Ненормальная чёрная джокер мчсница

Вика шла вглубь пещеры. С каждым шагом воздух становился всё более влажным и холодным, а свет фонарика выхватывал из темноты странные символы на стенах. Они были древними, покрытыми мхом и временем, но Вика чувствовала — они здесь не просто так.

Она прошла ещё метров двадцать и оказалась в небольшом круглом зале. В центре, на каменном постаменте, лежала книга.

Она была огромной — в ладонь толщиной, с тёмной кожаной обложкой, на которой тускло поблёскивали золотые символы. Книга выглядела древней. Очень древней. И очень опасной.

— Ебать, — выдохнула Вика, подходя ближе. — Пиздец загадочно.

Она остановилась в паре метров от постамента и внимательно огляделась. Пол был ровным, стены — без видимых отверстий. Но Вика знала — в таких местах просто так ничего не лежит.

Она поднесла пальцы к губам и издала сложный свист-щебет — тот самый, который подзывал собак. Через несколько секунд в проходе послышался топот, и в зал вбежали Джеймс и Тикаани. Они остановились рядом с Викой, напряжённо принюхиваясь.

— Проверьте, — сказала Вика, указывая на книгу и пространство вокруг неё. — Всё. Ловушки, взрывчатка, наркотики, растяжки. Всё, что может быть опасно.

Джеймс и Тикаани переглянулись, словно понимая каждое слово, и начали обходить зал. Они принюхивались к полу, к стенам, к постаменту. Тикаани даже лизнула камень, на котором стояла книга, и замерла, прислушиваясь к своим ощущениям.

Через несколько минут собаки вернулись к Вике и сели, глядя на неё с полным спокойствием. Джеймс даже вильнул хвостом.

— Чисто? — спросила Вика. — Ничего нет?

Собаки, казалось, подтвердили — Джеймс тявкнул один раз, что означало «да».

— Хорошо, — сказала Вика, делая шаг к постаменту. — Тогда посмотрим, что тут у нас.

Она протянула руку к книге, но в тот момент, когда её пальцы почти коснулись обложки, где-то в стене раздался тихий щелчок. Вика замерла. Собаки насторожились.

Из стены, прямо перед ней, выдвинулась каменная табличка. На ней были вырезаны буквы — древнерусские, с вязью и сложными символами.

Вика прищурилась, рассматривая текст. Хорошо, что в школе ей нравилась история, а бабушка научила читать старые тексты. Она медленно прочитала:

— "Только тот, кто носит в себе тьму и свет одновременно, кто является чёрным джокером в колоде судьбы, сможет взять эту книгу и не погибнуть. Остальные — сгинут в вечном огне, ибо книга хранит тайну создания душ из карт".

— Ну пиздец, — выдохнула Вика, отступая на шаг. — Чёрный джокер. В колоде же нет чёрного джокера! Есть только красный! Это же база!

Она оглянулась на собак, словно они могли ей ответить. Джеймс наклонил голову, а Тикаани просто смотрела на неё с преданностью.

— И что нам делать? — спросила Вика, словно разговаривая с ними.

Но тут она заметила, что табличка не одна. Рядом, ниже, была ещё одна. Она тоже выдвинулась из стены, но чуть позже. Вика подошла ближе, освещая её фонариком. Там тоже был текст:

— "Если чёрного джокера нет в колоде, призови его через кровь красного и того, кто связан с картами судьбы. Капни кровь чёрного и красного джокеров в чашу, и книга сама перейдёт к вам. Но помни — ложная кровь уничтожит того, кто коснётся".

Под текстом было изображение чаши — небольшой каменной плошки, стоявшей прямо под книгой. Внутри чаши виднелся тёмный налёт, словно она уже много раз использовалась.

— Кровь чёрного и красного джокеров, — прошептала Вика. — Блядь. А красный у нас есть — это Джокер. А чёрного... чёрного джокера нет. В колоде есть только красный.

Она задумалась, глядя на книгу и чашу. Собаки сидели рядом, ожидая её команд.

