Между нами

Я проснулась, как обычно, от странного жгучего чувства – будто под рёбрами тлеет уголёк. Ревность. С тех пор как в нашей жизни появился Влад, я начала остро реагировать на каждую мелочь: как Маша смеётся над его шутками, как они стоят слишком близко друг к другу, как она кивает ему, будто только его слова имеют значение.

Это ведь просто дружеская ревность, правда? Боязнь потерять подругу. Но почему тогда так больно, что даже дышать тяжело? Я уже боюсь ложиться спать: каждую ночь мне снится одно и то же– они идут за руку, Маша смеётся, а я стою в стороне, невидимая, лишняя. И в груди всё сжимается до хруста.

Так и хочется сделать что-нибудь, чтобы его выгнали из коллектива. Хоть бы повод какой-то подвернулся.. Но времени на эти мысли уже не было. Я подходила к раздевалке. Сейчас снова придётся натянуть на лицо эту дурацкую маску: «всё хорошо, я в порядке». Как же я его ненавижу! Ненавижу это чувство, ненавижу свою беспомощность.

Как только я зашла в раздевалку, ко мне тут же подбежала Лада, будто я была её последней надеждой.

– Адель, вот ты где! Лариса Дмитриевна ещё не пришла. Влад сегодня не придёт– он очень сильно заболел и… –Она буквально вцепилась мне в руку, и от этого прикосновения по коже пробежал неприятный холодок.

–А мне-то какое дело? Ну заболел и заболел. Отцепись! –Я резко выдернула руку и направилась к своему шкафчику, с грохотом поставила сумку, будто этот звук мог заглушить всё, что творилось внутри.

–Да постой же ты!– Лада не сдавалась, голос у неё дрожал, в глазах плескался испуг.

Я остановилась, только потому что этот страх в её взгляде был слишком настоящим.

–Стоп..А где все?– спросила я неуверенно, и в этот момент тишина раздевалки показалась неестественно густой, словно воздух стал плотным и вязким.

–Адель, выслушай меня!– Лада шагнула ближе, пальцы её снова потянулись ко мне, но она вовремя опустила руку.– Ева, кажется, сошла с ума. Она ревнует Влада к Маше. Сегодня, раз Влада нет, она решила поговорить с Машей.. И это всё довело до ссоры. Машу трясёт. Мы не можем их успокоить. Точнее, не можем успокоить Еву.. Может, ты сможешь?

Слова падали в сознание, как тяжёлые камни. «Машу трясёт.. ссора.. Ева...» В голове шумело, а потом из тренировочного зала донёсся резкий вскрик, похожий на удар. Звонкий, короткий, от которого сердце пропустило удар.

Не думая, я рванула в зал. Ноги будто сами несли меня вперёд, а в груди разрастался ледяной ком ярости.

Картина, которую я увидела, застыла в глазах, как фотография: Маша держится за щёку– кожа красная, будто горит. Она морщится от боли, глаза расширены, в них– шок и слёзы, которые она изо всех сил сдерживает. Рядом Ника вцепилась в Еву, пытаясь удержать её, хотя сама дрожит, будто вот-вот сломается.

Моё сердце ёкнуло и тут же забилось где-то в горле. Хотелось прикончить Еву за то, что она посмела тронуть Машу. Не просто прикончить– бить, пока эта злость не выйдет из меня вместе с каждым ударом.

Лада, которая бежала за мной, замерла в дверях и закрыла рот рукой, будто боялась, что крик вырвется сам собой.

А я уже не думала о последствиях. Схватила Еву за локоть и сжала так, что она вскрикнула.

–Т-ты что творишь?– её голос дрогнул. Вот это да. А когда она била Машу, рука, кажется, даже не дёрнулась.

–Это ты что творишь? –мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидала, и от этой твёрдости внутри что-то щёлкнуло, встало на место. –А? Я повторяю свой вопрос. Ты что творишь?

–Ой, а как будто ты Влада не ревнуешь к Маше! Я видела, как ты смотришь на них, когда они вместе.–Ева попыталась скинуть стрелки на меня, голос её стал визгливым, оборонительным.

Ну круто. То есть теперь мы с ней – жертвы, а Маша– хищница?

Боковым зрением я заметила, как Маша удивлённо посмотрела на меня. В этом взгляде было столько вопросов, что на секунду мне захотелось всё объяснить: «Я не ревную, правда. Просто… просто я не позволю никому тебя обижать». Но вместо этого я только сильнее сжала руку Евы.

–Ева, да что ты несёшь? Ты головой ударилась? Никого я не ревную. Тем более Влада. А если я ещё раз узнаю, что ты тронула Машу хоть пальцем или вообще просто повысила на неё голос, ты в этом коллективе не останешься.

После этих слов в зале повисла тишина, которую прорезал медленный, тяжёлый хлопок. Такой, будто кто-то хлопал не от радости, а от раздражения, с холодным расчётом. Я невольно повернулась и тут же отпустила руку Евы.

Маша подошла ко мне почти вплотную, и только тогда я поняла, что хлопала не она. Это была Лариса Дмитриевна.

–Здравствуйте, Лариса Дмитриевна..– послышались дрожащие голоса некоторых девушек, тихие, как шёпот ветра.

–Здравствуйте..Что же это за концерт с утра пораньше? – голос тренера был спокойным, но в этой тишине он звучал особенно грозно.

Первой подала голос Маша:

–Лариса Дмитриевна, мы просто..– её голос дрогнул, и я не выдержала. Какого чёрта она должна оправдываться из-за этой.. Даже имя произносить было противно.

Маша тем временем продолжила:

–Я поругалась с Евой, а Адель за меня заступилась...

–А если поподробнее? Мне же надо знать, кого выгонять из коллектива.

–Ч-что? – слово вырвалось у кого-то из девочек, короткое и испуганное, как всхлип.

________________________________________

Как вам? Мне очень нравится! Не знаю почему,но мне прям эта глава в душу запала. Насчёт фанфика «Слишком разные» Я сейчас пишу новую главу! Ждите!