Дочка тренера

Через два дня

POV Блэр

Отец сказал, что я могу поехать с ним.

Обычно я отказывалась. Тренировки, свистки, крики тренера, запах газона и пота — все это всегда было его миром, не моим. Но сегодня дома сидеть не хотелось. Четыре стены давили, тишина на кухне напоминала о том вечере. О его пальцах на моем подбородке. О том, как он смотрел. О том, что он сказал: "Я никуда не уйду".

Эти слова застряли где-то под ребрами. Я прокручивала их снова и снова, проверяя, не показалось ли. Он не шутил. Я видела это по его глазам.

"Я поеду", - сказала я за завтраком.

Отец поднял бровь. Удивился, но не стал спрашивать. Просто кивнул.

"Только не мешайся. У меня важная тренировка, через неделю игра. Не отвлекай".

"Не буду".

Он посмотрел на меня подозрительно, но промолчал. Допила кофе, взял ключи. Я надела джинсы, кеды, толстовку. Волосы собрала в хвост. Смотрела в зеркало перед выходом и не узнавала себя. Глаза блестели. Не от слез. От чего-то другого.

Мы доехали до стадиона за двадцать минут. Я вышла из машины и вдохнула знакомый запах травы и резины. Раньше он казался мне чужим. Сейчас почему-то нет.

Я сидела на трибуне. Пустой стадион, утреннее солнце еще не поднялось высоко. Воздух свежий, прохладный. Внизу уже разминались игроки. Я нашла его глазами сразу.

Джуд. В белой футболке, с мокрыми от пота волосами. Он двигался быстрее других, легче. Мяч у его ног казался продолжением тела. Отец орал что-то с края поля, размахивал руками, но Джуд даже не смотрел в его сторону. Он был там, в своей стихии.

Я смотрела. Не могла оторваться. Как он бежит, как разворачивается, как бьет по мячу. Как мышцы перекатываются под футболкой. Как он смеется, когда кто-то из парней говорит что-то смешное. Как вытирает пот со лба тыльной стороной ладони.

Он не видел меня. Я сидела высоко, на самой верхней скамейке, в тени козырька. Но я видела его. И внутри меня разливалось то самое чувство. Теплое, тяжелое, незнакомое.

Тренировка длилась два часа. Я не заметила, как пролетело время.

Я смотрела на него. На его ноги, которые бежали быстрее всех. На его руки, которые отталкивали соперников. На его лицо, сосредоточенное, злое, красивое.

Он забил гол. Отец одобрительно кивнул. Джуд даже не улыбнулся. Просто развернулся и пошел обратно на позицию.

Я видела, как он тяжело дышит. Как грудь вздымается под влажной тканью.

Свисток отца прозвучал резко. Игроки остановились. Кто-то упал на траву, тяжело дыша. Джуд подошел к бровке, взял бутылку воды. Вылил половину себе на голову. Вода стекала по его лицу, по шее, скрывалась за воротом футболки.

Я сглотнула. Отвела взгляд. Посмотрела в сторону, на пустые скамейки, на дальние ворота.

Когда я снова посмотрела вниз, его уже не было.

Игроки расходились. Кто-то шел в раздевалку, кто-то сидел на скамейке, восстанавливая дыхание. Отец что-то записывал в планшет, потом поднял голову и крикнул кому-то из помощников.

Я спустилась с трибуны. Медленно, ступенька за ступенькой. Кеды стучали по бетону. Солнце уже поднялось выше, стало теплее. Я прошла мимо скамеек, мимо ворот, мимо парней, которые косились на меня. Я не обращала внимания. Шла вдоль ограждения, к выходу со стадиона.

Коридор за стадионом был пуст. Пахло бетоном и потом. Я слышала голоса из раздевалки, гулкий смех, звук воды из душа. Где-то смеялись, кто-то громко спорил. Наверное, обсуждали тренировку.

Я остановилась. Просто стояла, прижавшись спиной к стене. Холодный бетон через толстовку. Смотрела на дверь, за которой он скрылся.

Сердце билось где-то в горле.

Зачем я пришла? Зачем стояла здесь? Я могла уйти. Просто развернуться и пойти к машине, подождать отца там. Но ноги не двигались.

Я вспомнила его глаза. Как он смотрел на меня на кухне. Как его пальцы касались моего подбородка. Как он сказал: "Я подожду".

Может, он ждал, что я приду.

Дверь раздевалки открылась.

Я вздрогнула. Изнутри вышел один из парней. Высокий, темноволосый. Он нес сумку, волосы мокрые. Увидел меня, ухмыльнулся.

"Потерялась?"

"Нет", - ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он хмыкнул, прошел мимо, бросив взгляд через плечо. Я осталась стоять.

Дверь снова открылась. Еще один игрок. Потом еще. Я считала. Четыре. Пять. Шесть.

