Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Трещина в золотом монолите
Они сидели на полу перед камином. Руби не зажигала дрова - её собственного тепла было достаточно, чтобы освещать комнату мягким янтарным светом. Эмир сидел рядом, его длинные ноги были вытянуты, а плащ небрежно брошен на кресло. Впервые он сидел без своего главного защитного атрибута - плаща. Осталась лишь облегающая белая форма и золотая маска.
- Руби... - позвал он тихо.
- Да? - она повернулась к нему, её глаза светились нежностью.
Медленно, с явным усилием, преодолевая вековое табу Небес, Эмир поднял руки к своей голове. Его пальцы коснулись скрытых защелок на золотой маске. Руби замерла, боясь даже вздохнуть. Ей казалось, что если она пошевелится, этот момент растает.
С тихим, шипящим звуком герметизации маска отделилась от его лица. Эмир медленно опустил её на пол.
Руби едва не вскрикнула от удивления. Его лицо было невероятно красивым, но этой красотой можно было порезаться. Высеченные, аристократичные черты, бледная, почти прозрачная кожа, на которой тонкими нитями светились ангельские вены. Волосы были серебристо-белыми, короткими и прямыми. Самым поразительным были его глаза: пронзительно-голубые, как ледники, но прямо вокруг зрачков теперь горел тонкий, пульсирующий ободок янтарного огня - след её влияния.
На его лице не было улыбки - он просто не умел улыбаться. Его взгляд был серьезным, холодным и одновременно полным такой глубокой, пронзительной тоски, что у Руби сжалось сердце.
- Теперь ты видишь, - тихо сказал он, и без маски его голос звучал мягче, обнажая его истинную, хрупкую суть.
- Я меняюсь. Я больше не чистый экзорцист. Если они увидят мои глаза... меня казнят прямо на площади Сияющих Чертогов.
Руби протянула руку и очень осторожно, без перчатки, коснулась его бледной щеки. Ее пальцы были горячими, но Эмир не отпрянул. Он наоборот, едва заметно прильнул к её ладони, закрыв глаза. На его щеке остался легкий, розовый след от её тепла.
- Пусть казнят, - прошептал он, открыв глаза и посмотрев прямо на неё.
- Но я больше не вернусь в их холодную клетку морально свободным.
Комментарии