— Джокер, — позвала Вика в сторону входа. — Слышишь меня?

Но ответа не было. Джокер, как она и просила, остался снаружи.

— Ладно, — сказала Вика сама себе. — Нужен чёрный джокер. А у нас его нет. Но... к чёрту все эти ритуалы. Я не буду ждать, пока появится тот, кого не существует.

Она посмотрела на книгу. На ту самую книгу, которая лежала на постаменте и ждала своего часа. Внутри неё что-то шевельнулось. Она знала — нельзя просто так взять книгу, если ты не чёрный джокер. Но она также знала — она не может уйти ни с чем.

— Я не знаю, кто я, — сказала она тихо. — Но я знаю, что должна это сделать.

Она шагнула вперёд, игнорируя предупреждение на табличке, игнорируя чашу с кровью, игнорируя всё, что могло убить её. Она протянула руку и схватила книгу.

В тот же момент по её руке пробежала волна тепла. Книга засветилась ярким золотым светом и мягко скользнула в её ладони. Вика почувствовала, как внутри неё разливается странное спокойствие — как будто она сделала то, что должна была сделать всегда.

— Я взяла её, — сказала она тихо, глядя на книгу в своих руках.

Но радость длилась недолго. Стены пещеры начали дрожать. С потолка посыпались мелкие камни, и где-то в глубине раздался глухой гул.

— ПИЗДЕЦ! — заорала Вика.

Она поднесла пальцы к губам и издала оглушительный свист — такой громкий и резкий, что он разнёсся по всей пещере, отражаясь от стен и умножаясь эхом. Это был сигнал тревоги, тот самый, который означал: «Бежать! Немедленно!»

Джеймс и Тикаани среагировали мгновенно. Они развернулись и рванули к выходу, а Вика побежала следом, прижимая книгу к груди. Джокер, который всё это время стоял у входа, тоже услышал свист и понял, что что-то пошло не так.

— СКОРПИОНОВА! — закричал он, когда увидел выбегающих из пещеры собак, а за ними — саму Вику. — ТЫ ЧТО НАТВОРИЛА?!

— БЕЖИМ! — заорала она, не останавливаясь.

Они вылетели из пещеры все вместе — собаки, Вика с книгой в руках и Джокер, который бежал так быстро, как никогда в жизни. И в тот момент, когда последняя нога Джокера коснулась земли за пределами пещеры, она обрушилась. Камни с грохотом посыпались вниз, закрывая вход навсегда.

Вика упала на колени, тяжело дыша. Собаки стояли рядом, напряжённые, но спокойные. Джокер рухнул на траву и просто лежал, глядя в небо.

— Ты... ты реально... — начал он, пытаясь отдышаться. — Ты просто взяла книгу? Игнорируя всё?

— Да, — сказала Вика, всё ещё глядя на книгу в своих руках. — Я взяла. И я жива.

— Но как?! — спросил Джокер, садясь. — Там же было написано, что если ты не чёрный джокер — ты умрёшь. А ты жива. Ты взяла книгу, и с тобой ничего не случилось. Может, ты и есть чёрный джокер?

Вика посмотрела на него, потом на книгу в своих руках, потом снова на Джокера. Она усмехнулась и покачала головой:

— Я? Чёрный джокер? Нет. Я походу просто везучая. У меня ж родители есть, значится всё норм. Я не могу просто быть картой. Я — человек. У меня есть семья, прошлое, документы. Я Скорпионова Вика, а не какая-то карта из колоды.

— Но ты взяла книгу, — настаивал Джокер. — Ты прикоснулась к ней, и она тебя не убила. Это не просто везение. Это что-то большее.

— Или это просто совпадение, — пожала плечами Вика. — Может, тот, кто писал эти таблички, просто преувеличил. Может, книга просто... не хотела меня убивать. Я не знаю. Но я знаю одно: я не карта. Я — человек. И я не собираюсь сомневаться в этом только потому, что мне повезло взять книгу.

