Необыкновенный

Часть I. Подземелья и законы змей

Гостиная Слизерина, расположенная глубоко под землей замка, встретила первокурсников величественной и мрачной прохладой. Окна из толстого зеленоватого стекла выходили прямиком в глубины Черного озера: за ними медленно проплывали гигантские кальмары и русалки, отбрасывая причудливые тени на каменные стены. В камине с резным каменным фасадом уютно потрескивало зеленое пламя, а вокруг стояли массивные кожаные кресла и темные дубовые столы.

Старшекурсники заняли лучшие места, смерив новичков оценивающими, холодными взглядами. Гарри встал чуть в стороне, скрестив руки на груди, в то время как Драко Малфой привычно выпрямил спину, демонстрируя статус.

Вдруг тяжелая дубовая дверь гостиной распахнулась, впустив вихрь черной ткани. В комнату стремительно вошел Северус Снейп. Его мантия развевалась за спиной, подобно крыльям гигантской летучей мыши. В помещении мгновенно воцарилась абсолютная, звенящая тишина — даже самые дерзкие старшекурсники затаили дыхание.

Снейп остановился посреди зала, окинув присутствующих ледяным, пронзительным взглядом. На долю секунды его глаза задержались на Гарри, и в их глубине промелькнула едва заметная волна одобрения.

— Вы поступили на Слизерин, — начал Снейп, и его низкий, бархатный голос долетал до каждого угла комнаты. — Это значит, что отныне вы представляете элиту этого замка. Наш факультет не терпит глупости, слабости и безрассудства. В отличие от гриффиндорских... — он едва заметно скривился, — ...любителей показухи, мы действуем с умом и осторожностью.

Он сделал медленный круг по комнате, шурша мантией.

— За пределами этих стен весь замок будет смотреть на вас с предубеждением. Для них вы — потенциальные темные маги. Именно поэтому внутри факультета должно царить абсолютное единство. Любые споры, конфликты и ссоры решаются здесь, в подземельях. Наружу вы выходите единым, несокрушимым фронтом. Если я узнаю, что кто-то из вас подставил факультет или опозорил имя Слизерина перед директором — наказание будет суровым. Вопросы?

Никто не проронил ни звука. Снейп удовлетворенно кивнул и направился к выходу, но у самой двери остановился.

— Поттер. Зайдите ко мне в кабинет через десять минут, — бросил он через плечо и скрылся в коридоре.

По гостиной пронесся тихий шепот. Драко Малфой повернулся к Гарри, в его глазах читалось легкое удивление, смешанное с уважением.

— Похоже, декан хочет лично прощупать тебя, Гарольд. Будь осторожен, он не любит Поттеров. Хотя... ты ведь и сам их не жалуешь, верно?

Гарри лишь тонко улыбнулся, слегка поправив рукав мантии, где пряталась черная палочка.

— Не беспокойся, Драко. Думаю, мы найдем общий язык.

Часть II. Разговор по душам

Кабинет декана Слизерина был заставлен стеллажами с сотнями стеклянных банок, в которых в странных растворах плавали части магических существ и редкие травы. В камине горел тусклый огонь, бросая длинные тени на тяжелый рабочий стол.

Гарри аккуратно прикрыл за собой дверь и повернулся к профессору. Снейп стоял спиной к нему, глядя на огонь. Когда шаги мальчика стихли, зельевар медленно обернулся. Его лицо больше не выражало той каменной маски, которую он носил в Большом Зале.

— Гарольд... — тихо, почти шепотом произнес Снейп.

Гарри сделал два шага вперед, и его шрам на лбу отозвался мягким, пульсирующим теплом, активируя ментальную связь, которую он лелеял годами. Мальчик выпрямился, и его манеры стали безупречно аристократическими.

— Здравствуйте, отец, — спокойно ответил Гарри.

Снейп вздрогнул. На его бледном лице отразилась целая буря эмоций. Он быстро подошел к мальчику и положил свои тяжелые, пропахшие ингредиентами для зелий руки ему на плечи, всматриваясь в зеленые глаза.

