Фембой - мое все

- ✦ ── ✦ ── ✦ ── ✦ ── ✦ -

Лу проснулся от солнечного света.

Это было странно - солнце. Ему казалось, что после вчерашнего мир должен быть серым, мрачным, затянутым тучами. Но за окном ярко светило осеннее солнце, заливая комнату тёплым золотом. Пылинки танцевали в луче, и где-то за стеной слышался звук - кажется, тётя гремела посудой на кухне.

Лу лежал, не двигаясь, и пытался вспомнить, где он находится. Комната была чужой. Плед - чужим. Запах - чужим. Но потом память вернулась - резко, больно, как пощёчина.

Отец. Кровь. Дождь. «Убирайся».

Лу зажмурился и глубоко вздохнул. Тело всё ещё болело. Разбитая губа саднила, рёбра ныли при каждом вдохе. Он осторожно потрогал синяк на скуле - тот распух и стал багрово-фиолетовым. Красиво. Как будто кто-то нарисовал на его лице закат.

Он усмехнулся этой мысли - горько, безрадостно. Потом сел на кровати. Голова закружилась, но не так сильно, как вчера. Уже прогресс.

В дверь тихо постучали.

- Лу? - голос тёти был мягким, осторожным. - Ты проснулся?

- Да, - ответил Лу. Голос был хриплым, чужим. - Входите.

Тётя приоткрыла дверь и заглянула. На ней был всё тот же домашний халат в цветочек, а в руках - кружка с чем-то горячим.

- Я принесла тебе чай. С мёдом. Как ты?

Лу взял кружку обеими руками. Тепло разлилось по ладоням, и это было приятно. Почти как объятия.

- Лучше, - сказал он. - Спасибо.

Тётя присела на край кровати и посмотрела на него. Её глаза были тёплыми, но в них пряталась тревога.

- Лу, я хочу, чтобы ты знал, - сказала она. - Ты можешь оставаться здесь столько, сколько нужно. Я не прогоню тебя. Никогда. Ты мой племянник. Ты - семья.

Лу опустил глаза. В горле встал ком. Он не мог говорить - просто кивнул, надеясь, что тётя поймёт.

Она поняла. Погладила его по плечу и встала.

- Завтрак будет через полчаса. Приходи, когда будешь готов. И... Лу.

- Что?

- Не прячься от меня, ладно? Если больно - говори. Если страшно - говори. Я слушаю.

Она вышла, прикрыв за собой дверь. Лу остался один с кружкой чая и странным чувством, которое он не мог назвать. Как будто кто-то впервые сказал ему: «Ты важен».

---

За завтраком он познакомился с Мариусом поближе. Ну, как «познакомился» - они сидели за одним столом, ели омлет и молчали. Тётя щебетала о погоде, о соседях, о том, что хлеб подорожал. Лу кивал, но почти не слушал. Он смотрел на Мариуса.

Тот сидел напротив, пил кофе и читал что-то в телефоне. На нём была простая серая футболка, которая немного обтягивала плечи - Лу заметил это случайно и тут же отвёл взгляд. На запястье Мариуса болтался кожаный браслет - простой, без украшений. Пальцы у него были длинные, с чистыми ногтями. Красивые.

Лу одёрнул себя: «Что ты делаешь? Зачем ты на него пялишься?»

- Лу, ты омлет не ешь, - заметила тётя.

- Я ем, - Лу быстро отправил кусок в рот. - Вкусно.

Мариус поднял глаза от телефона и посмотрел на него. Всего на секунду. Но Лу успел заметить - в его взгляде было что-то тёплое. Что-то, от чего внутри разливался жар.

- Как синяк? - спросил Мариус.

- Нормально. Заживёт.

- Если нужна мазь - у меня есть. От синяков и растяжений. Мать передала, она медсестра.

- Спасибо, - Лу опустил глаза в тарелку. - Может быть.

- Я оставлю на столе в коридоре. Если захочешь - возьми.

- Хорошо.

Тётя переводила взгляд с одного на другого, но ничего не сказала. Только уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке.

---

После завтрака Лу вернулся в свою комнату. Он хотел просто лечь и лежать - сил всё ещё не было. Но в дверь снова постучали. На этот раз без предупреждения - просто короткий стук, и дверь приоткрылась.

Мариус стоял на пороге.

- Я положил мазь, - сказал он. - В коридоре, на тумбочке. И ещё кое-что.

- Что? - Лу приподнялся на локте.

- Влажные салфетки. Для лица. Ну, чтобы... - Мариус неопределённо повёл рукой. - Ты вчера говорил, что стрелки размазались. Я подумал, может, тебе нужно.

Лу замер. Он помнил, что говорил про стрелки? Да, кажется, вчера ночью, в том разговоре на кухне, он упомянул это вскользь - просто пожаловался, что выглядит ужасно. И Мариус запомнил. И купил. Салфетки.

- Ты... - Лу не знал, что сказать. - Ты специально ходил в магазин?

- Там на углу круглосуточный, - Мариус пожал плечами, как будто это было неважно. - Я рано встаю. Подумал, что тебе пригодится.

- Спасибо, - прошептал Лу.

- Не за что. - Мариус на секунду задержался в дверях. - Если захочешь прогуляться - скажи. Тут рядом парк. Свежий воздух полезен.

И ушёл.

Лу сидел на кровати и смотрел на закрытую дверь. Сердце колотилось где-то в горле. Салфетки. Он купил ему салфетки для лица. Потому что запомнил, что Лу их упомянул. Потому что ему было не всё равно.

«Нет, - сказал себе Лу. - Не придумывай. Это просто жест вежливости. Он просто хороший человек. Не ищи того, чего нет».

Но внутри уже что-то теплилось. Маленькое, робкое, как огонёк свечи на ветру.

Надежда.

---

Вечером Лу вышел из комнаты и взял мазь с тумбочки. Рядом действительно лежала упаковка влажных салфеток - хороших, дорогих, не тех дешёвых, что продаются на кассе. Мариус явно выбирал.

Лу взял салфетку и подошёл к зеркалу в ванной. Посмотрел на своё отражение. Синяк на скуле. Разбитая губа. Красные глаза. Но под всем этим - он. Лу. Со своими длинными ресницами, со своими стрелками (хоть и размазанными), со своей нежностью, которую он так долго прятал.

Он взял салфетку и аккуратно стёр остатки косметики. Кожа стала чистой, но синяк никуда не делся. Лу смотрел на себя и думал о том, что сказал Мариус вчера ночью: «Ты красивый. Даже с разбитым лицом».

- Врёшь, - прошептал Лу своему отражению. - Ты просто... добрый.

Но отражение не ответило. Только глаза - сине-голубые, с длинными ресницами - смотрели на него с надеждой, которую он боялся признать.

---

Ночью Лу снова лежал без сна. Но на этот раз не от боли. Он думал о Мариусе. О его голосе. О его руках. О том, как он сказал: «Если захочешь прогуляться - скажи».

- Что ты делаешь со мной? - прошептал Лу в темноту.

Ответа не было. Только дождь за окном - снова начался, тихий, монотонный. И где-то за стеной, в своей комнате, Мариус, наверное, тоже не спал.

Лу закрыл глаза.

Завтра будет новый день. Может быть, он согласится на прогулку. Может быть, они поговорят. Может быть...

«Не придумывай», - снова сказал он себе.

Но уснул с улыбкой.

---

- ✦ ── ✦ ── ✦ ── ✦ ── ✦ -