Odiamor

Элли проснулась от сирены. Резкий, пронзительный звук разорвал утреннюю тишину, и она сразу поняла: скоро в Глэйде появится новичок. Она села, потянулась, заплела волосы.

Она спустила в яму лестницу, которая лежала неподалеку, и окликнула парня. Галли открыл глаза не сразу — видимо, всё-таки уснул под утро. Он поднялся, потянул затекшие плечи и полез наверх. Они вместе пошли к лифту, где уже начали собираться парни. Многие ещё спали, так что народу было немного. Новенький появился рано.

Алби увидел Галли, который шёл к лифт, и нахмурился.

— Кто тебя выпустил? — спросил он.

Элли шагнула вперёд, не давая Галли ответить.

— Это Ньют. Всё равно время наказания уже закончилось.

Она бросила быстрый взгляд на Ньюта и незаметно наступила ему на ногу. Ньют улыбнулся, глядя на неё, и кивнул Алби.

— Да, это я.

Алби перевёл взгляд с Ньюта на Галли, но спорить не стал. Подошёл к лифту, жестом позвал Ньюта помочь открыть створки.

Металлические двери со скрежетом разъехались в стороны. Внутри сидел парень. Он щурился от яркого солнца, которое только начинало подниматься над стенами Лабиринта. Алби протянул руку, помог ему выбраться. Парень выпрыгнул на землю, огляделся по сторонам и рванул с места, будто пытаясь убежать.

Элли грустно улыбнулась. Если бы он знал, что бежать некуда.

— Эй, да он же бегун! — крикнул кто-то из толпы.

Парень споткнулся о камень и упал, подняв облако пыли. Парни засмеялись, и даже Элли не смогла сдержать улыбку.

— Расходитесь, — Алби махнул рукой. — Потом насмотритесь.

Элли направилась к кухне. Завтрак никто не отменял.

Алби подошёл к парню, который уже не пытался бежать, и протянул руку. Помог подняться.

— Я Алби. Главный здесь.

Рядом стоял Ньют. Алби кивнул в его сторону.

— Новенький, это Ньют. В моё отсутствие он главный.

Ньют улыбнулся, пожал парню руку. В его улыбке было что-то такое, что заставляло верить. Новенький сразу почувствовал: этому человеку можно доверять.

— Хорошо, что ты никогда не отсутствуешь, — сказал Ньют. — Классный забег ты сегодня устроил. На секунду я подумал, что ты мог бы стать бегуном. Пока не шлёпнулся, было круто.

Алби усмехнулся. Ньют тоже. Парень стоял и хлопал глазами, не понимая, о чём они говорят.

— Бегун? Что это?

Ньют посмотрел на Чака, который крутился рядом.

— Чак, покажи новичку Глэйд. Расскажи про правила.

Чак выпрямился, гордый таким поручением. Он взял парня за руку и потащил показывать, где что находится. Они дошли до того места, где несколько парней бежали к воротам Лабиринта. Новенький остановился, посмотрел на них, потом на Чака.

— Эй, ты же сказал, что никому нельзя входить.

— Я сказал, что нам нельзя, — ответил Чак. — Им можно. Они бегуны. Они больше всех знают о Лабиринте. Но я не должен тебе об этом говорить, спросишь лучше Ньюта.

Ньют нашёл парня возле стен лабиринта. Он рассказал новичку, что Алби был первым, кто оказался в этом месте. Что все потеряли память. Что единственное, что они помнят о себе — это имена. Что глэйдеры уже три года пытаются найти выход из Лабиринта, но не могут — его конструкция меняется каждую ночь. Что в Лабиринте живут чудовища, которых они называют гриверами, и они выходят ночью и убивают всякого, кто не успел вернуться в Глэйд до закрытия.

Парень слушал, и с каждым словом лицо у него становилось всё мрачнее.

Новенький зашёл на кухню вместе с Ньютом и увидел Элли. Она как раз спорила с Фрайпаном о чём-то — жестикулировала, качала головой, что-то доказывала. Услышав шаги, она обернулась.

— А я и не знал, что у вас тут девушки есть, — сказал парень.

Элли посмотрела на него. Голос показался ей смутно знакомым, но откуда — она не понимала. Как можно помнить голос человека, которого видишь впервые?

— Вообще-то из девушек тут пока только я, — ответила она. — Я Элли.

— А я... — парень замолчал, напрягая память. Имя не всплывало.

— Не переживай, — сказала Элли. — Ты вспомнишь своё имя позже. Вот тогда и расскажешь.

В голове у неё мелькнула мысль: ему бы подошло имя Том. Она тут же отогнала её. Глупости.

Парню симпатизировала эта девушка. В ней не было той настороженности, с которой на него смотрели другие. Ему почему-то казалось, что он может ей доверять. Как и Ньюту.

Вечером у костра Элли сидела одна. Ньют был с новичком — снова рассказывал о правилах, отвечал на его вопросы. Минхо свалился спать сразу после ужина — вымотался в Лабиринте. Элли смотрела на огонь, слушала треск дров и думала о своём.

Рядом опустился Галли. Он сел, вытянув ноги к огню, и какое-то время они молчали.

— Ну что, — сказал он наконец. — Как тебе новичок? Как думаешь, кем будет работать?

— Не знаю, — пожала плечами Элли. — Посмотрим.

— Может, в строители пойдёт. Если выдержит, конечно.

— Выдержит тебя? Тогда точно нет.

