Обещай жить

После объявления четвёртого чемпиона весь Хогвартс окончательно потерял покой. Вся жизнь в замке теперь вращалась исключительно вокруг Турнира Трёх Волшебников.

Об испытаниях говорили на каждом уроке трансфигурации и зельеварения, за каждым факультетским столом, в шумных коридорах и полутёмных гостиных. Казалось, даже старинные замковые портреты и бестелесные привидения только и делали, что горячо спорили, кто же окажется сильнее.

Но никто - ни ученики, ни даже старшекурсники - не знал самого главного: с чем именно предстоит столкнуться чемпионам на Первом испытании.

За несколько дней до назначенного срока профессор Макгонагалл неожиданно подошла к Мие сразу после окончания урока трансфигурации.
- Мисс Джонс, задержитесь на пару минут, - строго, но с едва уловимым волнением в голосе произнесла она.
- Вас ждут.

- Меня, профессор? - удивлённо переспросила Мия.

Девушка растерянно переглянулась с Фредом. Тот моментально насторожился, подошёл ближе и тихо спросил:
- Всё в порядке, Мия? Тебя не за наши «вредилки» вызывают?

- Надеюсь, что нет... - неуверенно улыбнулась она. - Скоро вернусь.

- Выходим за пределы замка, мисс Джонс, - добавила Макгонагалл, увлекая её к выходу на опушку Запретного леса.

За заснеженными деревьями, неподалёку от опушки, её уже ждал до боли знакомый, громкий голос:
- Мия!

Девушка резко обернулась и ахнула:
- Чарли!

Она с радостным смехом бросилась ему на шею. Чарли Уизли крепко и подхватил её, закружив в воздухе.

- О Мерлин, как же ты выросла, Джонс! - улыбаясь во весь рот, выдохнул Чарли, разглядывая её.

- А ты всё такой же, - рассмеялась Мия. - Весь в саже, копоти и с новым ожогом на куртке!

- Работа такая, что поделать, - усмехнулся старший Уизли.

Они немного поговорили о «Норе», о маме Молли, о Румынии. Но затем Чарли неожиданно замолк, и его лицо стало предельно серьезным.
- Вообще-то, Мия... Я здесь не просто проведать брата. Я по делу.

Он жестом подзвал её ближе к замаскированному загону, скрытому мощными дезилюционными чарами. Из-за высоких деревянных ограждений донёсся оглушительный, раскатистый рык, от которого содрогнулась земля под ногами.

- Только осторожно. Не подходи слишком близко, - предупредил Чарли.

Мия медленно на цыпочках подошла к щели в заборе... и обомлела.
Внутри загона, прикованная массивными цепями к скале, билась гигантская крылатая тварь. Чешуя переливалась тёмным базальтом, из пасти вырывались клубы ядовитого дыма, а шипастый хвост с треском ломал промёрзшую землю.
Драконы. Настоящие, яростные, дикие.

- Мерлинова борода... - прошептала Мия, отступая на шаг и прикрывая рот ладонями.

- Именно они - Первое испытание, - тяжело кивнул Чарли. - Самые опасные самки. И одна из них - Венгерская хвосторога. Самый настоящая катастрофа.

Мия почувствовала, как к горлу подступил липкий ледяной ком.
- Гарри... - выдохнула она. - Ему же всего четырнадцать...

- Остальным чемпионам тоже не поздоровится, поверь мне, - вздохнул Чарли. - Но за Гарри мне страшно больше всего.

Мия ещё долго стояла на краю леса, не в силах оторвать взгляд от черных крылатых теней. Ей было страшно. Невероятно страшно за названного брата.

Вечером она сидела у камина в гриффиндорской гостиной, судорожно обхватив обеими руками кружку с горячим шоколадом.
Фред, только что вернувшийся с тренировки, сразу заметил её состояние. Он бесшумно опустился на подлокотник её кресла и осторожно коснулся её плеча:
- Что произошло, Мия? На тебе лица нет.

Она подняла на него полные тревоги глаза:
- Я не могу сказать, Фред. Правда не могу, с меня взяли слово... Но...

Она ещё сильнее сжала пальцы на теплой керамике:
- Мне так страшно за Гарри, Фред... Ты даже не представляешь, что его ждет.

Фред не стал расспрашивать и вытягивать из нее тайну. Он просто пересел в кресло, мягко притянул ее к себе и крепко обнял за плечи, уткнувшись подбородком в её макушку:
- Тогда мы просто будем рядом с ним. Что бы там ни было. Как и всегда.

Мия благодарно уткнулась носом в его свитер и впервые за весь день облегченно вздохнула.
В день Первого испытания гигантские трибуны, возведенные вокруг ущелья, ревели от нетерпения. Ученики размахивали флажками, громко спорили и делали ставки у близнецов.

Но в секторе Гриффиндора царила напряженная тишина.
Рон Уизли сидел на скамье отдельно, мрачно уставившись себе под ноги. Но когда до выхода Гарри оставались считанные минуты, Рон неожиданно поднялся, подошел к палатке чемпионов и вызовет Гарри на пару слов.

Мия, наблюдавшая за ними издалека, видела, как Рон смущенно помялся, а потом тихо выдохнул:
- Слушай, Гарри... Прости меня. Я был последним идиотом.

