно, — вздохнул Сынмин. — Садитесь на верхние ряды и не шумите. Если я замечу хоть одно лишнее движение в сторону моего спортсмена — вылетите отсюда быстрее, чем бегает Феликс.

Д: Слушаемся, тренер! — Джисон козырнул, и компания, переглядываясь, потянулась на самый верх трибун. Они выбрали места прямо над тем сектором, где сидел Лукас, так что теперь их обзор охватывал и поле, и этого неизвестного альфу, который, казалось, ни разу не отвёл глаз от омеги.

Лукас даже не обернулся на вновь прибывших. Он сидел, подавшись вперёд, локти на коленях, бутылка воды уже стояла на скамейке рядом. Его взгляд был прикован к Феликсу — каждое движение, каждый поворот головы, каждое растяжение мышц не ускользало от него. Казалось, он сканирует омегу на предмет малейшего дискомфорта.

Д: Ну и взгляд у парня, — тихо шепнул Хан, толкая Чонина локтём. — Он что, приклеил Феликса к стене глазами?

Нин: Он не просто друг, — ответил Чонин так же шёпотом. — Слишком пристально смотрит. Я за таким только влюблённых видел.

Чб: Или охрану, — добавил Чанбин, прищурившись. — С такой напряжённой позой обычно на вылете стоят.

Б: Давайте пока просто понаблюдаем, — оборвал их Чан. — Не делаем поспешных выводов.

Продолжение следует....

           1020 слов