чекнутая||Турбо

Дома у Лили.
Я зашла в старенькую Казанскую квартиру, кидая сумки, и сразу же повела Валеру на диван.
- Зима, принеси аптечку на кухне.
Зима пошёл, не возражая. Я же пошла в ванную, намочив чистую белую тряпку. Когда я вернулась, аптечка стояла на диване, а Валера разглядывал комнату.
- Зима, там на кухне перемячики лежат, сделай себе чай, покушай. Уверенна, вы со своими разборками не едите толком, - сказала я, но заметила, что после слов «перемячики» Зимы уже не было - он был на кухне. Я начала вытирать кровь с Валеры.
- Больно сейчас будет, - сказала я и начала обрабатывать его. Он просто хмыкнул, но, когда я приложила ватку с перекисью, он сжал мои бёдра.
- Руки убери, - тихо сказала я со злостью. На что он посмотрел на меня с болью в глазах, красивых глазах. Я продолжила обрабатывать.
- Откуда ты такая? Квартира есть, подарков столько купила. Не думаю, что у шестнадцатилетней девочки будет столько денег, - сказал Турбо чуть со злостью, иногда сжимая бёдра.
- У меня все умерли. Мама вместе с мамой Вовы в автокатастрофе, папа от алкоголя. Мне тогда было семь, я ещё в Казани жила. Так как меня никто не мог воспитывать, а дядя Кирилл был на тот момент один, без тёти Диляры, ему было бы сложно воспитывать меня с Вовой. Меня отправили в детдом в девять лет, все два года я жила у бабки, которая умерла. В детдоме меня удочерила девушка с парнем. У паренька была своя группировка, маленькая, но была. Так как времени порой на меня не было, я сбегала в группировку. Меня улица воспитывала. В итоге девушка с парнем умерли: сначало парень - его пристрелили у меня на глазах, затем девушка покончила с собой. Мне наследство от них осталось, - говорила я с безразличным лицом, будто мне вообще всё равно на это. Но глаза Валеры менялись с каждым разом - то в шок, то в сожаление. Я уже хотела уйти, так как обработала его, как вдруг он обнял меня.
- Соболезную, - сказал он мне в живот.
- Турбо, пусти, - сказала я, чутка съёжившись.
- Ты не обижайся за то, что «вафлёршей» назвал. Я думал, ты какая-нибудь шмара, которая всем даёт, а ты не такая уж и плохая. И зови меня Валерой, - сказал он, всё ещё в живот, но потом отпустил.
- Ну хорошо, Валера, - сказала я, уходя на кухню к Зиме. Я зашла на кухню, думая, что Зима уже всё заварил. Но увидела, что он не только заварил, но уже всё и съел!
- Вахит, твою мать! Где всё?! Тут было восемь перемячиков! Ты вообще охренел? - трепетала я со злостью, пока Вахит сидел и пил чаёк. Сзади я почувствовала, что ко мне прижался Валера.
- Зима, ты охренел? Где всё? - сказал Валера грубо и со злостью. Зима же смотрел и ржал. Я подошла к холодильнику и поняла, что там мышь повесилась. Я пошла, начала рыться в полочках, пытаясь найти хоть что-то, и нашла всё для того, чтобы приготовить пирог!
- Щас будете помогать готовить! - сказала я с улыбкой, а парни сразу изменились в лице. Пошло десять минут: Зима уже уронил муку, Валера разбил яйца, а я орала на них, какие они безрукие. Прошёл час, и всё было готово. Пока пирог запекался, парни драили кухню от того, что насвинячили, а я мыла посуду. Я поставила пирог на стол, заварила чай, и мы начали трапезу. Мальчикам понравился пирог.
- Ммм, это самое вкусное, что я только пробовал! - воскликнул Зима, уминая уже второй кусок.
- Да, очень вкусно, спасибо, Лиля, - уминая кусок, говорил Валера. Я улыбнулась, тоже кушая пирог и попивая горячий ромашковый чай. Мы шутили на разные темы. Зима рассказывал Турбо мои выкидоны в детстве, о том, как смешила всех всегда, злая была и много другого. Валера слушал внимательно, иногда не веря. Время уже двигалось к пяти утра.
- Надо бы спать ложиться. Оставайтесь у меня, а то время уже, вам по-любому далеко идти, на диване ляжете, - протрепетала я, смотря на них.
- Давно я не ночевал у тебя дома. Давай, конечно.
Я улыбнулась. Турбо же, как верный друг, решил остаться вместе с Зимой. Я постелила им диван и сама ушла в комнату, пожелав спокойной ночи. Зайдя в комнату, я легла на кровать, смотря в потолок. Что будет дальше? Как на меня все отреагировали? Всё так изменилось... Мишаня подрос... Надо будет в школу документы отнести, работу найти себе, а то как я дальше жить буду. Валера... Такой странный, но красивый. Маратик, мне так повезло с братом, хоть я его совсем и не знаю, но уверенна, что мы ещё поговорим. Утром надо будет сходить к тёте Диляре, наведать её. Она хоть ко мне в Ленинград только один раз приезжала, но как мама стала. Дядя Кирилл... Он мне так помог с деньгами. От таких мыслей я встала, взяла пачку сигарет и пошла на балкон, закурив. Я курила уже вторую сигарету, как почувствовала взгляд на себе.
- А Вова знает, что ты куришь? - услышала я картавый голос. Вахит.
- Напугал уже. Не знает Вова. Будешь? - предложила я ему сигарету.
- Буду, - сказал с улыбкой Вахит, беря сигарету и закуривая. Так мы простояли ещё двадцать минут, говоря о жизни. Вахит - лучший психолог, всегда могла ему позвонить и выговориться. Выкурив третью сигарету, я выкинула бычок и ушла в комнату, наконец-то погрузившись в царство Морфея.

