Ассистентка из 14 В

Скарлет проснулась от резкой боли в шее и не сразу поняла, где находится.

Серый предрассветный свет сочился через незашторенное окно гостиничного номера. Она лежала — не в своей кровати, а на широкой кровати Дэна, укрытая пледом, которого точно не было на ней ночью. Самого Дэна рядом не оказалось.

Она села, потирая затёкшую шею, и в памяти начали медленно всплывать обрывки ночи — пол, его дрожащие плечи под её ладонью, переплетённые пальцы, тепло его дыхания у виска. Должно быть, в какой-то момент они оба задремали прямо там, на полу, а он потом — уже более собранный, судя по всему — перенёс её на кровать, укрыл и ушёл.

Часы на прикроватной тумбе показывали шесть пятнадцать.

Встреча с Паком была назначена на десять.

---

Она нашла Дэна в гостиной — уже полностью одетый, в идеально выглаженной рубашке, с чашкой кофе в руке и абсолютно непроницаемым лицом, будто последние восемь часов были кем-то другим, а не им.

— Доброе утро, — сказал он ровно, не поднимая взгляда от телефона.

— Доброе, — так же ровно ответила Скарлет, хотя что-то внутри неё отчаянно хотело спросить, как он себя чувствует, помнит ли он ночь так же ясно, как помнила её она, и почему он выглядит так, будто вернулся в свою обычную броню быстрее, чем она успела моргнуть.

— Кофе на столе, — сказал он. — Нам нужно быть готовы через час.

Скарлет налила себе чашку, стараясь не смотреть на него слишком пристально, пока пыталась понять, стоит ли вообще поднимать тему прошлой ночи или лучше последовать его примеру и сделать вид, что ничего не произошло.

— Дэн, — начала она осторожно, садясь напротив него. — Насчёт ночи...

— Спасибо, что помогли, — перебил он, всё ещё не отрывая взгляда от телефона, хотя пальцы на секунду замерли над экраном. — Это не повторится.

— Я не об этом хотела спросить.

Он наконец поднял на неё взгляд — и в этот раз в нём читалось нечто среднее между смущением и тщательно скрываемой настороженностью, будто он ожидал, что она попытается использовать увиденное против него, хотя явно понимал умом, что это маловероятно.

— А о чём?

— Как вы себя чувствуете, — просто сказала она. — Не как ассистент спрашивает начальника перед важной встречей. Как человек человека.

Что-то в его лице дрогнуло — едва заметно, но достаточно, чтобы она это увидела.

— Устал, — признался он после паузы. — Но лучше, чем обычно бывает после... такого. — Он сделал неопределённый жест рукой, будто само слово «атака» было слишком тяжёлым, чтобы произносить его вслух в шесть утра. — Обычно требуется весь день, чтобы прийти в себя. Сегодня почему-то быстрее.

Он не сказал вслух, почему именно быстрее, но Скарлет почувствовала, что оба прекрасно понимают ответ без слов.

— Хорошо, — сказала она тихо. — Это хорошо.

Он кивнул, коротко, будто закрывая тему быстрее, чем она успела развернуться в нечто более сложное для обоих в утро решающей встречи.

— Материалы у вас? — спросил он, уже возвращаясь к деловому тону.

— В сумке. Всё проверено дважды.

— Хорошо, — повторил он её же слово, но уже с совершенно другой интонацией — деловой, собранной. — Тогда за сорок минут до выхода жду вас готовой. Полная броня, мисс Картер.

— Полная броня, — согласилась она, вставая, чтобы идти одеваться, и позволила себе на секунду задержаться в дверях, глядя на его профиль, склонённый над телефоном.

Он не выглядел полностью восстановившимся. Но выглядел готовым бороться — а это, она подумала, было ровно тем, что требовалось для сегодняшнего дня.

---

Ровно через сорок минут они стояли у лифта — оба в деловых костюмах, оба с непроницаемыми лицами, оба вооружённые папками с распечатками и тщательно отрепетированными аргументами.

— Готовы? — спросил Дэн, глядя на светящиеся цифры этажей над дверью лифта.

— Готова, — ответила Скарлет.

Он посмотрел на неё — короткий, но пристальный взгляд, в котором мелькнуло что-то похожее на благодарность, слишком большую, чтобы уместиться в одно слово.

— Что бы ни случилось там, — сказал он тихо, — спасибо, что вы здесь.

Двери лифта открылись.

— Всегда пожалуйста, — сказала она, и они вместе шагнули внутрь, оставляя позади и ночь, и всё, что она успела изменить между ними, — по крайней мере, на ближайшие несколько часов, которые требовали от них обоих быть кем-то другим.