Страхи Бабочки (перезалив)

Ученики по обмену

Просыпаюсь за три часа до начала первого урока. Все уже ушли на работу и в школу, так что собираюсь одна, в полной тишине. Лишь тихий звук соседского радио разбавляет её и даёт бодрость. Быстро спустившись вниз хватаю кофе для кофейной машины. Сейчас этот напиток мне просто жизненно необходим. Каждая секунда приготовления тянется на минуты. Хочется побыстрее сделать тот самый первый глоток и почувствовать вкус латте на своих губах. Всё. Готово.  Взяв стакан обжигаюсь. Горячий.  Осторожно касаюсь край губами. Запах кофе сразу отдаёт в голову, а за ним тепло по горлу от самого напитка. На столе вижу круассаны. Видимо, мама купила их для меня. Она знает насколько я их люблю. День начинается хорошо, но посмотрим на его окончание.

Позавтракав мчусь обратно в комнату и открываю шкаф. Я та ещё модница и люблю комбинировать различные образы. Мда уж… на полках бардак. Всё выглядит так, словно тут кто-то играл. Но нет. Это просто я неделю поленилась складывать аккуратно вещи. Беру первую попавшуюся рубашку и рядом лежавшую белую блузку.  Так как на улице только сентябрь и ещё очень тепло, выбор падает на широкие, удобные коричневые джинсы. Они как раз сочетаются с коричневой клетчатой рубашкой, которую я уже взяла. Плюхаюсь на пуфик перед зеракалом и пытаюсь понять, что вообще происходит с моим лицом. Квартира не из приятных, но исправить это можно. Чуть-чуть косметики исправят это дело. Чтобы волосы не мешали, решаю заколоть их крабиком, который Марк сам сделал для меня. Он говорил, что мне нужно всегда закалывать волосы им, когда не знаю,  какую прическу сделать. Но теперь именно заколотый этим крабиком пучок стал моим любимым, и делала я его как минимум раза три в неделю. Эта привычность была моим внутренним спокойствием. Доделав легкий дневной  макияж, смотрю на часы. До школы осталось всего сорок минут, а значит, нужно выходить. Быстро спускаюсь по лестнице, хватаю лежащий на пороге рюкзак и выхожу из дома.

На улице прекрасная погода. Птички поют и на небе ни единой тучки.  Поэтому незамедлительно решаю пойти через парк. Гуляю я и так редко, а тут есть лишний повод сделать это. Прогуливаясь, мимолетно смотрю по сторонам. Вокруг оживленно, много таких же подростков, которые, как и я, идут в школу. Ни у одного из своих сверстников не увидела хотя бы намёка на радостное лицо. Они просто опустили голову вниз и о чём-то между собой шептались в компаниях.

Листья, которые уже разукрасила чья-то невидимая рука, падали, создавая какое-то волшебное ощущение. А последние тёплые лучики солнца грели кожу. Мне казалось, что я попала в сказку, но, конечно, реальность куда суровее. Мой дом расположен близко к школе. Даже  не заметив этого,  уже была возле неё. Поднимаясь по лестнице, проводящей ко входу, краем глаза вижу различные осенние поделки. Видимо, активисты средней школы украсили её к осени, чтобы создать уютную атмосферу. Раньше, когда я училась в среднем звене, мы тоже украшали лестницу и всё внутри  поделками и фонариками, которые и создавали некую прекрасную атмосферу. Кажется, традиция, что активисты украшают всю школу, никогда не перестанет существовать в моей школе. Ну,  может, оно и к лучшему. И как бы ни любили дети это украшать, настроение в школе со строгого и пугающего сразу сменяется в теплое и спокойное,  в зависимости от сезона года.

Зайдя в школу, наблюдаю, как в коридоре толпами стоят ученики средней и старшей школ, бурно обсуждая что-то или кого-то. В этот раз под обсуждения попали ученики, которые принимали участие в школьной спортивной олимпиаде и отобрались на следующий этап, несмотря на то, что у капитана команды была сломана рука. Хотя нужно было сдавать и отжимания, и подтягивания они справились. Поддерживали друг друга изо всех сил и помогали, где это было возможно. Друзей у меня почти не было, потому что после того вечера никто не смог терпеть меня с  моими страхами. Поэтому решаю сразу пойти в класс истории, где у нас и был урок. Войдя в класс, осматриваю, кто и где сидит, а уж потом по традиции, решаю сесть за последнюю парту возле окна. Я часто любила смотреть в него на всё происходящее за ним, когда урок становился невыносимо скучным. Надежда была только в том, что происходящее на улице хоть немного рассмешит или заставит урок пройти для меня немного быстрее. Например, как однажды получилось понаблюдать за чьим-то Днём Рождения. Тогда в очень красивую девушку, видимо в именинницу, которая явно очень долго старалась над макияжем и причёской. Кинули не менее красивый и, наверное, очень вкусный торт. Тогда крику то было! Даже учительница на пару минут прервала урок и сама принялась смотреть в окно, чтобы  увидеть, что там произошло. Девушку мне, конечно, было очень жаль, ведь её идеальный в голове план был испорчен. Но эта ситуация позволила уроку пройти быстрее.

