Мой ангел пахнет лилиями

Я стоял у коробки, поправляя бант, как вдруг из неё донёсся истеричный вопль, от которого я чуть не подпрыгнул:

- Ян! Ебись всё конём! Не заклеивай ты меня скотчем! Меня и так клаустрофобия на удушающий взяла! Окстись, окаянный!

Я закатил глаза, но на губах уже играла улыбка.

- Я и не собирался, - буркнул я, аккуратно отклеивая двухсторонний скотч, который держал бант, и откладывая его в сторону. - Просто хотел убедиться, что лента держится, не ори. - я отошёл на шаг, осматривая поле боя: - Так... Цветы на месте, торт на месте. Макс, перевязанный лентой и с бантами на лбу и жопе, тоже на месте...

- Я слышал, - прошипел Макс из коробки. - Ты там бубнишь как дед с деменцией.

Я присел на корточки и постучал по картону.

- Ты хоть повылся? - спросил я с лёгкой насмешкой.

- Два раза! - гордо заявил Макс.

- Мало, - покачал я головой, хотя он этого не видел. - Надо три. Бог любит троицу. Святую, блять, троицу.

- Иди нахуй, - ответил Макс без злобы, скорее с привычной усталостью.

- Я тоже тебя люблю, - пропел я и уже серьёзнее добавил: - И ради бога не верещи. Сейчас мама с папой придут, потом Аня с подружками заявятся, услышат тебя - и всё коту под хвост. Что мне потом говорить? Меня же Аня обвинит в маньячестве с фетишистскими наклонностями. Ты ж у нас перевязан лентой, как в БДСМ-стиле, - я сделал паузу, - руки тебе ещё связать надо было, истеричка.

- Руки своей Есенечке будешь перевязывать, - парировал Макс.

- Только по обоюдному согласию, - ответил я с улыбкой, поправляя бант на коробке, которая стояла в углу комнаты.

- А я, значит, не в счёт!? - возмутился Макс.

- Ты не в счёт, потому что ты не Есенечка, - сказал я, и мы оба рассмеялись.

Я встал и отошёл от коробки, чтобы взглянуть на композицию со стороны. Кстати, о Есене. Я отвёз её до дома, и, когда она выходила из машины, я заметил, что она всё ещё в моей толстовке. Я предложил ей поехать со мной на Анин день рождения, но она мягко отказалась, сказав, что будет неудобно и ей, и всем остальным. Я сделал вид, что не расстроился, но, наверное, по лицу было видно, что я немного приуныл. Зато мы болтали по FaceTime почти всю дорогу, пока я ехал к родителям, и даже Макс успел с ней перекинуться парой слов - они сразу нашли общий язык. Я даже на секунду ревновать начал, когда она рассмеялась его шутке, но потом вспомнил, что в любой момент могу просто кастрировать Макса. И тогда он точно перестанет быть для неё интересным собеседником.

Я услышал, как щёлкнул замок входной двери, и внутри всё сжалось. Блять, родители. Я быстро метнулся к коробке, приоткрыл её и сунул Максу в руки торт, который стоял рядом на столе.

- Держи, - прошипел я, стараясь говорить как можно тише и быстрее. - Не вздумай сожрать это для Ани! Чтоб сидел тише травы, ниже воды, и поебать мне, что там наоборот. Я тебя прошу, Макс, не подведи. Всё решается здесь и сейчас.

- Понял, не ори, - донеслось из коробки, и я услышал, как он что-то нечленораздельно бормочет, а потом легонько пинает коробку изнутри, выражая своё недовольство.

Я закрыл её и, выпрямившись, вышел из комнаты, стараясь, чтобы шаги звучали как можно спокойнее.

- Привет, - сказал я, подходя к родителям в коридоре. - А где именинница?

- Привет, сынок, - улыбнулась мама, уже надевая лёгкое пальто. - Аня с подружками гуляет. Мы сейчас быстренько соберёмся и на дачу поедем, с папой, а вы тут развлекайтесь. Мы уже поздравили её, так что больше нам делать тут нечего, - добавил папа, протягивая мне пакеты с продуктами, которые они явно припасли для молодёжи.