Они говорили о мелочах. О том, что случилось за день. О том, как Чак опять что-то уронил. О том, что Фрайпан чуть не пересолил кашу. Разговор шёл легко, без той напряжённости, которая была между ними раньше.

Галли окликнули строители. Они что-то затеяли на свободном месте у костра — расчистили круг, сбились в кучу, подначивали друг друга.

— Иди, — сказала Элли. — А то без тебя не начнут.

Галли встал, пошёл к своим. Элли смотрела, как они толкаются, пытаются перебросить друг друга через плечо, хохочут, падают в песок.

Ньют тем временем продолжал знакомить новичка с тем, какие занятия есть в Глэйде. Тот смотрел, слушал, запоминал. Увидел кучку парней, которые возились в кругу, и кивнул туда.

— Вон там у нас строители, — сказал Ньют. — У них золотые руки, но многие из них не слишком сообразительные. — А это Зарт, главный по урожаю. А это медбратья, Клинт и Джефф.

Новенький перебил его:

— Я хочу стать бегуном.

Ньют покачал головой.

— Ты слышал, что я сказал? Здесь никто не хочет быть бегуном. И к тому же ты должен быть выбран.

— Кем? — спросил парень.

Вопрос повис в воздухе. Потому что в этот момент один из строителей, боровшийся с Галли, отлетел в сторону и врезался прямо в новичка. Тот едва устоял на ногах.

Галли подал руку парню, с которым боролся, помог подняться. Заметил новичка. В глазах загорелся азарт.

— Что ты сказал? — спросил Галли. — Хочешь проверить себя?

Толпа уловила настроение. Парни зашумели, заулюлюкали. Кто-то выкрикивал: «Новичок, новичок, новичок!» Другие подхватили.

Новенький сделал шаг в круг. Толпа взревела.

— Давай, новичок! — крикнул кто-то. Галли оглядел парня с ног до головы.

— Правила лёгкие, — сказал он. — Я выталкиваю тебя из круга. Продержись хотя бы пять секунд.

Парень кивнул. Галли шагнул вперёд, толкнул — и новичок отлетел на землю, не успев даже понять, что произошло.

— Вставай! — крикнули из толпы. — Давай!

Галли закатал рукава выше локтя.

— Эй, салага. Мы ещё не закончили.

Новенький встал, отряхнул песок с одежды. Посмотрел на Галли. Взгляд у него стал тяжёлым.

— Я тебе не салага, — отрезал он. Галли усмехнулся. — Тебе не нравится? — начал он язвить. — Как же тебя называть? Сопляк?

Он обернулся к толпе, к Чаку, который заливался смехом.

— Что скажете, парни? Он похож на сопляка?

Элли сидела неподалёку и наблюдала. Всё это казалось ей детским и глупым. Не верилось, что этот разговор ведут не двое пятилеток в песочнице.

Новенький взбесился. Он бросился на Галли, пытаясь выбить его из круга. Но Галли был лучшим в этой игре. Он ловко ушёл от атаки, подхватил парня и снова бросил лицом в песок.

— Знаешь что? — сказал Галли, отряхивая руки. — Я остановлюсь на сопляке.

Но новичок поднялся снова. В его глазах горело что-то дикое. Он взревел и бросился на Галли с такой силой, что тот не удержался — они оба рухнули на землю, подняв тучу пыли.

Толпа зашумела громче. Это было впечатляюще — мало кому удавалось повалить Галли.

— Неплохо для новичка, да? — крикнул кто-то.

Элли, которая до этого смотрела без особого энтузиазма, выпрямилась, стала смотреть внимательнее. Её взгляд упал на Галли. Тот заметил, что она смотрит. Опозориться перед ней не хотелось. Победить стало делом принципа. Ярость захлестнула его с головой. Он вывернулся, толкнул новичка так сильно, что тот вылетел из круга и больно ударился головой о землю.

Тишина. Это было перебором даже для Галли.

Элли встала. Подошла ближе, сама не зная зачем.

Новенький лежал на земле. Парни замолчали. Потом он поднял голову, сел, обвёл всех взглядом и начал говорить одно слово. Сначала тихо, потом громче, потом уже кричал.

— Томас. Томас. ТОМАС.

Он смотрел на Галли. В глазах горело что-то лихорадочное.

— Я вспомнил своё имя. Я Томас.

Алби первым закричал:

— Томас!

И толпа подхватила. Парни скандировали имя новичка, хлопали его по плечам, поздравляли. Галли похлопал Томаса по плечу, кивнул и отошёл в сторону.

Элли сидела, нахмурившись. Неужели угадала? Как можно угадать имя человека, которого видишь впервые? Она не могла объяснить это чувство — будто она уже знала, как его зовут, ещё до того, как он вспомнил.

Галли сел рядом с ней. Всё ещё взбудораженный после схватки, он был доволен собой.

— Эй, видела, как я его? — спросил он.

— Ага, — ответила Элли без энтузиазма.

Галли нахмурился.

— Что случилось? Или ты за него так переживаешь?

— Сегодня ты переборщил.

— Я просто хотел поставить этого новичка на место, — ответил Галли. — Что в этом такого?

Элли встала. Не глядя на него, направилась к своей хижине. Галли остался сидеть, провожая её взглядом. Он не понимал, что сделал не так. Всё было как всегда. Он победил. Он показал, кто здесь главный. Но почему-то чувствовал, что проиграл.