Уже садясь за парту и наклонившись за вещами в рюкзак, заметила, что мои тёмные от природы волосы порыжели и начали отдавать приятным ярко-пшеничным оттенком. Мне нравилось, когда они такого отлива, и потому подолгу могла наблюдать за этим. Да и сейчас я не могла отказать себе в этом удовольствии и вновь принялась рассматривать свои пряди, стараясь не шевелиться, чтобы этот приятный цвет не ушёл. Всё это напоминала мне прогулки поп Олю или лесу, куда просачиваются лучики солнца. Но тут от мыслей отвлёк уже с детства знакомый и очень нежный голос.

– Привет, Лия! – это подходила ко мне близкая подруга, с которой мы дружим с первого класса. Мы с ней просто не разлей вода. Почти никогда не ругаемся, а если и случаются ссоры, то они совсем недолгие, да и по сущему пустяку. Она раскинула руки в разные стороны и заключила в свои крепкие объятия.. Улыбка её в один момент вселила в меня такую радость, что я не могла и сама скрыть своей улыбки. – Можно сесть к тебе?

– Привет, Даш, конечно, садись! Спрашиваешь так, будто мы и не сидим вместе, – мне очень нравилось сидеть с ней, поэтому другого ответа у меня просто быть и не могло. Вместе мы вытворяем такие штучки, что все учителя ещё долго отходят от них. Сейчас, конечно, мне уже не хочется привлекать к себе столько внимания. Теперь я старалась быть тихой и незаметной. Так меня меньше задирают и не идут поводов для этого.

Даша осторожно цепляет свою сумку на крючок на спинке стула и садится за парту. Уже  начав рассказ про то, как у неё прошло утро и кого она видела по дороге в школу. В этот раз пол обсуждение попал какой-то парень. Этот бедолага просто улыбнулся ей, а она уже напридумывала любовную историю. Подумала какие у них могут быть дети, дом и даже хомяк. На мои утверждения, что она может никогда его не встретить. Даша отвечала: «судьба всегда приведёт одному человеку другого нужного. Значит и нас она сведёт. Я уверена в этом!».

Обсуждая этого парня, мы  не заметили, как прозвенел звонок и начался урок. класс зашли директор  Виктор Николаевич и учительница истории  Ева Александровна. Весь смех и крики в классе  прекратились в одно мгновение, а на их место пришли спокойствие и строгость. Ученики к встали и не смели сказать ни слова. Пронзительный взгляд директора пугал. От его глаз шёл холодок по всему классу.  А Виктор Николаевич только дождавшись полной тишины, директор начал что-то говорить:

– Здравствуйте, дети. Я зашёл к вам, чтобы сообщить о том, что в ваш класс зачисляют четверо учеников по обмену из солнечного города Сочи, – директор открыл дверь и жестом пригласил кого-то внутрь. – Заходите, заходите, не стесняйтесь! Теперь вы часть нашей большой семьи. – Под его ободряющие слова в класс зашли два красивых, высоких, будто близнецы, мальчика. От которых у меня, словно ёж пробежал по спине. Они очень были похожи на парня из той компании, заставшей меня на улице. Такие же сильные, взгляд дерзкий. У парней на шее, а у одного даже на руке, были очень красивые и не громоздкие татуировки. Глаза отливались какими-то бирюзово-жёлтыми, холодными оттенками. Они смотрели на нас, как на изгоев, и совершенно не были рады быть здесь. Чего нельзя было сказать о двух стройных, загорелых девочках, волосы которых напоминали свет от солнца, а глаза были похожи на изумруды. Такое сравнение пришло ко мне сразу из-за любви к чтению классической литературы и живописи. смотрели на нас всех с какой-то добротой. – Теперь они будут учиться с вами, – он посмотрел на новых ребят и жестом указал на класс. – Садитесь на любые свободные места. На  этот год наши школы решили, что они должны учиться у нас, а четверо наших учеников у них, – ребята переглянулись и нехотя разошлись по свободным местам. То смущаясь, то вообще злясь. Двое братьев, на их же везенье, сели за одну парту, которая была сзади нас, и сразу же начали о чём-то шушукаться, не обращая внимания на других ребят, которые хотели с ними познакомиться и даже кидали им записки с посланиями. А вот девочкам пришлось сесть раздельно, так как других мест не оказалось, но они сразу же начали со всеми знакомиться и делали это даже очень виртуозно. Ведь всего за пару минут, что директор разговаривал с учителем, девочки уже познакомились со всеми, кто сидел рядом с ними, и оживлённо о чём-то болтали. – Ну вот и всё, а теперь мне пора. Чуть позже приду и расскажу,  кто и с кем будет жить этот год, – директор посмотрел на весь класс с улыбкой и удалился из кабинета.