______

10:45
Я проснулась от криков с гостиной. Встав с кровати и завязывая волосы в пучок, я вышла из комнаты, увидев такую картину: Зима лежит на Турбо, обнимая, а Турбо пытается его скинуть. От такой картины я засмеялась в голос, на что получила грозный взгляд Турбо. Я подошла к Вахиту и заорала на ухо:
- Вахит, Вахит! Ты описался!
Вахит подскочил от такого и заорал:
- Нет, нет, я сок пролил! - сказал он, от чего я начала смеяться.
- Я шучу, всё хорошо, - сквозь смех сказала я. Валера смотрел на нас с недопониманием.
- Была история, что Вахит пролил сок, а когда пришёл в качалку, все подумали, что он описался, и решили прикольнуться, что он типа не пацан и отшивать будут. Вот для него это и осталось в воспоминаниях, - сквозь смех говорила я.
- Вы на сборы не опаздываете? Время так-то уже одиннадцать, - сказала я, смотря на часы. Парни переглянулись и проорали: «Блять, сборы!» Они побежали быстрее собираться, так как сборы уже начались. Буквально за две минуты они уже выбегали из дома. Я посмеялась и пошла делать водные процедуры. Я умылась, оделась, взяла сумку с подарками и пошла в квартиру Суворовых. Ключи у меня от неё остались, поэтому я без проблем попала в квартиру и сразу услышала оры.
- Ты ничего не добьёшься! Бестолочь, надо было оставить тебя в Челнах! - трепетал дядя Кирилл, а тётя Диляра пыталась его успокоить. Я прошла на кухню, облокотившись об дверной косяк, наблюдая за тем, как отчитывают Марата. Меня никто не замечал, но один заметил - Марат, и сразу побежал ко мне, обнимая.
- Лилек! - с болью сказал Марат. Я обняла его в ответ.
- Лиля! Мой же ты бог! Ты чего тут? Как подросла! - сказала тётя Диляра, обнимая меня.
- Привет, Диляра, - сказала я с натянутой улыбкой. Затем повернулся дядя Кирилл и сказал:
- Мой же ты бог... Господи, Лиля, прости, что застала, как я этого... - не смог договорить дядя Кирилл, он сморщился, будто ему стыдно.
- А что мой братец сделал такого? - сказала я, скрещивая руки на груди.
- Да школу прогуливает, дерётся, ворует. На меня уже соседи косо смотрят! - сказал сначала со злостью, а потом с болью дядя Кирилл.
- У мальчика молодость играет, дядя. Вспомни меня с Вовой. Но за то, что ворует, получит от меня потом. А то, что дерётся, - я уверенна, что есть за что. Есть же? - спросила я со злостью, глядя на Маратика.
- Д-да, я за девочонку заступился! - сказал Марат, поднимая голову.
- Ну вот, а ты, дядя, накричал на него. Может, ему девочка понравилась, - сказала я с улыбкой.
- Давай я его к себе заберу, на перевоспитание. Вы отдохнёте? - спросила я с улыбкой, от чего у Марата появилась улыбка на лице. Бедный... Надо дать ему отдохнуть.
- Ну, я даже не знаю... Лиля, это огромная ответственность. Он тот ещё пиздюк! Он все мозги тебе выебет! - сказал дядя, на что получил злой взгляд Диляры за маты.
- Лиля, я, конечно, не против, но ты справишься? Я за вас обоих волнуюсь, - сказала нежно тётя Диляра, уводя нас в коридор.
- Диляр, всё будет хорошо, не волнуйтесь. Вы так... Вы соберите вещи, пока я с Маратиком поговорю.
Я пошла к Марату.
- И как давно у тебя это продолжается? - спросила я, смотря на Марата с сожалением. Он посмотрел на меня с грустью.
- С первого класса, как в школу пошёл. Это Вовы пока нету и мама рядом, так то бы ещё и пизданули.
Мои глаза наполнились злостью.
- Иди вещи собирай, - сказала я, уходя к Диляре.
- Бьёте его? - сказала я с болью, смотря на неё.
- Я нет. Кирилл или Володя... Я запрещаю, но иногда могут дать подзатыльник. Я просила перестать, но они как каменные, - сказала Диляра с печалью.
- Там подарки вам в сумке. Маратика я так на месяц заберу, пусть отдохнёт, но и воспитаю, верну отличником, - сказала я с лёгкой улыбкой, но уже знала, что Вове пизда.

