Мы не были обещаны друг другу

Утро выдалось на удивление тихим. Галли с самого рассвета ушел на дальний край Глэйда, забрав с собой почти всех строителей. Аска работала у грядок, стараясь не смотреть в сторону Кутузки и хижины Бегунов.

Слова Томаса о «серых комнатах» и ПОРОКе тяжелым грузом лежали на сердце. От этих мыслей пальцы привычно немели, наливаясь ледяной тяжестью.

— Эй, принцесса, — негромкий, чуть хриплый голос заставил её вздрогнуть.

Галли стоял за её спиной. На его щеке темнел след от сажи, а широкие ладони были испачканы в древесной смоле. Но смотрел он на неё с той самой мягкостью, которую берег только для неё одной.

— Опять замерзла? — он мягко улыбнулся, шагнув ближе. — Ну-ка, дай руки.

Аска послушно протянула ему свои ледяные ладони. Галли бережно спрятал их в своих огромных, горячих руках. Спасительное тепло мгновенно побежало по венам, заставляя девушку облегченно выдохнуть. Она подняла на него глаза, чувствуя, как внутри тает весь накопленный за утро страх.

— Я тут... кое-что сделал для тебя, — Галли вдруг немного смутился, отвел взгляд и полез свободным карманом в штаны.

Он достал небольшую, гладко выточенную вещицу из темного, прочного дерева. Это была заколка для волос — точная копия той, что была на Аске в дораме, с аккуратными, тонкими узорами на концах. Галли потратил на нее половину ночи, бережно вырезая каждую деталь своим тяжелым строительным ножом, чтобы порадовать свою принцессу.

— Твоя старая совсем истрепалась в Лабиринте, — тихо сказал он, аккуратно заправляя деревянную шпильку в её темные волосы. Его пальцы на секунду задержались на её щеке, даря обжигающее тепло. — Теперь у тебя есть новая. Полноценная замена. Чтобы ты всегда помнила, что здесь тебя никто не обидит.

— Галли... она прекрасна. Спасибо, — Аска искренне улыбнулась, прижимаясь ладонью к его горячей руке. Сердце сладко заныло от такой непривычной, неуклюжей, но безумно трогательной заботы сурового строителя.

— Ладно, мне пора обратно. Не мерзни тут, — он ласково щелкнул её по носу, развернулся и зашагал к лесу, выглядя чертовски довольным собой.
Аска проводила его взглядом, бережно коснувшись деревянной заколки в волосах. Ей хотелось остаться в этом моменте подольше, но реальность Глэйда быстро напомнила о себе.

Стоило Галли скрыться за деревьями, как из-за угла хижины плантаторов бесшумно вынырнул Минхо. Его лицо было серьезным, без привычной ухмылки.

— Аска, надо поговорить. Сейчас, — тихо, но твердо произнес он, оглядываясь по сторонам. — Пока твой грозный страж занят. Томас тоже там. Ждем тебя в хижине Бегунов.

Девушка заколебалась. На секунду ей стало стыдно перед Галли — он так отчаянно пытался защитить её от этих тайн. Но каноничное упрямство и желание узнать правду о гибели родителей и ПОРОКе перевесили. Она быстро кивнула и, стараясь не привлекать внимания, скользнула вслед за Минхо.

Внутри хижины Бегунов царил полумрак. Посреди комнаты стоял большой деревянный стол, на котором лежали обрывки старых карт и чертежи секторов. Томас сидел на низком табурете, обхватив голову руками. Когда Аска вошла, её красно-оранжевое платье ярко выделилось в темноте помещения, и Томас тут же поднял на неё уставший, но решительный взгляд.

— Спасибо, что пришла, — глухо сказал Томас. — Я весь день пытался вспомнить. Минхо рассказал мне про устройство этого места. Но дело в другом... Аска, я вспомнил одно имя. Твое настоящее имя из тех лабораторий. Они называли тебя «Проект Линша». Ты была там ключевой фигурой.

Аска замерла, почувствовав, как в груди все сжалось от подступившего холода.

— Линша... — тихо повторила она, и это имя отозвалось внутри странным, болезненным эхом.

— Да, — Минхо шагнул вперед, опираясь руками о стол и внимательно глядя на девушку. — Томас говорит правду. И если ПОРОК создал этот Лабиринт, а ты смогла пройти сквозь него и выжить в одиночку несколько дней — значит, в твоей голове или в твоем каноничном прошлом скрыт ключ к выходу. Мы должны объединиться и выяснить, что они с нами сделали. Галли пытается спрятать тебя от этого мира, Аска. Но ты ведь и сама понимаешь...
вечно прятаться за его спиной не получится.

Аска посмотрела на Минхо, затем на Томаса. Внутри нее боролись два чувства: тепло и безопасность, которые дарил ей Галли, и ледяная, жестокая правда о ее прошлом, которую ей необходимо было узнать.