В ритме общего, что нас связывает

1979 Los Angeles, CA, USA

Октябрь шелестел желтыми красками, хмурыми дождями и слякотью. Джозеф Джексон только и ухмылялся на сына и постоянно диктовал себе под нос полученные цифры. Теперь его нерв остыл, у них появились деньги, много денег.

Муз. компания через какое-то время помогла снять клип на песню "Don't Stop Till You Get Enough" и получила ещё одну прибыль. Одним солнечным утром Майклу позвонили из Epic, чтобы известить:

— Мистер Джексон, нам поступила оплата за ваш клип, сможете подъехать забрать?

Майкл смущённо почесал затылок. Чаще всего теперь разговоры в семье за обедом и ужином стала тема денег и юноше приходилось дискомфортно. Как будто вина скребла в глубине.

— Конечно, спасибо, сегодня к вечеру буду у вас.

Как и договаривались Билл с подопечным примчали к обширному офису, и неподалёку разнеслись фанатские крики. Билл тут же понёсся обратно, чтобы припарковать машину в более безопасное место, а Майкл рванул в офис, обнявший духотой и дёрганьем бумаг.

— Ну, мистер Джексон, вы просто не перестаёте удивлять, — сотрудник пересчитывал зелёные купюры с самодовольным выражением лица, — вот, держите, теперь можете с ними делать всё что захотите!

Майкл аккуратно взял пачку и, сердце заколотилось:

"Всё что захочу..."

На Вайнленд-авеню виднелся маленький коттедж, ухоженный, но не переставающий заполняться жёлтыми листьями. Майкл выскочил из седана, кивнул Биллу и направился к извилистым воротам. Внутри участка оказалось ещё красивее, сразу чувствовались женские руки. Но не успев что-либо предпринять, заметил в окне девушку: брови сведены к переносице, а губки надуты.

Майкл не выдержал и тихо рассмеялся, от чего лицо заныло от боли. Эти короткие встречи приносили много хороших эмоций.

Паула подняла океанский взгляд и заметила Джексона с кепкой на голове, в солнцезащитных очках и... марлевую повязку на носу? Пола тут же очутилась у ворот, ботинки мягко и громко звенели об мокрый асфальт.

— Майкл? Привет... — её зрачки стали больше, а волосы колыхались от ветра.

— Привет, я не помешал?

— Нет, нет! Проходи.

Это был первый раз, когда он был у неё в гостях. Так неожиданно, что неловкость пробиралась под рукава. В доме пахло жвачками и химией для мытья посуды. Майкл огляделся и, щёки начали покрываться красными пятнами. Здесь было так чисто, уютно, спокойно...

Паула прикрыла входную дверь и тут же очутилась напротив юноши, так близко... Майкл слегка отшатнулся назад.

— Майкл... а, это... — она кивнула на марлю, — что это?

— Да, Пол, я... решил изменить себя. — парень снял очки, а затем принялся медленно развязывать бинт с лица от чего тихо зашипел и, Пола незамедлительно положила ладони ему на плечи, хотя она ничего не могла бы сделать.

Джексон выпрямился, Паула отняла руки и рассматривала новый нос друга.

— Тебе... знаешь, очень даже аккуратненько смотрится. — теперь горели её щёки. Майкл смотрел на подругу в ответ:

— Правда? — словно камень с души упал.

— Только, почему именно нос?

Майкл тяжело выдохнул, опуская глаза и рассказал про унижения отца по поводу его внешности. Какое же ужасное чувство разрасталось внутри от этих воспоминаний. Паула нахмурила бровки и прикоснулась пальчиками до его подбородка, чтобы оглядеть работу врачей со всех сторон, отчего Майкл почувствовал прошедший ток по всему телу.

— Майкл, прости, но твой отец переходит все границы... Он уже видел?

Майкл отрицательно покачал головой:

— Сразу хотел после тебя... показать ему.

В его карих глазах виднелась тревога, казалось он еле сдерживается, чтобы не забиться в угол. Пола склонила голову, продолжая вглядываться в него:

"Как я могу тебе помочь..?"

— Прости, я тебе натоптал наверное. — он тихо усмехнулся и, ресницы его плавно дрогнули.

— Ну, Майкл, перестань! Это дело пять минут.

Так бы и простояли они вечность, говоря друг другу что-то из обычных вещей, но время тикает...