---

- Так, Маратик, вот тут будешь спать, вещи положишь в шкаф. Теперь это твоё жильё на ближайший месяц, - сказала я, показывая всё Марату. Он обнял меня.
- Спасибо, спасибо тебе большое. Я так устал от них, - сказал Марат мне в плечо. Я обняла его.
- Смотри, там пирог есть, покушай. На полке лежат деньги, двадцать рублей, сводишь девочку погулять, жвачку купишь, булочку, шоколадку, а потом сядь, подучи уроки, пожалуйста, - сказала я, улыбаясь. У Марата загорелись глаза, он улыбнулся.
- Лилек, я обожаю тебя! Все уроки выучу! - сказал Марат с улыбкой.

---

Я зашла в подвал.
- Где Адидас?! - сказала я со злостью. Все напряглись: никогда не называла его так.
- Там, - показала одна из скорлупы, и я сразу влетела в дверь.
- О, Лиля! - с улыбкой протрепетал Вова, но его лицо сразу изменилось, когда получил кулаком в нос.
- За что?! Лиля! - заорал Вова.
- Марата бьёшь? Да, сука? Забыл, как тебя бьют? Приятно, сука?! - орала я. Все смотрели на меня с шоком, я орала на Вову, но вдруг почувствовала тяжёлые руки у себя на плечах.
- Успокойся, - грубым и хриплым голосом прошептал мне Валера, уводя с подвала.
- Это что щас было? - спросил Зима.
- Её же никто не может успокоить, кроме Ералаша, - сказал Кощей.
- Марат охренел совсем, распиздел ей всё, - сказал со злостью Вова.

---

- Я убью эту суку! - орала я, пытаясь вырваться из рук Турбо.
- Цветочек, успокойся, - прошептал мне на ухо Турбо, сжимая мою талию.
- Он бил Марата! Его доводят сколько лет уже! - говорила со злостью я, пытаясь вырваться.
- Труба, отпусти меня! - сказала я.
- Никакая я не Труба, я Турбо, дура! - сказал Валера. В смысле, не труба? Ещё какая труба.
- А не называй меня цветочком! - сказала возмутительно я.
- Хах, нет, ты ещё какой цветочек, - сказал Валера, ухмыляясь. Я дала ему подзатыльник. Я повернула голову к двери в комнатушку.
- Никто не смеет обижать его, - сказала я со злостью.

Опять же извеняюсь за ошибки, потихоньку начинаем узнавать историю Лили

Слов: 1768