– Теперь продолжим урок. Запоминайте всю новую информацию. Скоро она вам пригодится на тестах. Но они будут не на следующей неделе. Успеете подготовиться! – Ева Александровна развернулась к доске и начала писать какие-то термины, параллельно читая что-то  с учебника.

– Лия, скажи честно, тебе же не комфортно с ними? – шёпотом сказала Даша,  осторожно положив руку на мою и посмотрев в глаза. Краем глаза смотрю назад. Браться заняты своими делами. Модно рассказать, но всё равно страшно.

– С чего ты это взяла? Всё нормально. – Соврала я. А у самой внутри взорвался вулкан страха. Который с каждой минутой поглощал меня всё больше. От одного взгляда тех парней стало не по себе.

– С тех пор, как они зашли сюда, ты напряжена. У тебя даже мурашки по коже. Вот, посмотри, – и вправду вся кожа покрыта мурашками, хотя ранее я этого даже не замечала или просто была занята в раздумьях. Чувствую пристальный взгляд на спине. Это Одан. Он стоит прямо за мной. Понимаю, что он больше не смотрит на меня. Наклоняюсь ближе к Дашиному уху.

– Если только немного. Но надо же потихоньку уже привыкать к нормальной жизни. Не переживай за меня, – я легонько улыбнулась Даше, обернувшись назад,  чтобы убедиться, что братья не слышали этого всего. Не хватало, чтобы ещё и они узнали обо всём этом. Они н е должны этого никак узнать.

– Лия, я всегда рядом. Не забывай это, вместе мы справимся с твоими страхами. – Заверила подруга.

– Спасибо, Даш, – в этот момент мы увидели, что учитель уже хочет сделать нам замечание, а потому быстро начали писать в тетради. Немного смеясь себе под нос, чтобы никто ничего не услышал.

М-да, чувствую, этот год будет весёлым. А как же не повезет тем, у кого и будут жить эти ученики по обмену! Наверняка у парней есть какие-то противные привычки, хотя и сами они очень даже недружелюбны. Не успела я представить, что было бы, если бы  они жили у нас, как  от мыслей меня отвлек голос учителя,  которая как раз начала рассказывать нам о предстоящих через год экзаменах, и в том числе об ОГЭ. Спустя долгие оставшиеся тридцать минут урок наконец-то был  закончен, и мы направились на следующий урок русского языка. Собрав все вещи, вышли из класса и уже начали уходить дальше, как вдруг нас привлек чей-то громкий смех из кабинета истории, и мы с Дашей инстинктивно развернулись, чтобы увидеть, кто это был. А это смеялись ученицы нашего класса, пытаясь привлечь внимание Кима и Одана ( так звали тех самых братьев-учеников по обмену, и это мы поняли  только в ходе урока, когда учитель обращался к ним. Сами же они не представились.). Наши одноклассницы Лили и Аня часто так себя вели, когда им кто-то нравился. Зачастую их действия и правда привлекали внимание, пока парни не понимали, что для девочек это что-то вроде игры, и через время, когда им наскучит, они просто уйдут к следующим жертвам. Но если честно, я часто замечала, что Лили всегда мельком смотрит на того, кого пытается привлечь к себе, будто пытается понять, слушают её или нет. А Аня всегда так громко смеется, словно тоже боится быть незамеченной.

– Боже, только позорят наш класс и всё! Когда они уже повзрослеют? – Дашу это бесило ещё больше меня. Мы с ней пытались не обращать внимания на них, но когда они смеются на всю школу так, что даже учителя поворачиваются посмотреть, кто это. Не очень-то и получается игнорировать.

– Даш, они позорят себя больше, чем нас. Да и мне их жалко, смотри, как они пытаются завладеть чьим-то вниманием. Так что давай просто не будем обращать внимания или хотя бы постараемся это сделать? – она лишь слабо кивнула, и я, приложив немного сил, увела её оттуда, начиная рассказ про картину, которую я сегодня нарисовала. Но пока пыталась увести Дашу, сама чуть было не загляделась на выходивших из класса Санчесов, которые ещё не до конца поняли намерения девочек и спокойно подошли к окну, ловко запрыгнув на подоконник и о чём-то беседуя. Заставил отвести меня от них взгляд только Ким, который как раз посмотрел в нашу сторону. Я ускорила шаг и направилась к кабинету, теперь уже думая не об одноклассницах и картинах, а об учениках по обмену и этом случае.