Меня никто не трогал. Просто косились, усмехались, но не задавали вопросов. Я смотрела на дверь и ждала.

Потом все стихло. В коридоре стало тихо. Только гул вентиляции где-то над головой. И звук воды из душа, который постепенно затихал.

Я подошла к двери. Не знаю зачем. Просто сделала шаг. Потом еще один.

Остановилась перед дверью. Слышала, как внутри кто-то двигается. Один человек. Он напевал что-то тихо.

Я замерла.

И тут дверь открылась.

Джуд вышел. Волосы влажные, футболка темная от воды. Он нес сумку на плече. Увидел меня. Остановился.

Мы смотрели друг на друга.

"Ты здесь была?" - спросил он. Голос тихий, хриплый после тренировки.

"Сидела на трибуне".

"Видела меня?"

"Ты был слишком занят, чтобы заметить".

Он усмехнулся. Подошел на шаг ближе. Я чувствовала запах его геля для душа. Мятный, свежий. Смешанный с потом и травой.

"Я всегда замечаю, Блэр. Просто не показываю".

Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент за спиной Джуда кто-то кашлянул. Мы оба обернулись. На пороге стоял тот самый парень. Он смотрел на нас. Потом улыбнулся. Не зло, скорее понимающе.

"Джуд, ты чего? Тренер сказал, через пять минут собрание. Все уже в конференц-зале".

"Иду", - ответил Джуд, не сводя с меня глаз.

Парень хмыкнул, перевел взгляд на меня, усмехнулся и исчез за дверью.

Я сделала шаг назад. В груди колотилось.

"Ты должен идти".

"Знаю".

"Отец не должен видеть нас".

"Знаю, - он сделал шаг ближе. - Я приеду сегодня вечером".

"Нет. Он будет дома".

"Я приеду, когда его не будет".

"Ты не знаешь, когда он уезжает".

Он улыбнулся. Та самая улыбка. Темная, уверенная.

"Я знаю все расписание твоего отца, Блэр. Я его лучший игрок".

Он посмотрел на меня. Секунду. Две. Потом шагнул вперед, взял мою руку. Я замерла. Его пальцы сжали мои. Крепко, но не больно.

"Я приеду, - повторил он. - Жди меня".

Он развернулся и пошел к двери. Остановился. Обернулся.

"И, Блэр. Если хочешь увидеть меня, просто стой здесь. Я всегда выхожу последним".

Дверь за ним закрылась.

Я осталась стоять в пустом коридоре. Смотрела на свои пальцы. Он держал их. Я все еще чувствовала его тепло.

Сердце билось где-то в ушах. Я знала, что он делает. Он дает мне выбор. Уйти или остаться.

Но я уже сделала выбор. Я стояла здесь.

Я смотрела на закрытую дверь. Слышала, как внутри стихли голоса. Потом хлопнула другая дверь — наверное, вышли в конференц-зал.

Тишина.

Я стояла. Ждала. Не знала, чего. Просто не могла уйти.

И тогда дверь снова открылась.

Джуд стоял на пороге. Смотрел на меня. В глазах темнота.

"Я знал, что ты не уйдешь", - сказал он.

"Откуда ты знаешь?"

"Потому что я бы тоже не ушел".

Он вышел. Закрыл за собой дверь. Подошел ближе. Я не отступила.

"Нам надо поговорить, - сказал он. - Не здесь. Не сейчас. Но надо".

"О чем?"

Он посмотрел на меня. Долго. Потом провел рукой по своим влажным волосам.

"О том, что между нами происходит. О том, что я не могу перестать думать о тебе. Но твой отец..."

"Я знаю, - перебила я. - Я знаю, что он не позволит. Что он убьет тебя, если узнает".

"Меня - нет, - он усмехнулся. - А вот тебя он изолирует. Запрет видеться. Увезет куда-нибудь".

Я смотрела на него. На его лицо. На его глаза, которые смотрели на меня так, будто я была единственным человеком на земле.

"Я приеду вечером. В десять. Твой отец будет на встрече с агентом. Он сказал, что вернется поздно. Я знаю точно".

"Откуда ты..."

"Он рассказывал на тренировке. Я запомнил".

Я выдохнула. Посмотрела на него.

"Ты невыносим".

"Знаю, - он усмехнулся. - Но ты все равно будешь ждать".

Он развернулся и пошел к выходу. Я смотрела ему в спину. Как он открывает дверь, выходит в свет. Как садится в машину.

Потом я пошла к стадиону. Отец уже стоял у машины, смотрел на часы.

"Где ты была?" - спросил он.

"Туалет искала".

Он хмыкнул, сел за руль. Я забралась на пассажирское сиденье.

Мы ехали домой в тишине. Я смотрела в окно и улыбалась.

Вечером в десять я буду ждать его. И он знает. Я знаю.

Никто не узнает. Пока мы сами не решим.