Сквозь боль к жизни

Осень пришла незаметно, окрасив Токио в багряные тона. Прошло почти полгода с тех пор, как Май впервые переступила порог гаража Шиничиро. Теперь никто уже не удивлялся ее появлению. Напротив, если в какой-то день она задерживалась, мастерская казалась непривычно тихим и даже пустым помещением.
​- Шин, ключ на четырнадцать! - крикнул Вакаса, не поднимая головы от колеса.
- Май, - коротко отозвался Шин из противоположного угла.
​Девушка, даже не отрываясь от учебника, безошибочно вытащила из коробки нужный инструмент и протянула его вперед. Вакаса застыл с протянутой рукой.
​- Ты же даже не посмотрела в мою сторону.
- Ты всегда просишь четырнадцатый ключ, когда меняешь заднее колесо на этой модели, - спокойно ответила Май, перелистывая страницу.
- ...
​Он медленно перехватил инструмент, ошеломленно жмурясь.
​- Знаешь, Шин... мне уже становится немного жутковато.
​Такеоми весело рассмеялся, затягиваясь сигаретой:
- Я же говорил, что она замечает и запоминает абсолютно всё.
​Бенкей с грохотом поставил тяжелый ящик с запчастями на пол:
- Скоро она начнет наши мысли читать еще до того, как мы рот раскроем.
- Не буду, - отрезала девушка.
- О, и откуда такая уверенность? - прищурился Бенкей.
- Потому что с научной точки зрения это невозможно.
- Нудная ты, - фыркнул Вакаса.
- Зато правильная.
​В тот вечер клиентов почти не было. Шин сидел за кассой, сосредоточенно считая выручку и записывая что-то в журнал. Такеоми чертил какие-то схемы в своем блокноте, Вакаса задумчиво крутил в пальцах свечу зажигания, а Бенкей мирно дремал на старом диване, тихо посапывая.
​Май устроилась за маленьким столиком у окна, полностью погруженная в домашнее задание.
​- Май, - Шин оторвался от бумаг и подпер подбородок рукой.
- М?
- Ты реально всегда учишься? Сколько ни посмотрю - ты за книгами.
- Почти всегда.
- И тебе совсем не надоедает?
- Нет. Мне нравится.
- А чем ты вообще хочешь заниматься в будущем? Ну, когда вырастешь?
​Все присутствующие в гараже мгновенно подняли головы. Даже Бенкей приоткрыл один глаз. Май на секунду задумалась, глядя на кончик своего карандаша, а затем тихо, но твердо произнесла:
​- Лечить людей. Хочу стать врачом.
- Серьезно? - переспросил Шин, удивленно подняв брови.
​Май кивнула:
- Если человек жив, ему почти всегда можно помочь. Главное - знать как.
- Это из-за того случая, когда на тебя напали? - тихо спросил Такеоми, вспоминая ее первый день здесь.
​Май молча посмотрела в темное окно, где горели одинокие уличные фонари.
​- Возможно. Я просто поняла, что хочу быть той, кто спасает, а не той, кто ждет спасения.
​В гараже воцарилась уважительная тишина. Бенкей первым широко улыбнулся:
- Знаешь, а из тебя выйдет чертовски хороший врач.
- Почему это ты так решил? - с интересом спросил Вакаса.
- Потому что она не боится вида крови, - загнул палец Бенкей.
- И никогда не паникует в экстренных ситуациях, - добавил Шин.
- И характер у нее такой, что пациент скорее выздоровеет на чистом упрямстве, чем решится с ней спорить, - рассмеялся Такеоми.
​Май недовольно фыркнула, хотя в ее глазах мелькнули теплые искры:
- Очень смешно. Занимайтесь лучше своими мотоциклами.
​На следующий день после изнурительной тренировки дедушка Сано неожиданно обратился к внуку, который ждал у входа:
​- Шиничиро.
- Да, дед?
- Оставь ее здесь на несколько минут.
- Май? Зачем?
- Хочу кое-что проверить.
​Шин послушно кивнул и вместе с другими парнями ушел к дому. Май осталась в зале одна, тяжело дыша после разминки. Дедушка медленно подошел к стойке, взял две деревянные тренировочные палки и одну из них точным движением бросил девушке.
​- Нападай.
- Но, мастер Сано...