Вокруг все смотрели на меня с насмешкой. Для них я была чем-то вроде игрушки, которую можно обидеть, обозвать или даже напугать, напомнив о том вечере. От этого было ещё больнее. Раньте школа всегда была для меня местом комфорта. А теперь это лишь место опасения и унижения со стороны  детей.

Как то раз папа опаздывал за мной, и мы договорились с ним встретиться возле супермаркета, который находился через пешеходный переход. Так вот парни из моего класса воспользовались этим и последовали за мной…

Тот вечер

Выхожу из школы в хорошем настроении. В понедельник школы не будет работать, потому что к нам приезжают какие-то олимпиадники. А это значит, что нас ожидают целых дни дня выходных. Можно будет сходить с Дашей в кино или парк, если, конечно, мама отпустит. Наверное, надо будет убраться дома и тогда точно разрешат. Сейчас как раз показывают какую-то комедию про лето. Должно  понравиться нам. Только возьмём отдельные места. Не хочу сидеть рядом с людьми.

Уже захожу на парковку, но папы нигде нет. Он обещал приехать с минуты на минуту. Может быть что-то случилось? Только подумав же этом, слышу телефонный звонок:

– Алё, дочь. Я задержался на работе. Или к магазину через дорогу. Сейчас я туда подъеду и мы сразу поедем.

– Хорошо, сейчас подойду. Жди у входа.

– Жду. Не торопись. Я только выехал.

Выключаю звонок, а у самой ноги чувствуют, будто тысячи копаний иголкой. По горлу прошёлся тяжёлый больной ком. Иду к пешеходу. На каждый шорох оборачиваюсь и подскакиваю. Звук машины кажется мне приближающейся опасностью. А любой голос человека напоминал тот голос. Он будто звал меня. Манил к себе.  Только подойдя к дороге я смогла немного выдохнуть и успокоиться. Казалось, что всё, теперь только она и я у папы в машине.

Вдруг послышались чьи-то шаги и смех. Уже стемнело и я не полностью видела, кто приближается ко мне. Только в постоянно моргающем свете прыгал, что это двое парней в масках. Они приблизительно моего возраста. Это понятно по их походке и поведению. Но гораздо сильнее меня. Хорошая у них была физическая форма. Парни подходили всё ближе, когда начали смеяться и что-то говорить друг другу. А потом их внимание переключилось на меня:

– Эй, девчонка! Погоди! – кричал один.

– Да, да! Эй! Куда ты бежишь? Нас подожди. Мы компания хорошая. – ухмыльнувшись, сказал второй и ускорил шаг.

Сердце заскрипело, как какое-то старое изобретение. Хотела уже убежать, но эти мальчики уже стояли рядом и улыбались. Их маски собрались, где обычно были бы уголки губ при улыбке. Они держали меня за руки и рюкзак. Я смотрела то на одного, то на второго. Глаза были знакомы, но не было понятно чьи они. Хотела убежать, но меня вернули на место.

– И куда же ты? Страшно маленькой мышке? Крыса. – Заязвил парень, крепче сжав мою руку. – Мы ещё тебя не отпускали.

– Отпустите меня, пожалуйста. Больно. Очень больно. – Зажмурившись, я просто заплакала. Начала выдергивать руки, но попытки были четны. Через минуту я уже была в истерике, когда парни отводили меня к скамейке.

Только посадив меня, они быстро сняли маски. И какого было моё удивление и облегчение, когда я увидела своих одноклассников. Мальчики опустили взгляд вниз и винили себя за произошедшее. Один из них достал воду и открыв, сунул мне. Пить не Хок лось. Просто не могла сделать глоток. Я просто смотрела на одноклассников и плакала.

– Прости, прости, Лия! Мы не знали, что ты так доишься. Мы думали, ты просто врешь!

– Да, да. Прости, пожалуйста! – парень замялся. Схватил меня за руку и тут же осекся. – Прости. Наверняка, так ещё страшнее. Давай мы доведем тебя до твоего папы?

– Надо. Надо. Пошли. Мы слышали, что он тебя возле магазина ждет. – Одноклассник опустил глаза. – Да, мы прослушали и проследили за тобой. – Будто почувствовав мои вопросы ответил он.

– Хорошо. Пошлите. – Я пошатнувшись встала и направилась к пешеходному переходу. Парни шли рядом и боялись случайно напугать. Только увидев моего отца, они ещё раз извинились и ушли. А я молча поплелась в машину. Папе не захотелось говорить про всё это. Будет скандал. Я не хочу этого. Пусть просто будет так. Они получили свой урок.

