Леклер, я тебя убью!

Боксы «Ред Булл» пахнут резиной, потом и адреналином. Механики снуют туда-сюда, проверяют оборудование, переговариваются по рациям. Макс усаживает меня на высокий стул у мониторов и скрещивает руки на груди.

— Сиди здесь.

Я закатываю глаза.

— Макс, я не собачка.

— Я знаю, кто ты, — он наклоняется ко мне, понижая голос. — Ты — проблема. И сейчас ты будешь сидеть здесь, пока я не закончу с инженерами. Поняла?

— Кристально, — тяну я, болтая ногой. Туфелька болтается на кончике пальца. — А потом?

— А потом мы едем домой.

— Звучит увлекательно.

Он смотрит на меня с подозрением, но ничего не говорит. Просто разворачивается и уходит к своим людям. Я остаюсь одна.

Ну, почти одна. Механики косятся на меня, но близко не подходят. Видимо, Макс уже всех предупредил. Золотая клетка, блин.

Я смотрю на экраны, где мелькают телеметрии, и думаю о том, что произошло. Трое пилотов «Феррари». Трое. Карлос с его испанским огнем, Льюис с его уверенной усмешкой, и Шарль... Шарль, который просто стоял и смотрел. Молча. Как гребаный хищник, который выбирает момент.

И этот момент я хочу ускорить.

Я смотрю на часы. Макс будет занят минимум полчаса. А кофе в кафе, где мы сидели, был действительно неплох. И Карлос, кажется, не допил свой.

Я спрыгиваю со стула. Один из механиков оборачивается.

— Мисс Ферстаппен? Вам что-то нужно?

— В туалет, — улыбаюсь я ангельски. — Ты же не запретишь?

Он краснеет и отворачивается. Легко.

Я выхожу из боксов и быстрым шагом направляюсь к знакомому месту. Сердце колотится где-то в горле. Макс меня убьет, если узнает. Но в этом и есть кайф, правда?

Кафе почти пустое. Почти.

Карлос сидит за тем же столиком, крутит в пальцах пустую чашку и смотрит в телефон. Увидев меня, он поднимает голову, и его лицо расплывается в улыбке.

— А я думал, ты сбежала, — говорит он, вставая.

— Я и сбежала, — я подхожу ближе. — От брата.

— Опасная девушка, — он берет меня за руку и подносит к губам. Целует костяшки. Медленно, с чувством. Его губы теплые. — Мне это нравится.

Я смеюсь, но краем глаза сканирую пространство. Шарля нет. Льюиса тоже. Только Карлос. Идеально.

— Составишь мне компанию? — спрашиваю я, кивая на столик.

— С удовольствием. Но давай прогуляемся? Здесь душно.

Я беру его под руку, и мы выходим. Солнце печет немилосердно, но легкий ветер с моря приносит прохладу. Мы идем вдоль пит-лейн, и я чувствую, как на нас смотрят. Механики, журналисты, фотографы. Анна Ферстаппен под руку с Карлосом Сайнсом. Кадр для таблоидов.

— Ты не боишься? — спрашиваю я, глядя на него снизу вверх.

— Чего? — он смотрит на меня с искренним недоумением.

— Макса. Он же реально психанет.

Карлос пожимает плечами. Испанская беззаботность.

— Я гонщик «Феррари». Я каждый день рискую жизнью на трассе. Твой брат — меньшее из зол.

Я смеюсь. Он мне нравится. По-настоящему. Без этой тяжелой энергетики, которая исходит от Шарля. С Карлосом легко. С ним весело. И если мне нужно кого-то разозлить, он идеальный инструмент.

Мы проходим мимо боксов «Мерседеса», «Макларена», «Астон Мартин». Везде на нас смотрят. Я чувствую себя звездой реалити-шоу. Карлос что-то рассказывает про свою гоночную философию, но я слушаю вполуха. Я жду.