— Ты знаешь... Лили успела рассказать тебе? — хрипло спросил профессор.

— Она не успела, — ответил Гарри, сохраняя ледяное спокойствие разума. — Но я все помню. Я помню ту ночь тридцать первого июня. Помню вспышку заклинания Дамблдора, которая убила её. И я помню Тёмного лорда. Его ментальный след остался во мне через этот шрам. Он показал мне истину, когда я рос у маглов. Я знаю, чья кровь течет в моих жилах.

Снейп закрыл глаза, тяжело дыша. Годы боли, вины и притворства перед Дамблдором словно начали спадать с его плеч. Его сын был жив, он был умен, и он был на его стороне.

— Дамблдор считает тебя своей марионеткой, — заговорил Снейп, отпуская плечи Гарри и отходя к столу. — Старик переписал память Джеймса Поттера, чтобы сделать из Мэтью фальшивый символ Света. Тебя же он выбросил к Дурслям, надеясь, что тяготы маглской жизни сломают тебя, сделают послушным и готовым к самопожертвованию, когда придет время. Твое распределение на Слизерин взбесило его. Сейчас он лихорадочно перестраивает свои планы.

— Пусть перестраивает, — хищно прищурился Гарри. — Его планы построены на лжи, а ложь имеет свойство рушиться. Мэтью слишком глуп и самовлюблен, чтобы заметить, как его используют. Джеймс Поттер ослеплен ментальными блоками. Что нам делать теперь?

Снейп повернулся к сыну, и в его глазах загорелся холодный, расчетливый огонь истинного шпиона.

— Учиться, Гарольд. Впитывать знания. Ты должен стать лучшим на факультете, но не привлекать лишнего внимания директора к своей силе. Я буду обучать тебя окклюменции лично, чтобы Дамблдор никогда не смог проникнуть в твой разум. Тёмный лорд... он собирает силы во тьме. Ментальный барьер Дамблдора был силен, но Реддл восстанавливает свой разум. Мы ждем. А пока — покажи этому замку, что Слизерин обрел своего истинного лидера.

Часть III. Завтрак и братское презрение

На следующее утро Большой Зал снова наполнился шумом. Завтрак был в самом разгаре, когда совы начали сбрасывать утреннюю почту.

Гарри сидел рядом с Драко Малфоем, неторопливо намазывая джем на тост. Его черная мантия с зеленой окантовкой сидела на нем безупречно. За гриффиндорским столом, как обычно, было шумно: Мэтью Поттер громко рассказывал первокурсникам о том, как он собирается обойти школьные правила и попасть в команду по квиддичу уже в этом году, несмотря на запрет для первокурсников.

Вдруг Мэтью встал из-за стола и подстрекаемый Роном Уизли, направился к столу Слизерина. Толпа притихла, предвкушая сцену.

— Эй, Гарольд! — громко, так, чтобы слышали все вокруг, окликнул Мэтью, остановившись за спиной брата.

Гарри медленно отложил нож, вытер пальцы салфеткой и только после этого повернулся к близнецу. Его взгляд был настолько холодным, что Мэтью невольно сделал полшага назад, но вовремя справился с собой.

— Что тебе нужно, Мэтью? — тихо спросил Гарри.

— Отец прислал письмо, — Мэтью потряс пергаментом перед носом Гарри. — Он в ярости. Он пишет, что твое распределение на Слизерин — это позор для рода Поттеров. Ты предал память мамы, уйдя к этим... пожирательским недобиткам! Отец сказал, чтобы я приглядывал за тобой, но честно сказать — мне противно, что у нас одна фамилия. Настоящий Поттер никогда бы не надел зеленый галстук.

Вокруг послышались смешки гриффиндорцев. Рон Уизли согласно кивал, уплетая сосиску.

Гарри медленно поднялся со скамьи. Несмотря на одинаковый возраст, он казался выше и статнее своего брата. Его бледное лицо было непроницаемым, а изумрудные глаза опасно блеснули.