Наши дни:

Мы уже сидели за партой и обсуждали учеников по обмену, как в класс зашли Одан и Ким, а за ними какие-то обиженные Аня и Лили. Похоже, братья их отвергли, и чему были очень довольны. Поняли мы это по тому, как они самодовольно сели за нами и начали обсуждать этих леди не самым приятным словом, а потом зачем-то одернули нас.

– Лия, – шёпотом звал меня Ким, который уж очень хотел про что-то узнать. Он даже немного толкнул меня в плечо, дабы я обратила на него внимание. Но тут же убрал руку. Моя спина резко выгнулась от прикосновения.

– Что? – сорвался мой хриплый от неожиданности голос. Я не очень -то любила, когда незнакомые люди касались меня. Конечно, это было не всегда, но после того вечера всё изменилось,  и новые люди – это некоторая опасность для меня. На самые обычные вопросы незнакомым людям я могла ответить грубо, и они больше не подходили ко мне, думая, что я грубиянка или не в себе.

– А, вот эти две девушки всегда так себя ведут, или мы какие-то невезучие? – оглянулась, чтобы увидеть его лицо, но лучше бы этого не делала. В одно время он был настолько самодовольным, но в то же время и очень шокированным. Видимо, Ким никогда не видел таких настырных девушек.

– Не всегда, но очень часто. Лучше просто не обращать внимания, и рано или поздно они  отстанут от вас, – заверив их, я снова повернулась к себе за парту, и мы с Дашей продолжили разговор, пока урок не начался и учитель не зашёл в класс, начав объяснять новую тему про какую-то историю во времена, когда всё только зарождалось. Хотя мы и проходили эту тему ранее, нас просто уверяли, что узнаем много нового и интересного. Но, конечно же, этого не случилось, и весь класс чуть ли не уснул под нудную диктовку из учебника. Занимали мы с ребятами себя, как только могли, и когда этот долгий и нудный урок закончился, все одноклассники выдохнули. И быстро собрав вещи, выбежали из класса, направляясь прямо  в столовую, чтобы успеть встать в очередь одними из первых. А мы с Дашей никогда не торопились так, как перемена длилась пятнадцать минут, и мы бы успели поесть в любом случае. Осторожно сложив все вещи, мы вышли из класса, всё так же обсуждая всё и всех вокруг. Когда мы уже зашли в столовую, купили себе обед и сели за стол возле окна, к нам подошли Одан и Ким, которые выглядели немного уставшими. Видимо, наши одноклассницы так сильно их замучили.

– Господи, спасите нас, пожалуйста! Ваши одноклассницы уже достали нас. От них вообще не скрыться, что ли? – Ким стоял, оперевшись на рядом стоящий столб, и тяжело дышал. – Мы всю перемену пытаемся от них скрыться, но они вновь и вновь находят нас. – Как только он успел это сказать, в столовую вошли Аня и Лили… Улыбаясь, они подходили всё ближе к нам. – Ну вот опять… Куда нам спрятаться? – Я лишь пожала плечами и со смехом отвернулась, а Санчесы убежали, будто испарились. Девочки даже не успели понять, куда они делись, а потому просто пошли искать их в коридоре, глазами перебегая от одной компании парней к другой.

– Смешные они, конечно, – смеялась Даша, доедая свою булку и запивая её чаем.

– А мне их даже жалко. Нет, ну ты только представь… весь день прятаться от кого-то, но вас всё равно находят. Бедолаги под конец дня просто вымотаются. – Мне и вправду было их жаль, но, конечно, не от всего сердца, ведь с другой стороны, им должно быть приятно такое внимание со стороны девчонок. Ну, по  крайней мере, мне так кажется. Ведь с их поведением, когда они только зашли в класс, я бы на них совсем бы не обратила никакого должного внимания. – Ну ладно, пошли на уроки, а потом наконец домой и выходные. Кстати, может быть, даже сходим погулять куда-нибудь вместе? Как думаешь? Например, можно в парк или в кинотеатр, там сейчас показывают очень интересную комедию.

– Ага, хорошая идея, я всегда только за. Потом обсудим, а пока что пошли скорей на урок, а то химичка нас прибьёт,  и будет в конце года на два ученика меньше, и про прогулку можно даже не думать.

– Что правда, то правда, побежали скорей!

Следующие уроки прошли более или  менее быстро. Теперь на переменах нашим любимым с подругой занятием было смотреть, как Аня и Лили бегают за братьями, а те пытались спрятаться от девочек подальше и готовы были спрятаться даже в кабинетах у директора и завуча, лишь бы их не нашли. Выглядели девчонки очень смешно, и даже мне стало их как-то  жалко, ведь Киму и Одану до них не было никакого дела. Они смотрели на них ещё хуже, чем на всех остальных вокруг, хотя и мы все были для них какими-то изгоями.