Джокер хотел возразить, но Вика подняла руку, останавливая его:

— Давай не будем сейчас спорить о том, кто я. Давай лучше прочитаем эту книгу и узнаем, что в ней написано. Может, там есть ответы на все наши вопросы.

Она села на траву, положив книгу перед собой. Собаки тут же устроились рядом, положив головы ей на колени. Джокер сел напротив, заглядывая через её плечо.

— Я не знаю, что я найду, — сказала Вика, открывая книгу. — Но я чувствую, что это важно. Очень важно.

Вика перевернула страницу и начала читать. Но то, что она увидела, заставило её замереть.

— Ох... — выдохнула она. — Вот оно что. Чёрный джокер на самом деле...

— Что? — спросил Джокер, заглядывая через плечо. — Что там?

Вика медленно прочитала вслух:

— "В девятом-десятом веке жил колдун. Нет, не монах в шапочке, не святой отшельник — а самый настоящий колдун. Он жил в одиночестве в своей башне и очень скучал по людям. Но он не умел общаться, потому что был слишком замкнутым и странным."

Джокер хмыкнул:
— Колдун? Обычный колдун? Который создал магические карты?

— Именно, — кивнула Вика, продолжая читать. — Он был заядлым игроком в карты. Каждый вечер он раскладывал пасьянсы и придумывал истории для каждой карты. И однажды ему стало так одиноко, что он решил... создать себе компанию.

— С помощью карт? — перебил Джокер.

— Да. Он привязал души к картам. Короли, дамы, валеты... все они стали его помощниками. Он создал целую колоду, где каждая карта имела свою личность и характер. И лишь у чёрного джокера была не карта, а... — Вика замерла, рассматривая изображение на странице. — Браслет.

Джокер перегнулся через её плечо, разглядывая рисунок. Это был тонкий браслет из тёмного металла с едва заметными символами, которые вились по всей его поверхности. На рисунке он выглядел старым, почти чёрным от времени.

— Браслет? — переспросил он. — А почему у чёрного джокера браслет, а не карта?

— Потому что через него можно было контролировать всех членов колоды, — прочитала Вика. — Чёрный джокер был не просто картой, а чем-то вроде... связующего звена. Хранителем баланса.

Она перевернула страницу и продолжила читать. И то, что она увидела, заставило её сердце биться быстрее:

— "Чёрным джокером стала племянница колдуна. Её звали... — она запнулась, — её имя стёрлось со временем. Но она была единственной родственницей колдуна. Единственным человеком, которого он любил. И именно поэтому он создал её как чёрного джокера."

— Подожди, — сказал Джокер, нахмурившись. — Он что, взял свою племянницу и превратил её в карту?

— Нет, — сказала Вика, читая дальше. — Он... он сначала убил её.

Джокер замер.

— Чего?! — выдохнул он.

— Он убил её, — повторила Вика, не веря своим глазам. — Она умерла от болезни. И колдун был так убит горем, что решил возродить её. Но она не могла вернуться как обычный человек. Она могла вернуться только как карта. Как чёрный джокер.

Она перевернула ещё несколько страниц, ища продолжение.

— Он создал её заново, — читала Вика. — Он привязал её душу к браслету, а не к карте. Он дал ей бессмертие. Но он знал, что она никогда не будет прежней. Она будет помнить свою смерть. И она будет нести этот груз всегда.

Джокер молчал, переваривая услышанное.

— И он... он сделал её бессмертной? — спросил он. — Чтобы она жила вечно? И перерождалась?

— Да, — кивнула Вика. — Он сделал её бессмертной. И дал ей контроль над всей колодой. Как память о ней. Как способ сохранить её рядом с собой.

Она закрыла книгу на мгновение и посмотрела на Джокера:

— Ты понимаешь? Она была человеком. Она умерла. А он просто не дал ей уйти.

Джокер покачал головой:

— Это пиздец. Реально пиздец.

— Но есть ещё кое-что, — сказала Вика, открывая книгу на другой странице. — Здесь написано, что у неё была особенная примета. Родинка. Выше виска, в виде дракона. Единственное, что осталось от её человеческой жизни.

