1
Соловьева Диана — бойкая, смелая девчонка. Полная копия своего безвести пропавшего брата. Родилась семья в Алма-аты, в большом казахстанском городе.
Семья была полной. Брат, мама и отец. Жили прилично. В пятиэтажке, в тихом районе.
На вид девочка выглядела очень опрятно: карие глаза, каштановые волосы, пухлые губы, цвета персика, нос с небольшой горбинкой и густые брови.
Друзей у Дины было куча. В школе компания девчонок, на улице компания парней. Соловьева сама по себе очень общительная дама, вот только некоторые из-за ее общительности шлюхой называли.
За Дианой мальчишки бегали толпами. И в школе, и на улице. Отбоя от них не было. Но Диану никто из них никогда не интересовал. То внешность не такая, то характер не тот.
А она тоже не пальцем деланная, абы-какого не выберет. Все ждет своего принца на коне.
Но ее мечтам пришел конец. Началась страшная, жуткая война. Отца забрали на войну, мать убили в первую же неделю. Брат ушел под предлогом "к другу на ночевку" так и пропал. Ни пимьма от него не дождалась. Осталась Дианка сиротой.
С друзьями она перессорилась, парни как-то забили болт на нее. Девочки, словно змеи, начали слухи ужасные пускать про Соловьеву.
Война, словно взяла и все разрушила. Но Дина ни разу не всплакнула. К ней всегда, даже в кругу друзей, относились с презрением.
В семье мать вечно не доверяла, отец ругался. Брат вообще гулять запрещал. Все погибли к черту, может, оно и к лучшему...
От этого и потеряла она доверие ко всем. Стала холодной, закрытой. Никому больше ничего про себя не рассказывала. Ну и не нужно. В жизни нужно надеятся только на себя.
Дома еда кончилась. Из сапаса была только тушенка и засохший хлеб, который в рот даже не лез.
И началась у Дианы эра воровста. Приметила себе один склад, полный еды. Сходила туда разок, не заметили. Сходила второй раз, не заметили.
Теперь ходит туда исключительно по нужде, понимая, что врядли кто-то из районных будет туда ходить.
21 июня, 1943 год.
Снова наступила голодуха. Пришлось снова идти на склад. Взяв с собой складной ножик, Соловьева двинулась.
На улице было тепло, в лицо дул приятный, прохладный воздух. В дали уже виднелся склад, и, кажется, там уже кто-то есть...
Рядом стоит повозка с ишаком, видимо. Подойдя чуть ближе, заметила, что рядом ходит мальчик. Молоденький, возраста чуть меньше Дины. Только вот не знает она таких у себя на районе. Ни разу не видела.
А вдруг, мальчик с оружием, как и она. Не дай Бог умрет. Нет, так она делать не будет. На складе, скорее всего, есть еще пару человек. Значит обойдем склад.
Но пошел сильный дождь. Свитер промок в первую же минуту, виднелось худощавое тело, очертания фигуры прорисовывались.
Сейчас поймут, что девка пришла, изнасилуют и кинут куда-то в даль. И тут, раздался звук ружья. Кого-то убили.
Побежав в обход, открыла деревянные ворота, забежала во внутрь, словно мышь. Быстро спряталась за мешки орехов и стога сена. Зажала в руке складной ножик и стала ожидать чего-то.
Послышались голоса парней, визги и сирены машин. Черт, легавые приехали... Закатив глаза, продолжила сидеть, подслушивая разговоры парней.
– Да вы чего, ссыкло, там же Кот, Лаврик, бля! Бздилы вонючие!!! – послышалось с той стороны, где и стоял тот малец.
Дыхание участилось, в голове лишь молитва: «хоть бы не заметили». Тусклая лампочка была выбита. По стогам, за которыми пряталась Дина, прошлись, поднимаясь навверх. Над ней – тонкие две дощечки, а на них кто-то сидит. Руки задрожали, но Соловьева приказала самой себе прекратить этот балаган и вернуть стойкий дух.
– Выходите с поднятыми руками по одному! – после этих слов послышался глухой удар. То ли стукнули чем-то, то ли сам упал.
– Выходите, каракурты, сранные! Сейчас из вас бищбармак сделаю! – снова пару выстрелов и тишина. Пистолет вывалился прямо к ногам девочке.
Быстро схватив его, встала, зажав в руке, предварительно положив палец на курок.
– Стой. Стой, положи, он же выстрелить может. – а Дина будто не знает. Думает наверно, что, как ребенка ее напугает.
Выстрел. Быстрый, четкий. Милиционер упал сразу же. Руки задрожали. Блять. Нахуя она это сделала...
Голова закружилась, но стояла она ровно. Сзади послышались шаги, а сверху голос:
– Ты что натворила, дура. – мужской, молодой голос. Еле слышный, парень стоял прямо над милиционером.
– Сволота, самая настоящая! – на руках оказались наручники, а к виску подставили пистолет.
– Отпусти! – закричала Диана. – Пусти, говорю!!! – она рыпалась, но звук снимающегося предохранителя остановил ее рыпания.
– Еще раз заорешь, стрельну. – прозвучало от мужчины. Пришлось не рыпаться. Что ж теперь будет-то...
Комментарии