И вот когда я уже радовалась, что наконец настал последний урок и я больше не увижу этих наглых Санчесов целых два дня до понедельника, моё ликование прервал директор, тем самым каким-то  образом, будто замедлив время своей речью. Несколько минут его разговора с кем-то из учеников по обмену  казались, занимали около часа, не меньше, но это были лишь мои ощущения.  На самом деле прошло всего-то три минуты. Но позже его внимание переключилось на нас, и все сразу же замолчали, а он сам облокотился на стол рукой, протёр свои очки уже очень пострадавшей от долгого использования тряпочкой и, посмотрев сначала на часы, а затем на нас, начал:

– Ребята, я чуть не забыл объявить, куда ученики по обмену  распределены на время учебы в нашей школе. – Ученики по обмену, да и мы очень напряглись, ведь, как я поняла, моим одноклассникам родители об этом не рассказали. Некоторые из нас даже переглянулись. А Виктор Николаевич достал какой-то листок и, немного обдумав, начал читать. – Рейчел будет жить в семье Лили, а Милу взяла семья Мии. А вот Одан и Ким Санчес будут жить у… – Парни напряглись. Им совершенно не хотелось жить , например, у той же Ани или Лили, но  в то же время были спокойны, ведь будут жить вместе, а значит,  всё будет не так плохо. Тут директор наконец смог разглядеть имя и продолжил. – У Лии Миллер. – Дальше я пропускала через слух половину всего, что говорил директор, просто провалившись в свои мысли. В горле пересохло. Даже не получалось сглотнуть, чтобы хоть немного облегчить эту неприятную тяжесть. К шее пришёл холодок, который обволакивал всё тело. Совсем погрузившись куда-то в глубь себя, услышала лишь его последнее предложение. – Ребята, напоминаю, что ученики по обмену расселены с согласия ваших родителей. Единственное, они не знали, кто именно приедет и будет жить у вас. – Почему же родители тогда не сказали мне про это? А может, они просто забыли? – Всё, теперь точно всю информацию передал… До свидания! Хорошо вам отдохнуть на выходных! – Директор удалился из класса, с хлопком закрыв дверь, а все одноклассники и ученики по обмену сразу же начали обсуждать последние новости, даже не пытаясь вытерпеть до конца урока.

– Так, тише! Тише! Что за крик поднялся? Сейчас же все успокойтесь! – крикиучителя сработали, и все моментально успокоились. – Молодцы, а теперь продолжим урок. Лия, выходи к доске. - Я была погружена в раздумья по поводу Кима и Одана, поэтому не услышала, что меня вызвали отвечать. Не знаю, сколько прошло времени, пока Даша не толкнула меня в бок, и я не подскочила от неожиданности, но быстро пришла в себя, чтобы понять, что произошло.

– Лия, иди к доске, тебя вызвали, – шёпотом повторила она. Я будто на крыльях встала со стула и быстро подошла к учителю, понимая, что сейчас вряд ли смогу что-то вообще решить. Мозг думает совершенно о другом, руки и ноги были ватными, разум – туманным. Уверена, что я даже имя своё сейчас легко не вспомню.

– Реши вот это уравнение, – он написал на доске длиннющее уравнение, а сам поправил очки и встал так, чтобы видеть и меня, и всех одноклассников. Поэтому при всём желании ни Даша, ни кто-либо другой помочь мне не смог бы. Нам часто говорили решать такие задания, чтобы мы подготовились к экзаменам и развивали свои знания, но я не очень хорошо  разбиралась в них. Они давались мне очень тяжело, хотя я и училась на отлично. Но всегда каким-то образом получалось не решать вот это.. В этот раз я тоже была спасена звонком с урока! Господи, спасибо! Фу-у-ух… – Ладно, можешь не решать, но на следующем уроке я обязательно спрошу тебя первой, и это же уравнение. – Сегодня пятница, а дальше выходные, он точно забудет про меня, ну я очень надеюсь на это. А лучше, на всякий случай, решу уравнение дома и уже приду с готовой шпаргалкой. Решу всё на отлично, и будет мне счастье.

После урока я сразу позвонила папе, чтобы узнать, приехал ли он к школе. Забирал он меня каждый вечер, чтобы я не шла домой одна. После того случая родители боялись, что это случится вновь. Им не хотелось, чтобы я пережила это ещё раз. Им казалось, что если это повторится, то я уже не смогу пережить этого и могу что-то сделать с собой, но, конечно же,  они очень сильно преувеличивали.  Я бы никогда так не сделала, максимум бы, что хотела бы сделать, так это перевелась бы на домашнее обучение и не выходила бы из дома. Но они всё равно старались, чтобы меня больше ничего не пугало и не тревожило, чтобы мои страхи не возобновлялись. Но, честно, и я больше не хотела, чтобы я сама шла так поздно вечером. Ведь он  на свободе, тот, кто застал меня тем вечером, свободно ходит по улицам, иногда мне кажется, будто он следит за мной. К сожалению, его отец слишком влиятельный и смог договориться о свободе сына.