Она подняла глаза на Джокера:

— Джокер, у меня есть родинка выше виска. В виде дракона. Я всегда думала, что это просто родинка. Но если это правда...

Вика откинула волосы с левой стороны головы, открывая небольшую родинку в форме дракона, которая всегда была скрыта под прядями волос. Она была едва заметной, но если присмотреться — в ней угадывались очертания крылатого змея.

Джокер подошёл ближе и внимательно посмотрел на родинку. Его глаза расширились.

— Бля... — выдохнул он. — Это она. Это та самая. Я видел такие же рисунки в книге. Точно такая же форма.

— Значит, это правда, — сказала Вика тихо. — Я — чёрный джокер. Племянница того самого колдуна. Я умерла, а он вернул меня. И я живу уже тысячу лет. Каждый раз умирая и перерождаясь.

Она села на траву и просто смотрела перед собой. Её руки дрожали. Джокер сел рядом, не зная, что сказать.

— Я была человеком, — сказала она тихо. — Настоящим человеком. А он превратил меня в это. В карту. В инструмент.

— Ты не инструмент, — сказал Джокер. — Ты — та, кто дала нам свободу. Ты сделала то, что никто не мог сделать. И это не из-за колдуна. Это из-за тебя.

Вика подняла на него глаза. В них стояли слёзы.

— Но если я чёрный джокер, — сказала она, — значит, я не человек. Я никогда не была человеком. Я просто... карта.

— Нет, — сказал Джокер, глядя на неё в упор. — Ты человек. Ты чувствуешь, ты злишься, ты смеёшься. Ты — это ты. А не какая-то карта.

Вика покачала головой. Она снова открыла книгу, перелистнула несколько страниц и начала читать дальше, уже не вслух, а про себя. И с каждой новой строчкой её лицо становилось всё более бледным. Она переворачивала страницу за страницей, и наконец остановилась на одной из них.

— Каждая руна на браслете, — сказала она тихо, поднимая голову, — означает одного из членов колоды. Король пик... Дама пик... Валет пик... Бубны, Трефы, Черви... — она провела пальцем по символам, — и Красный Джокер. Здесь все. Все двенадцать. А вот здесь, — она указала на небольшую пустую ячейку в центре, — здесь была моя руна. Чёрного джокера.

Она подняла голову и посмотрела на Джокера. В её глазах читалось полное ошеломление.

— Я... я ахуеваю, — сказала она медленно. — Я реально ахуеваю. Это не просто браслет. Это управляющая панель всей колоды. Я могу привязать любого из вас к колоде, и вы никогда не сможете уйти. Я могу заставить вас делать что угодно. Я могу...

Она замолчала. Её руки дрожали. Она просто сидела и смотрела на браслет, на книгу, на свои руки. Внутри неё всё кипело. Она чувствовала, как эмоции переполняют её, как гнев, страх и непонимание смешиваются в один огромный ком.

А потом она резко встала. В одно мгновение её глаза стали холодными, а лицо — каменным. Она выхватила из кармана небольшой нож и в один прыжок оказалась рядом с Джокером. Лезвие коснулось его горла.

Джокер замер. Он даже не успел понять, что произошло. Он смотрел на неё широко открытыми глазами, и в них не было привычного безумия — только страх.

— Скорпионова... — прошептал он. — Ты чё?

Вика стояла над ним, наклонившись, и смотрела прямо в глаза. В её взгляде не было ни капли привычной доброты. Только холодная сталь.

— Слушай меня, Джокер, — сказала она тихо, но в её голосе слышалась угроза. — Очень внимательно слушай. Если ты хоть одной живой душе проболтаешься о том, кто я на самом деле — о том, что я истинный чёрный джокер, — я просто порву твою карту.

Лезвие чуть сильнее коснулось кожи.

