что такое любовь, когда тебе 18? || koreshzy

Прошел почти месяц. Ноябрь незаметно сменился декабрем. За окном становилось все холоднее, на подоконнике квартиры Дарины почти каждый день появлялись новые букеты. Но теперь они были не романтическим жестом. Лёша все чаще приезжал с пакетами продуктов, фруктами, витаминами, которые выписывал врач. И каждый раз задавал один и тот же вопрос.
— Как ты себя чувствуешь?

И каждый раз слышал примерно один и тот же ответ.
— Нормально.

Это «нормально» давно перестало что-либо значить.

Беременность официально подтвердили. Дарина сидела напротив врача, пока та спокойно рассказывала о сроке, необходимых анализах и следующих приемах. Девушка почти ничего не слышала. Она машинально кивала, сжимая в руках лист с результатами.
Беременна. Теперь это было не предположение. Это стало фактом.

Когда она вышла из клиники, снег медленно кружился над Москвой. Лёша уже ждал возле машины. Он сразу понял всё по ее глазам.
— Подтвердили?,-тихо спросил он.

Дарина молча протянула ему бумаги. Он несколько секунд смотрел на заключение врача. Потом закрыл глаза. И неожиданно... улыбнулся. Совсем чуть-чуть. Не потому что ему было весело. Просто внутри появилась надежда. Он осторожно поднял взгляд на Дарину.

— Спасибо...

— За что?

— За то, что оставила шанс этому малышу.

Блондинка ничего не ответила. Она отвернулась к окну машины. Внутри все еще было слишком тяжело. Каждый вечер теперь проходил почти одинаково. Лёша приезжал после работы, стучал, она открывала дверь, он заносил продукты, иногда готовил ужин, иногда просто сидел на кухне, пока она пила чай, иногда они вообще молчали. Но странное чувство безопасности постепенно возвращалось. Нет, она не простила его. Нет, между ними не стало снова любви. Но она перестала бояться его присутствия. Он действительно менялся. И это было видно не по словам. По поступкам.

Только одна проблема оставалась нерешенной. Родители. Дарина откладывала этот разговор почти месяц. Каждый день находила новую причину. Но бесконечно скрывать беременность было невозможно. Поэтому однажды утром она просто набрала мамин номер.

— Мам...

— Доченька? Все хорошо?

— Ты сегодня свободна?

— Конечно.

— Можно... встретимся? Только вдвоем.

— Через час в нашем кафе?

— Да.

Это было небольшое семейное кафе, куда они ходили еще тогда, когда Дарина была школьницей. Все осталось прежним. Те же деревянные столики. Те же большие окна. Только сама Дарина будто стала другим человеком. Мама заметила это сразу.

— Ты похудела...

— Немного.

— Что произошло?

Дарина долго молчала. Официант принес чай. Они даже не притронулись к нему.

— Мам..Я очень боюсь, что ты сейчас разочаруешься во мне.

Мама сразу взяла дочь за руку.
— Этого никогда не будет.

Дарина почувствовала, как к горлу снова подступают слезы.
— Мам...Я беременна. От Лёши.

За столом стало тихо. Настолько, что слышно было музыку из соседнего зала. Мама не перебивала. Не ахнула. Не начала задавать вопросы. Она просто внимательно смотрела на дочь. Дарина уже начала плакать.

— Прости...

— За что ты извиняешься?

— Я все испортила...

— Дарина.

— Я не планировала этого...

— Доченька.

— Я вообще не знаю, готова ли стать мамой...

Мама пересела к ней и просто крепко обняла. Так же, как в детстве. Когда разбивались коленки, когда получала двойки, когда впервые плакала из-за мальчика. Только теперь боль была совсем другой.

— Посмотри на меня. Ты моя дочь. И это никогда не изменится. Я люблю тебя, что бы ни произошло. Всегда.

Дарина больше не смогла сдерживаться. Она расплакалась у мамы на плече.
— Мне так страшно...

— Я знаю.

— Я боюсь папу.

Мама тяжело выдохнула.
— Да... Твой отец сначала будет очень зол. Но не потому, что не любит тебя. Он просто всю жизнь хотел защитить тебя от боли. И сейчас поймет, что не смог.

— Он меня возненавидит...

— Нет. Поверь мне. Покричит, помолчит. Может, даже пару дней не будет разговаривать. Но возненавидеть тебя... Он просто не умеет.

Дарина слабо улыбнулась сквозь слезы.
— Правда?

— Правда. Мы расскажем ему вместе. Не сегодня. Когда ты будешь готова. Я буду рядом.

Тем временем Лёша сидел у Саши дома. Перед ним остывал уже второй стакан кофе. Он почти ничего не говорил. Саша молча наблюдал за другом.

— Ты снова к ней ездил?

— Да.

— Как она?

— Держится.

— А ты?

Лёша усмехнулся.
— Не очень. Знаешь... я раньше думал, что любил ее. А теперь понимаю... Нет. Раньше я просто был счастлив рядом с ней. А люблю я ее только сейчас. Когда каждый день вижу, как ей тяжело. И понимаю, что виноват в этом тоже я.

Саша впервые за долгое время ничего не сказал. Лёша продолжил почти шепотом:

— Я не знаю, получится ли у нас когда-нибудь снова быть семьей. Может, нет. Может, она никогда меня не простит. Но я хочу, чтобы хотя бы ребенок однажды смог сказать... Что у него был хороший отец. Не идеальный. Но хороший.

А вечером к Дарине вновь приехала Аня. Как обычно - без предупреждения. С двумя пакетами мандаринов, какао и огромным плюшевым пледом.

— Я решила, что сегодня у нас вечер без слез.

— Это как?

— Очень просто. Смотрим дурацкие фильмы, едим мандарины и обсуждаем имена для ребенка.

Дарина рассмеялась впервые за несколько дней.
— Ань...

— Что?

— Спасибо.

— За что?

— За то, что ты рядом.

Аня улыбнулась и крепко обняла подругу.
— Когда-нибудь ты поймешь одну вещь.

— Какую?

— Что иногда семья - это не только люди, с которыми ты родилась. Иногда семья - это те, кто просто остался рядом, когда весь мир начал рушиться.

И Дарина поняла, что в этот раз она действительно была не одна.