– Алё, пап, ты приехал уже? – я была немного зла на родителей из-за того, что они мне ничего не сказали про учеников, но и не хотела их обижать, ведь они многое сделали для меня. Поэтому решила с ними не ругаться и просто промолчать, начну разговор про это, если они сами этого захотят. Но как бы я ни старалась сделать голос мягче, этого не получилось, и мне казалось, что папа уже всё понял.

– Конечно, я стою прямо возле входа во двор школы, – папа задумался. – И-и мы тебе забыли сказать, что у нас будет жить ученик по обмену, прости, – голос его был, вправду, очень и очень виноватым, мне даже стало его жаль, хотя я ещё и ничего ему не сказала, хотя очень это хотела.

– Я уже знаю про это. Только у нас будут жить двое братьев, а не один ученик, – я всё ещё пыталась быть спокойной, но это было всё сложнее. Они все знали, но ПРОСТО ЗАБЫЛИ СКАЗАТЬ МНЕ! Супер! Теперь я точно чувствую себя в безопасности, особенно зная про Аню и Лили, которые, не дай бог, придут к нам и будут ждать братьев под окнами. Тогда-то я уж смогу спать спокойно и вообще не будет чувства небезопасности!

После урока я сразу позвонила папе, чтобы узнать, приехал ли он к школе. Забирал он меня каждый вечер, чтобы я не шла домой вечером одна. После того случая родители боялись, что это случится вновь. Им не хотелось, чтобы я пережила это ещё раз. Им казалось, что если это повторится, то я уже не смогу пережить этого и могу что-то сделать с собой, но конечно же они очень сильно преувеличивали.  Я бы никогда так не сделала, максимум бы, что хотела бы сделать, так это перевелась бы на домашнее обучение и не выходила бы из дома. Но они всё равно старались, чтобы меня больше нечего не пугало и не тревожило, чтобы мои страхи не возобновлялись. Но честно и я больше не хотела, чтобы я сама шла так поздно вечером. Ведь он  на свободе, тот кто застал меня тем вечером, свободно ходит по улицам, иногда мне кажется, будто он следит за мной. К сожалению его отец слишком влиятельный и смог договориться о свободе сына.

– Алё, пап, ты приехал уже? – я была немного зла на родителей из-за того, что они мне нечего не сказали про учеников, но и не хотела их обижать, ведь они многое сделали для меня. Поэтому решила с ними не ругаться и просто промолчать, начну разговор про это, если они сами этого захотят. Но как бы я ни старалась сделать голос мягче, этого не получилось и мне казалось, что папа уже все понял.

– Конечно, я стою прямо возле входа в двор школы, – Папа задумался. – И-и мы тебе забыли сказать, что у нас будет жить ученик по обмену, прости, – голос его был и вправду очень и очень виноватым, мне даже стало его жаль, хотя я еще и нечего ему не сказала, хотя очень это хотела.

– Я уже знаю про это. Только у нас будут жить двое братьев, а не один ученик, – я все ещё пыталась быть спокойной, но это было все сложнее. Они все знали, но ПРОСТО ЗАБЫЛИ СКАЗАТЬ МНЕ! Супер! Теперь я точно чувствую себя в безопасности, особенно зная про Аню и Лили, которые не дай бог придут к нам и будут ждать братьев под окнами. Тогда-то я уж смогу спать спокойно и вообще не будет чувства не безопасности!

– Это мы знаем, нас с мамой предупредили час назад об этом. Можешь их позвать с собой, чтобы мы подвезли их до нашего дома? А то город же им еще не знакомый, вдруг потеряются, а нам за это теперь отвечать. – Ладно, буду хотя бы надеяться, что они будут жить на нашем чердаке, а не на втором этаже в соседней комнате, которая пустовала. Конечно, мало вероятно, что моя мечта исполнится, но мечтать же не вредно.

– Хорошо, я сейчас же их найду, и мы придем. Подожди пару минут, – сейчас я решила отступить, но маму я выведу на чистую воду. Не могли они забыть, уж очень переживают за меня, а это было бы просто недопустимо для них.

– Жду, только сильно не задерживайтесь. Мама начнет переживать, если мы задержимся.

Я положила трубку и лёгким движением руки скинула все вещи в рюкзак, а потом  пошла искать братьев Санчес.

– Подруга, если что, звони, я всегда буду на связи. Нужна будет помощь хоть ночью, хоть днём, помни, я на связи. Слышишь меня? – после моего короткого кивка Даша обняла меня. – Вот и хорошо, тогда я побегу, нужно маме помочь дома. Пока!