— Ты понимаешь, что это значит? — спросила Вика. — Я не убью тебя. Нет. Это было бы слишком просто. Я просто разорву ту связь, которая делает тебя целостным. Ты будешь существовать, но постепенно угасать. Каждый день ты будешь чувствовать, как что-то внутри тебя умирает. День за днём, неделя за неделей, пока ты не превратишься в пустую оболочку. Это будет очень долго. Очень больно. И ты ничего не сможешь с этим сделать.

Джокер сглотнул. Он прекрасно понимал, о чём она говорит. Он знал, что такое привязка к карте. И он знал, что значит потерять её.

— Ты... ты не сделаешь этого, — сказал он, но голос его дрожал. — Ты же не такая.

— Я не знаю, какая я, — сказала Вика. — Я только что узнала, что я — карта. Что я — не человек. Что я была создана тысячу лет назад и перерождалась раз за разом. Моя мать умерла, чтобы я могла жить. И всё это время я не знала. Так что не говори мне, какая я. Потому что я сама не знаю, на что способна.

Она убрала нож от горла и отошла на шаг, но продолжила смотреть на него в упор.

— Я не хочу делать это, — сказала она спокойнее. — Я не хочу причинять тебе боль. Но если ты расскажешь кому-то — я сделаю это. Без колебаний. Потому что если о том, кто я, узнают все, — это будет конец. Для всех. Для меня, для тебя, для остальных клонов. У нас не будет шанса на нормальную жизнь. Ты понимаешь?

Джокер медленно кивнул, всё ещё ощущая холод металла на шее:

— Понимаю, Скорпионова. Я не скажу никому. Честно. Ни одной живой душе. Клянусь.

Вика посмотрела на него. Несколько секунд она просто смотрела, пытаясь понять, врёт он или говорит правду. Потом она убрала нож обратно в карман и села на траву, прикрывая глаза.

— Прости, — сказала она тихо. — Я не должна была так с тобой. Я просто... я ахуеваю, Джокер. Я просто сижу и ахуеваю. И я не знаю, как мне с этим справиться.

Она открыла глаза и посмотрела на небо:

— Я думала, что я человек. У меня есть родители, я выросла в этой стране, я ходила в школу. А теперь я понимаю, что всё это время я была частью какой-то древней магической системы. И я даже не знаю, что делать дальше.

Джокер молчал. А потом он тихо сказал:

— Знаешь, Скорпионова... Ты всё ещё человек. Даже если ты карта. Ты чувствуешь, ты переживаешь, ты злишься. Это не карта. Это человек. Который просто узнал, что у него странная история.

Вика усмехнулась:

— Тебе легко говорить. Ты всегда знал, кто ты. А я только что узнала, что я — чёрный джокер. Что я могу управлять вами. Что я, возможно, была ответственна за всё, что с вами случилось.

— Ты не была ответственна, — сказал Джокер. — Ты просто была. Так же, как и мы. И ты дала нам свободу. Сделала то, что никто не мог сделать. Ты — не злодейка, Скорпионова. Ты — та, кто нас спасла.

Вика посмотрела на него. В его глазах не было безумия. Только правда.

— Спасибо, — сказала она тихо. — Но если ты кому-то расскажешь, я всё равно тебя убью.

— Я знаю, — улыбнулся Джокер. — Ты быстрая.

Она снова открыла книгу, перелистнула ещё несколько страниц и наткнулась на одну запись, которая заставила её сердце биться быстрее. Она читала, и её лицо медленно менялось. Гнев нарастал внутри неё, как лава в вулкане.

— Колдун сделал так, — прочитала она вслух, — что чёрный джокер не будет помнить свои прошлые жизни. Каждое перерождение начинается с чистого листа. Она не знает, кем была. Она не знает, что её ждёт. Она просто живёт. Пока однажды не найдёт книгу и не узнает правду.