Гарри несколько секунд смотрел на него с удивлением, а потом его лицо озарилось широкой, искренней улыбкой:
- Да, Рон. Ты действительно был идиотом.

Рон облегченно рассмеялся, и уже через мгновение два друга крепко, по-братски обнялись, забыв про все глупые обиды.

Мия не выдержала. Счастливая, она подскочила к ним и сгребла обоих в охапку:
- Ну наконец-то! Мерлин мой, я уже устала работать вашим личным дипломатом и миротворцем!

Все трое весело рассмеялись. Фред, наблюдавший за этой святой троицей со скамьи, тепло улыбнулся и шепнул Джорджу:
- Вот теперь наша команда снова в полном сборе.

Но когда на выжженную арену вывели колоссальную, беснующуюся Венгерскую хвосторогу, весь смех мгновенно улетучился.
Дракон взревел так, что на трибунах задрожали деревянные настилы, и выдохнул гигантский столб пламени прямо в небо.
Даже Фред невольно побледнел и сжал ладонь Мии с такой силой, что у неё перехватило дыхание. Она почувствовала, какими ледяными стали его пальцы.

- Всё будет хорошо... Он справится, - прошептала Мия, хотя её собственный голос дрожал.

- Ты правда так думаешь? - тихо спросил Фред, не сводя глаз с яростного чудовища.

- Не знаю... Но я верю в него всем сердцем.

Когда Гарри, призвав свою «Молнию», взмыл в воздух и начал закладывать безумные виражи над разъяренным драконом, Гриффиндорский сектор в полном составе вскочил со своих мест.

- ДАВАЙ, ГАРРИ! - во весь голос закричал Фред, вскидывая руку. - ПОКАЖИ ЕЙ ГРИФФИНДОР!

- ТЫ СМОЖЕШЬ! - подхватил весь факультет.

Мия уже ничего не слышала вокруг. Для неё мир сузился до одной маленькой черной фигурки на метле, которая уворачивалась от смертоносных ударов шипастого хвоста. Каждый раз, когда поток огня пролетал в сантиметрах от манжеты Гарри, сердце Мии уходило в пятки.
- Осторожно! Гарри, ниже! - кричала она вместе со всеми.

И вот - последний, невероятный пике! Гарри камнем устремился вниз, обманул дракона и на полной скорости выхватил из гнезда блестящее Золотое Яйцо!

Трибуны взорвались оглушительным, неистовым ревом. Гриффиндорцы безумствовали, обнимались, прыгали и подбрасывали вверх шарфы. Гарри победил!

Мия счастливо рассмеялась, вытирая слезы, обняла плачущую Гермиону, затем сияющего Рона. А через секунду её со спины крепко обняли родные руки Фреда, утыкаясь носом в её шею:
- Я же говорил тебе, Джонс... Он справится.

Мия облегченно закрыла глаза, откидывая голову ему на плечо:
- О Мерлин... Я никогда в жизни так не боялась...

Поздно вечером, когда бурные празднования в гостиной улеглись, вся их сплоченная компания снова собралась в своем Тайном кабинете.
Тихо потрескивали свечи. На деревянном столе перед ними лежала свежая, еще тёплая колдография: сияющий Гарри с золотым яйцом в руках, счастливый Рон, обнимающий его за плечи, Гермиона, Ли, Джордж, Фред и улыбающаяся Мия.

Ли аккуратно и бережно уложил снимок в их заветный сундук.
Фред развернул чистый свиток пергамента, но не стал писать сам. Он повернулся и с улыбкой протянул перо Мие:
- Сегодня эту главу пишешь ты, Джонс.

Мия задумалась буквально на пару мгновений. А затем выводя аккуратные, изящные буквы, написала:

«Сегодня мы все окончательно поняли одну простую, но важную истину: храбрость - это вовсе не отсутствие страха. Храбрость - это способность сделать решающий шаг вперед, даже когда тебе страшно до глухой дрожи в коленях. Гарри доказал это всему миру. А еще сегодня два лучших друга наконец нашли дорогу друг к другу. Иногда настоящая победа - это не только завоеванный трофей, но и спасенная дружба.»

В кабинете воцарилась уютная тишина. Фред перечитал написанные строки, медленно поднял глаза на Мию и произнес тихо, искренне, без тени привычной шутливости:
- Именно за это... Я тебя и люблю, Мия.

Мия подняла на него свои тёмные глаза и улыбнулась так нежно и светло, что, казалось, даже пламя свечей вокруг них стало гореть ярче:
- И я тебя люблю, Фредди.

Джордж, сидевший рядом на сундуке, демонстративно и громко откашлялся:
- Так, дорогие мои! Вы, конечно, невероятно милые и всё такое... Но не могли бы вы перестать смотреть друг на друга так, будто нас здесь вообще не существует?

Ли Джордан весело расхохотался:
- Да брось, Джордж! Бесполезно! Эти двоих уже ничего не спасет - они безнадежно и неизлечимо влюблены!

Все дружно и весело засмеялись. В тот вечер они еще долго сидели в своем уютном тайном укрытии, пили сливочное пиво и шептались обо всем на свете. Они еще не знали, какие суровые испытания ждут их впереди, за пределами этой школы.

Но сегодня... Сегодня они были вместе. И этого было более чем достаточно.