– Пока, Даш, – подруга ещё раз улыбнулась мне, затем быстрым шагом направилась к лестнице, надевая кофту.  Я же, оставшись одна, осмотрела весь коридор и наконец увидела, как Ким и Одан о чем-то разговаривают с директором. А рядом с ними крутились все те же Лили и Аня, которые прямо выжидали момента, когда Санчесы и Виктор Николаевич закончат, и можно будет проникнуть за братьями. Незамедлительно решаю подойти к ним первой и привлечь внимание директора.

– Лия, вот и ты. Надеюсь, ты проводишь наших гостей до вашего дома, – почему-то он выглядел, как никогда, радостным, будто этот обмен учениками изменит его жизнь в лучшую сторону, или он получит миллион и переедет в Дубай, но точно не меньше этого.

– Конечно, я как раз искала их, чтобы мы довезли их до дома, – я повернулась к Одану и Киму. – Пойдемте. До свидания! – Посмотрев на Виктора Николаевича и получив его легкий кивок, мы направились к выходу из школы, стараясь не наткнуться на одноклассниц, которые, увидев меня, пошли вниз, перешептываясь, но я услышала, что они хотели сейчас где-нибудь застать Санчесов врасплох. Во время того, как мы выходили из школы, браться говорили между собой и совсем не обращали на меня внимания. Когда же мы наконец были возле выхода, Ким открыл мне дверь, а затем вышли и они сами. Ну, хоть есть манеры, и этому я очень рада, ведь если бы они еще и вели себя, как половина нашего класса, я бы точно выгнала их на чердак, и мне было бы все равно на возмущение родителей, ну и, конечно же, их семьи, когда они бы узнали об этом. – Вот, та машина наша, – я указывала на папину машину, которая была почти не видна из-за того, что сливалась с цветом здания неподалёку, а затем медленно направилась в ней. Пытаясь разглядеть отца в машине.

– Тебя всегда забирают на машине, или это только из-за нас? – с недоумением посмотрел на меня Одан, требуя ответа.

– Всегда, ему совсем не сложно, а мне приятно, – я немного улыбнулась и рефлекторно посмотрела назад, чтобы убедиться, что там никто не идёт за нами. После того вечера мне всегда кажется, что за нами кто-то следит. От этого почти всегда по моей спине проходит холодок, а глаза начинают бегать, пытаясь найти защиту. Вот и сейчас это произошло, и Одан заметил мой испуг.

– Что-то случилось? Почему ты так оглядываешься? – он немного изменился в голосе, будто переживал за меня… Да, нет, быть такого не может! Мы знакомы всего-то один день, с чего бы ему переживать за меня? Мне просто показалось, вот и всё. Просто поинтересовался из-за вежливости.

– Нет, всё нормально. Просто показалось, что кто-то есть сзади, – я попыталась убедить Санчесов, что я просто так посмотрела назад. Но если Ким поверил, то Одан смотрел на меня так, будто пытался взглядом вывести меня на чистую воду, и в его взгляде всё ещё читалось волнение.

– Понятно… – я выдохнула. Но вскоре Одан снова смотрел на меня: то очень уверенно, почти не отводя глаз, то будто бы боялся спугнуть меня. И так было, пока мы не дошли до машины. Я быстро села на переднее сиденье, поцеловала папу в щёку, ведь это уже  вошло в нашу привычку, а затем уткнулась в телефон, чтобы немного перевести дух от взглядов этого парня.

– Всё хорошо, дочь? – папа явно видел, что мне некомфортно, и, видимо, пытался ненавязчиво узнать, что же всё-таки случилось. Но я не показывала виду и просто натягивала улыбку, насколько это вообще было возможно.

– Да, всё нормально, – голос у меня был спокойным, и движения тоже,  Ничто не могло меня выдать, и этому я была очень рада.  Разве только то, что я сразу же уткнулась в телефон, хотя раньше так не делала. Но, только подумав об этом, сразу же медленно выключила его и убирала в сумку, как и сделала бы обычно. Тут уже на задние сиденья с шумом плюхнулись Одан и Ким.

– Здравствуйте, мистер Миллер, – с уважением сказал Одан и улыбался так, будто мой папа – это его родной человек, которого он не видел несколько лет, но очень скучал.

– Здравствуй, давайте без этого. Меня зовут Майк, обращайтесь ко мне по имени, – папа сразу же улыбнулся, и братья как-то оживились, что ли. Они расслабились и были более спокойными.

– Хорошо… Майк, – сразу же подловил Ким, и от этого атмосфера в машине стала какой-то  живой. Но было видно: он был в недоумении, натренированная привычка называть всех по фамилии рухнула. Перед тем как сказать имя, он запнулся, и его голос дрогнул.