часть 30
внутри — словно что-то оборвалось.
⸻
Она осталась одна.
Среди бумаг. Отчётов. И мыслей, которые больше нельзя было заглушить работой.
Руки дрожали.
Она медленно опустилась на стул.
— Я же... — тихо прошептала она. — Я же пыталась...
Но попыток оказалось недостаточно.
И теперь между ними было не только прошлое.
Но и трещина, которую она сама создала.
И впервые за всё время стало по-настоящему страшно.
Потому что в этот раз он не остановился.
Ночь тянулась слишком долго.
Офис давно опустел, и в тишине слышался только ровный гул кондиционера да редкие щелчки старых ламп под потолком.
В её кабинете свет горел один — бледный, почти больничный, он ложился на столы, стопки бумаг и край кружки с давно остывшим кофе.
Она сидела неподвижно, уставившись в экран. Курсор мигал где-то в пустоте, строки отчёта расплывались перед глазами, но она не видела ни цифр, ни букв. Только его.
Его взгляд.
Его голос.
Его «в этот раз я не буду догонять».
И именно это ранило сильнее всего.
Потому что впервые он действительно ушёл.
Без попытки остановить её.
Без второго шанса.
Без привычного шага вслед.
Она медленно закрыла ноутбук. Пластик тихо щёлкнул, и этот звук показался слишком громким в пустом помещении.
Тишина сразу стала плотнее, тяжелее, будто стены приблизились на шаг.
— Хватит... — прошептала она.
Себе.
Своим страхам.
Своей привычке убегать.
Она резко поднялась, и стул тихо скрипнул по полу. Сердце билось слишком быстро, почти болезненно, ладони стали влажными. Но в этот раз она не остановилась.
────────
Коридоры были почти пустыми.
Лишь тусклые полосы света тянулись по ковровой дорожке, а за стеклянными перегородками отражалась её фигура — тонкая, напряжённая, будто готовая в любой момент развернуться и сбежать. Но она шла дальше.
Её шаги звучали громко. Слишком громко для ночи. Каждый удар каблука отдавался в груди, как напоминание: назад пути уже нет.
Она остановилась у его двери.
Секунда.
Потом ещё одна.
Рука зависла в воздухе, пальцы дрогнули. Она сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле.
— Если сейчас уйдёшь... — тихо сказала она себе, почти не слыша собственного голоса. — Всё закончится.
Она постучала.
Ответа не было.
Сердце сжалось так резко, что ей пришлось сделать короткий вдох. Она приоткрыла дверь, и в щель сразу потянуло прохладой из кабинета, запахом бумаги, дерева и едва уловимого кофе.
Пэйтон был внутри.
Сидел за столом, но явно не работал. Перед ним лежали документы, однако взгляд был не на них — он смотрел в пустоту, будто тоже застрял где-то между мыслями и тем, что не успел сказать.
Он поднял взгляд.
И замер.
— т/и?.. — выдохнул он, и в этом коротком слове было больше, чем в длинной речи.