Вика захлопнула книгу. Её лицо медленно менялось — от удивления к гневу. Она смотрела на книгу, на браслет, на свои руки. А потом она встала, отошла на пару шагов и заорала в ночное небо:

— ТЫ, ДРЕВНИЙ МУДАК! УБЛЮДОК! ТЫ СДЕЛАЛ МЕНЯ БЕССМЕРТНОЙ, НО ЗАСТАВИЛ ЗАБЫТЬ ВСЁ?! КАКОГО ХРЕНА?! ЗАЧЕМ?! ЧТОБЫ МНЕ БЫЛО ЛЕГЧЕ? ЧТОБЫ Я НЕ МУЧИЛАСЬ? НУ ТАК Я ВСЁ РАВНО МУЧАЮСЬ, ПИДОР БЛЯТСКИЙ!

Джокер отшатнулся от неожиданности. Он никогда не видел её такой. Она была в ярости — настоящей, сжигающей яростью. Она топала ногами, размахивала руками и проклинала древнего колдуна на чём свет стоит.

— ТЫ ЗАБРАЛ МОЮ ЖИЗНЬ! ТЫ ЗАБРАЛ МОИ ВОСПОМИНАНИЯ! ТЫ ЗАБРАЛ МОЮ СМЕРТЬ! Я ДАЖЕ УМЕРЕТЬ НЕ МОГУ НОРМАЛЬНО! КАЖДЫЙ РАЗ ПЕРЕРОЖДАТЬСЯ И НИЧЕГО НЕ ПОМНИТЬ! ДУМАЛ, МНЕ ТАК БУДЕТ ЛЕГЧЕ? ДУМАЛ, Я БУДУ СЧАСТЛИВА? НУ ТАК НЕТ! Я ЗЛАЯ! Я ОЧЕНЬ ЗЛАЯ, СУКА!

Она схватила камень с земли и швырнула его в дерево. Камень с грохотом ударился о ствол и отскочил в кусты.

— И ЧТО МНЕ ТЕПЕРЬ ДЕЛАТЬ? — заорала она в небо. — ЖИТЬ ДАЛЬШЕ? РАЗБИРАТЬСЯ С ТВОИМ НАСЛЕДИЕМ? ДА ПОШЁЛ ТЫ, КОЛДУНИШКА ХРЕНОВ!

Она села на траву, тяжело дыша. Просто тряслась в бессильной ярости. Джокеру ничего не оставалось как сесть рядом и держать Вику чтоб та не сломала себе ничего

— Ты как? — спросил он наконец.

— Я зла, — сказала Вика, угоманиваясь. — Я очень, очень зла. Я не знаю, что мне делать с этим. Я не знаю, как мне жить с этим.

— Ты будешь жить, — сказал Джокер. — Как жила до этого. Ты сильная, Скорпионова. Ты справишься.

— Я не хочу быть сильной, — сказала она. — Я хочу быть нормальной. Я хочу, чтобы моя мама была жива. Я хочу, чтобы у меня было нормальное прошлое. Но у меня его нет, — девушка усмехнулась. —Ахеренно просто.

— У тебя есть я, — сказал Джокер. — У тебя есть Пиковые. У тебя есть вся эта команда, которая готова идти за тобой. Ты не одна.

Вика посмотрела на него. В её глазах горел огонь который Джокер когда-то видел.

— Спасибо, — сказала она тихо. — Ты не такой уж и безумный, оказывается.

— Я безумный, — ухмыльнулся Джокер. — Но я твой безумный.

Она усмехнулась, вставая на ноги:

— Пойдём отсюда. Мне нужно подумать. И мне нужно прочитать эту книгу. От корки до корки.

— Пойдём, — сказал Джокер. — Я с тобой.

Они поднялись и пошли в сторону города. Вика крепко сжимала книгу в руках и чувствовала, как браслет на её запястье слегка нагревается.

«Я узнаю правду, — подумала она. — Я узнаю всё. И я решу, что делать с этим знанием».

Она остановилась на мгновение и посмотрела на небо, где уже начали появляться первые звёзды.

— Я не прощу тебя, колдун, — сказала она тихо. — Но я найду способ жить с этим. И я сделаю так, чтобы моя жизнь имела смысл. Даже если ты забрал у меня всё.

Джокер стоял рядом и думал как не спалить её пиковым.