- Не думай. Не анализируй. Просто делай.
​Май сделала быстрый, но немного несмелый выпад вперед. Через мгновение раздался глухой стук, и ее палка уже звенела на деревянном полу.
​- Еще раз.
​Она подняла оружие и снова пошла в атаку, пытаясь просчитать движения старика. И снова оказалась на татами. Так прошел почти час. Она падала, больно билась о дерево, поднималась, тяжело глотала воздух и снова шла вперед. И за все это время она ни разу не заплакала и не произнесла: «Я больше не могу».
​Когда силы девушки были уже на пределе, дедушка опустил свою палку и спокойно произнес:
​- На сегодня хватит.
​Май оперлась на колени, пытаясь унять бешеное сердцебиение.
​- Устала?
- Да. Очень.
- Хочешь бросить это всё и больше не приходить?
​Она решительно вытерла пот со лба рукавом кимоно и прямо посмотрела в глаза мастера:
​- Нет.
- Почему?
- Потому что если я проиграла сегодня и проиграю завтра, это не значит, что однажды я не выиграю.
​Старый мастер впервые за все время знакомства едва заметно, но очень одобрительно усмехнулся в усы:
​- Именно это я и хотел от тебя услышать. Свободна.
​Вечером Май пришла в гараж значительно позже, чем обычно. Она буквально едва переставляла ноги от усталости.
​- Что с тобой случилось? - сразу заметил ее состояние Шин, поднимаясь с места.
- Ноги... мышцы просто отказывают.
​Вакаса язвительно фыркнул из своего угла:
- Что, старик тебя сегодня вообще не пожалел?
- Нет.
- Ну, я же говорил, что его тренировки - это ад.
​Бенкей молча пододвинул ей самый мягкий стул:
- Садись скорее.
​Май бессильно опустилась на сиденье и тихо вздохнула. Шин без лишних слов присел на корточки перед ней:
​- Покажи руки.
​Она послушно протянула ладони. Кожа на них была стерта, покрыта свежими мелкими мозолями и покраснениями от грубого дерева палки. Вакаса удивленно присвистнул, подойдя ближе:
​- Это что, всё только после одного дня нормальной тренировки?
- Да.
​Шин молча поднялся, подошел к медицинской шкафчику и через минуту вернулся с баночкой заживляющей мази.
​- Давай сюда ладони.
- Я могу сама, Шин, всё в порядке...
- Не спорь со старшими, - мягко, но настойчиво прервал ее он.
​Он начал осторожно, стараясь не причинить боль, втирать прохладную мазь в ее поврежденную кожу. Май затихла, рассматривая свои руки. Так же молчали Такеоми и Бенкей, которые с какой-то особенной теплотой наблюдали за этой сценой. Вакаса смотрел на них, опершись плечом о стену и скрестив руки.
​- Шин, ты ее так совсем разбалуешь. Она же на тренировки ходить перестанет.
​Шин лишь тепло улыбнулся, не прерывая своего занятия:
​- Если она станет самой сильной ученицей моего деда, тогда и поговорим, Вакаса.
- Стану, - тихо, но четко произнесла Май.
​Все присутствующие мгновенно повернулись к девочке.
​- Что? - удивилась она такой реакции.
- Ты только что сказала, что станешь самой сильной? - переспросил Такеоми.
- Да. Я стану самой сильной ученицей. И когда-нибудь выиграю у мастера.
​В гараже на миг воцарилась ошеломленная тишина, а затем Бенкей во весь голос громко и восторженно расхохотался, хлопнув себя по бедру:
​- Вот это характер! Вот это я понимаю!
​Такеоми тоже искренне улыбнулся, качая головой:
​- А мне нравится ее наглость. Далеко пойдет.
​Вакаса лишь качнул головой, пряча улыбку:
​- Маленькая... а упрямая до невозможности. Настоящее стихийное бедствие.
​Май спокойно и вызывающе посмотрела на него:
​- Сам такой.
​В гараже снова раздался дружный смех. Никто из них уже даже не вспоминал, что прошло всего полгода. Для всех присутствующих в этой комнате Май уже давно перестала быть «той чужой девочкой, которую Шин привел с улицы». Она стала своей. Родной. Даже если сама она из-за своих прошлых обид еще не решалась вслух назвать этих странных парней своей настоящей семьей.