Сделка на любовь

Аслан

Следующие пять месяцев пролетели как один миг. Я взял за правило сопровождать Алсу на каждый приём к врачу. Сидел в коридоре, ждал, а потом расспрашивал доктора с дотошностью, которая того явно утомляла.

— Давление в норме, вес набирает хорошо, анализы отличные, — в сотый раз повторял врач. — Аслан Ахмадович, ваша жена абсолютно здорова. Не волнуйтесь.

Но я волновался. Каждый день. Каждую минуту. Потому что Алсу была моим миром, а теперь этот мир носил под сердцем ещё одну жизнь.

Её живот рос, и я смотрел на это с благоговением. Она больше не влезала в свои любимые костюмы и платья-комбинации, но умудрялась выглядеть сногсшибательно даже в свободных сарафанах. Макияж — неизменный: тон, тени, стрелка, тушь, карандаш для губ, нюд. Она говорила, что это её ритуал, её способ сохранять себя даже когда тело меняется.

— Я как арбуз на ножках, — вздыхала она перед зеркалом.

— Ты как богиня плодородия, — поправлял я.

— Богиня плодородия с отёками?

— С отёками, но самая красивая.

Она смеялась, но я знал, что ей трудно. Её тело, когда-то весившее сорок семь килограммов, теперь приближалось к пятидесяти пяти. Для неё это было испытанием — не физическим, моральным. Она привыкла быть миниатюрной, хрупкой, а теперь...

— Я чувствую себя неповоротливой, — призналась она однажды ночью, когда не могла уснуть.

— Ты не неповоротливая. Ты носишь нашего ребёнка. Это самая важная работа на свете.

— Ты правда так думаешь?

— Я знаю.

Я сел рядом, взял её ноги и начал массировать отёкшие щиколотки. Она закрыла глаза, откинулась на подушки. Через несколько минут её дыхание стало ровным — она уснула. Я накрыл её одеялом и ещё долго сидел рядом, глядя, как она спит.

Моя Алсу. Моя маленькая, сильная женщина, которая прошла через ад и не сломалась. Которая подарила мне смысл жизни. Которая теперь подарит мне ребёнка.

Я не знал, кого мы ждём — мальчика или девочку. Мы решили не узнавать заранее. Но каждую ночь я клал руку на её живот и разговаривал с малышом. Рассказывал про горы, про бои, про то, как встретил его маму. Про то, как она стояла на крыльце и сказала: «Я не плачу и не прошу».

— Ты будешь таким же смелым, — шептал я. — Как твоя мать.

И однажды ночью, под моей ладонью, я почувствовал толчок. Маленький, слабый, но самый настоящий.

Я замер. Потом позвал:

— Алсу! Проснись!

— Что? Что случилось? — она испуганно села.

— Ничего плохого. Просто... он толкнулся. Я почувствовал.

Она посмотрела на меня. На её лице медленно расцвела улыбка.

— Это девочка, — сказала она. — Я знаю.

— Почему?

— Чувствую. Материнское сердце не обманывает.

— Девочка, — повторил я, и это слово отозвалось во мне теплом. — Маленькая Алсу.

— Или маленькая Амина. Я ещё не решила.

Я лёг рядом, обнял её. За окном падал снег — первый в этом году. Горы стояли белые, величественные, и мир был прекрасен.

---