— Род Поттеров, говоришь? — негромко, но так, что звук его голоса разнесся по притихшему залу, произнес Гарри. — Ты так гордишься своей фамилией, Мэтью, но забываешь одну простую вещь. Настоящая сила мага измеряется не цветом его галстука и не громкими заголовками в газетах. Она измеряется его разумом и волей. Ты купаешься в лучах чужой славы, веря в сказки, которые тебе внушают. Но когда этот карточный домик рухнет, за твоей спиной не останется ничего, кроме твоей гриффиндорской глупости.

— Да как ты смеешь! — вспыхнул Мэтью, его рука инстинктивно дернулась к карману за палочкой.

— Мистер Поттер! — раздался резкий, хлесткий голос профессора Макгонагалл, которая стремительно подошла к столу. — Немедленно вернитесь за свой стол! Минус пять очков Гриффиндору за попытку устроить дуэль в Большой Зале!

Мэтью злобно зыркнул на Гарри, развернулся и пошел обратно, тяжело топая. Гарри спокойно сел на свое место. Драко Малфой рядом тихо рассмеялся.

— Красиво ты его умыл, Гарольд. Этот идиот даже не понял, что ты его едва не проклял одними глазами.

Гарри ничего не ответил. Он мельком взглянул на учительский стол. Дамблдор внимательно наблюдал за сценой, его пальцы постукивали по золотому кубку, а в глазах не было и следа прежнего светлого благодушия.

Часть IV. Первые уроки магии

Первая неделя обучения показала, что Гарольд Снейп-Поттер пришел в Хогвартс не ради развлечений. На уроках Заклинаний у профессора Флитвика он с первого разу заставил взлететь перо, используя минимальное движение палочки из черного дерева, за что получил первые очки для Слизерина. На Трансфигурации у Макгонагалл его спичка превратилась в идеальную серебряную иголку с гравировкой в виде змеи быстрее, чем Гермиона Грейнджер успела дочитать параграф.

Но настоящим триумфом стала пятница — первый урок Зельеварения в подземельях.

Слизеринцы и гриффиндорцы сидели по разные стороны класса. Снейп начал урок со своей знаменитой речи о «тонкой науке и строгом искусстве приготовления зелий». Его голос завораживал, заставляя студентов сидеть не шевелясь.

— Поттер! — резко выкрикнул Снейп, поворачиваясь к гриффиндорской стороне. Мэтью вздрогнул. — Что я получу, если добавлю измельченный корень асфоделя в отвар полыни?

Гермиона Грейнджер высоко подняла руку, едва не соскальзывая со стула, но Снейп игнорировал её. Мэтью растерянно посмотрел на Рона.

— Э-э... я не знаю, сэр.

— Ясно. Слава — это еще не все, верно, мистер Поттер? — протянул Снейп с ледяным презрением. — Хорошо, тогда скажите мне, где вы будете искать безоар, если мне понадобится противоядие?

— В аптеке? — буркнул Мэтью, краснея от злости.

— Минус пять очков Гриффиндору за дремучее невежество, — отрезал декан. — А теперь спросим вашего брата. Гарольд, ответьте на эти вопросы.

Гарри спокойно поднялся с места. Его голос звучал уверенно и ровно:

— Асфодель и полынь дают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют Напитком Живой Смерти. Безоар — это камень, который находят в желудке козы, он спасает от большинства известных ядов. А что касается аконита и борца, сэр, то это одно и то же растение, также известное как шлемник.

В классе воцарилась тишина. Снейп медленно склонил голову, и на его губах промелькнула едва заметная тень гордости.

— Абсолютно верно. Десять очков Слизерину за великолепный ответ. Запишите это все, — рявкнул он на остальной класс, который тут же зашуршал пергаментами.

Мэтью Поттер сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Он ненавидел этого бледного выскочку, который смел быть умнее его. Он ненавидел Слизерин. И он был готов на все, чтобы доказать, кто здесь настоящий герой.

Гарри сел на место, слегка коснувшись палочки в рукаве. Первый этап интеграции в замок прошел успешно. Силы Света радовались своей фальшивой победе, не замечая, что в самых темных глубинах Хогвартса уже начал пробуждаться истинный наследник змеиного трона.