И дожидаюсь.

Из боксов «Ред Булл» вылетает Макс.

Он осматривается, замечает нас, и его лицо становится цветом перезрелого помидора. Он бежит. Бежит к нам, расталкивая прохожих.

Карлос видит его первым.

— О, — говорит он спокойно. — Кажется, твой брат нашел тебя.

Я улыбаюсь.

— Да, похоже на то.

Макс подлетает к нам и останавливается в двух шагах. Он тяжело дышит. В глазах — ярость, смешанная с неверием.

— Анна, — рычит он. — Какого черта?

— Решила прогуляться, — пожимаю плечами. — Карлос составил компанию. Очень милый, кстати.

Карлос кивает, как ни в чем не бывало.

— Привет, Макс. Отличная погода, правда?

Макс сжимает кулаки. Я вижу, как он борется с желанием врезать испанцу прямо здесь, перед камерами.

— Убери руки от моей сестры, — цедит он сквозь зубы.

— Макс, — я вмешиваюсь, прежде чем Карлос успевает ответить. — Мы просто гуляем. Я не твоя собственность.

— Ты моя сестра! — рявкает он.

— И что? Я совершеннолетняя. Могу гулять с кем хочу.

Макс переводит взгляд на Карлоса. Тот стоит с легкой улыбкой, не убирая мою руку со своего локтя. И в этой улыбке — вызов.

— Сайнс, — голос Макса падает до ледяного шепота. — Если ты не отойдешь от нее...

— Что? — Карлос наклоняет голову. — Убьешь меня? Ты уже всех обещал убить сегодня. Леклера, меня, Льюиса. У тебя патронов хватит?

Я давлюсь смешком. Макс багровеет.

Вокруг собирается толпа. Механики, журналисты, пилоты из других команд. Кто-то снимает на телефон. Шоу начинается.

И тут я замечаю ЕГО.

Шарль стоит у боксов «Феррари», метрах в двадцати от нас. Он не подходит. Просто смотрит. Но теперь в его взгляде — не только желание. Там что-то новое. Ярость? Ревность? Бешенство?

Он смотрит на руку Карлоса, лежащую на моей талии. Смотрит на мою улыбку. И медленно, очень медленно, сжимает губы в тонкую линию.

О, да. Это работает.

— Анна, — Макс делает шаг ко мне. — Мы уходим. Сейчас же.

— Нет, — говорю я спокойно.

Он замирает.

— Что?

— Я сказала нет. Я хочу еще погулять. С Карлосом.

Карлос смотрит на меня с уважением. Макс выглядит так, будто у него сейчас сердце остановится.

— Ты... ты не понимаешь, что творишь, — шепчет он.

— Понимаю, — я смотрю ему прямо в глаза. — Я просто живу своей жизнью. Ты не можешь запереть меня в клетке.

Макс молчит. Секунду. Две. А потом делает то, чего я не ожидаю. Он разворачивается и уходит. Просто уходит, не сказав ни слова.

Я смотрю ему вслед и чувствую укол совести. Но тут же проглатываю его. Он перегибает палку. Я не его собственность.

Карлос выдыхает.

— Ни хрена себе, — бормочет он. — Ты реально крутая.

Я поворачиваюсь к нему и снова беру под руку.

— Пойдем. Я хочу еще кофе.

Но прежде чем мы делаем шаг, я бросаю взгляд на Шарля. Он все еще там. Стоит, скрестив руки на груди. И теперь он смотрит не на меня. Он смотрит на Карлоса.

И в этом взгляде — смерть.

Я улыбаюсь. Внутри все поет.

Игра становится жарче. И Шарль Леклер больше не просто наблюдатель. Он в игре. Он уже в ней по уши.

Вопрос только в том, кто сделает первый ход.

А пока я пью кофе с Карлосом, чувствуя на спине тяжелый взгляд зеленых глаз.

О, да. Это будет весело.