- Мы не хотим вам мешать, вы же знаете, - мама мягко улыбнулась, и я кивнул, забирая у них продукты.

- Я прослежу за ней, всё будет хорошо, - пообещал я, чувствуя лёгкое волнение, которое смешивалось с предвкушением. - И вы осторожней будьте на дороге, звоните, как доедете.

- Не волнуйся, сынок, - ответил папа, обнимая меня на прощание, и через пару минут дверь за ними закрылась, оставляя меня наедине с Максом, тортом, лентами и мыслью о том, что через час сюда заявится Аня. И её подружки.

Я пошёл на кухню, поставил продукты на стол, затем вернулся в комнату и приоткрыл коробку, заглядывая внутрь:

- Жив?

- Жив, блять, - ответил Макс, и я увидел, как он сидит, согнувшись в три погибели, с тортом на коленях. - Сколько ещё сидеть?

- Недолго, - сказал я, выпрямляясь, и ухмыльнулся. - А теперь приготовься. Скоро начнётся шоу.

- Смотри только, чтоб клаустрофобия тебя на прогиб не кинула, - съязвил я, закрывая коробку и аккуратно наклеивая бант обратно, ровно по центру. - А то выскочишь раньше времени, и всё шоу коту под хвост. Я тебя тогда своим микрофоном, блять, успокаивать буду.

Я отошёл от коробки и подошёл к столу, где лежал тот самый микрофон - мы взяли его в прошлый раз в ТЦ, зачем-то решив, что он может пригодиться. Я до сих пор не был до конца уверен, зачем я его вообще купил. Наверное, просто показалось, что это будет круто и эпично. Ну, и Аня любит такие театральные штуки, так что, если я выйду с микрофоном и скажу тост или что-то в этом роде, эффект будет мощнее. А может, я просто хотел чувствовать себя ведущим собственного шоу. В любом случае, он уже был здесь, и я решил, что раз уж мы зашли так далеко, то надо использовать весь арсенал.

Я повертел микрофон в руках, проверяя, работает ли он. Включил, дунул в него - звук прошёл чисто. Я довольно усмехнулся и отложил его в сторону, на край стола, чтобы был под рукой.

- Макс, - сказал я, подходя к коробке и легонько постучав по ней костяшками, - если ты вылезешь без команды, я тебя лично закопаю в этом банте. Всё понял?

Из коробки донеслось приглушённое, но отчётливое:

- Я тебя слышу. Если ты сейчас не заткнёшься, я вылезу и расскажу Ане, что ты её штаны носил.

- Шантажист, - усмехнулся я, - но я тоже умею шантажировать. Помнишь ту историю с розовыми шортами на выпускном?

Из коробки донеслось тяжёлое молчание.

- Ладно, ты выиграл, - буркнул Макс. - Но микрофон - это перебор, ты серьёзно собрался использовать его?

- Абсолютно серьёзно, - ответил я, подходя к столу и ещё раз проверяя микрофон. - Хочу, чтобы этот день был идеальным для неё. И если я выйду с этим микрофоном, как ведущий самого важного события в её жизни - она запомнит это надолго. Да и я тоже.

Макс ничего не ответил, но я услышал тихое фырканье - его фирменное «ты придурок, но я тебя люблю». Я улыбнулся, надел микрофон на рубашку и посмотрел в зеркало. Ухмылка была довольная. Мы были готовы.

До одного момента.

Дверь открылась раньше, чем я ожидал. Я услышал щелчок замка, женские голоса, смех - и всё внутри сжалось в тугой узел. Но я быстро взял себя в руки, прочистил горло, поправил микрофон на груди и с максимально расслабленным видом вышел в коридор.

Аня стояла в проёме - красивая, в коротком чёрном платье, с идеальной укладкой, вся при параде. За её спиной - четыре фигуры: Василиса, Света, Катя и... Я замер на мгновение. Ебаный в рот.

Юля.