— Ладно, я, пойду. — он вновь намотал на себя марлю.

— Хорошо, — она нервно потёрла плечи, не хотелось, что бы он уходил, — подожди, — девушка глянула на друга и аккуратно поправила завёрнутый в обратную сторону бинт, — всё, теперь порядок.

Юноша кивнул, и вышел, а Паула осталась провожать его взглядом.

***

Естественно Джозеф был... сначала шокирован, потом всё равно не понимал. Ла Тойя всё ходила по пятам и выспрашивала: "а не больно было, там прям так, а может, мне тоже сделать? " и прочее. Братья, даже не заметили скорее всего. Кэтрин лишь помотала головой и мысленно обвиняла мужа.

Какое-то время Майкл мог стоять у зеркала и рассматривать результат. Крем хорошо смог выровнять оттенок кожи.

— Майкл, иди скорее сюда! — кричала мама нежным голосом из комнаты.

Юноша только-только вернулся из звукозаписи вместе с братьями. Джозеф решительно настоял на том, что Джексоны - это непоколебимая сила, и они должны записать альбом! Майкл поник от таких новостей, и снова он диктует свои правила.

Братишки уже давненько потеряли такой огромный интерес к музыке, им больше хотелось чего-нибудь экстремального. Отец хотел проверить, правда ли сынок так хорош, что альбом его довольно быстро все раскупают. Поэтому сегодня было много конфликтов, которые уже еле выносил продюсер и пытался настроить всех на работу. Джозеф нервно поглядывал на всех сразу. В моменте фразы от кого-нибудь да прилетало: "да это всё Майкл! Чего вы к нам пристали?!" Майкл сдерживался и выжимал из себя остатки сил при песне.

А ведь он только начал создавать себя самого и опять приходится действовать как все...

Парень с понурым видом снял мокрые ботинки, с них продолжали катиться круглые капельки дождя, повесил пальто и направился по зову. Братья энергично продолжали мозолить места в проходе и энергично переговариваться.

— Какой ты сегодня нарядный! — она оглядела рубашку и галстук сына, потом ласково погладила по спине. — Как всё прошло?

К комнате гудело какое-то танцевальное выступление. Майкл моргнул так, как обычно не хотят о чём-либо рассказывать. Кэтрин обернулась назад, где прошёл сгорбленный и бубнящий себе под нос Джозеф. Дверь кабинета грохнула закрываясь.

Майкл нервно сглотнул и протёр лоб, будто бы это помогло вытрясти из памяти всё произошедшее. Мама приобняла его за плечо:

— Майки, он уже сам не знает что хорошо, поверь...

— Слушайте, — раздался позади голос Марлона, облокотившийся на спинку кожаного дивана рядом с ними, — она мне напоминает ту красотку, ну которая ещё в ресторане ... выступала, такая с шляпкой, а и Майки её поймал! — парни рассмеялись.

Джексон повернул голову на экран, куда все тыкали пальцем. Зрачки расширились и уголки губ начали подниматься в незаметную улыбку. Показывали июньское выступление Паулы в малом театре.

"Наши операторы нашли запись с летнего выступления, где центр возглавляла Паула Хэндерсон! Юная звёздочка танцпола не перестаёт удивлять зрителей своей мощью!" — произносил диктор с мечтающими нотками в голосе.

— Во, она бы нас хорошо подготовила! — хихикнул Джеки и, все разошлись. Майкл встал следом.

Сон не появлялся и, юноша отправился в студию за особняком. Туфли ступали, пронося капельный звук по металлу. Вновь его территория, здесь он свой.

Майкл перечитывал свои записи на стене и тихо напевал, пока не вспомнил выступление Полы. Девушка притягательно исполняла с другими участниками заученный танец. И тогда он обернулся и быстро нажал на кнопку пульта от маленького телевизора сверху над аппаратурой.

"...сольный альбом Пола Маккартни набирает обороты! Вот послушайте, что говорят фанаты:...." — Майкл улыбнулся, видя в кадре знакомого Маккартни, помогавший ему с записью. Ладони упёрлись в стол, голова склонилась набок.

"Но также мы не перестаём дивиться таланту юной звёздочки танцпола, недавно наши операторы нашли запись с летнего выступления..." — говорил ведущий. Джексон поджал губы и, сверлил глазами мужчину, а тот словно совсем и не собирался уходить. Спустя несколько минут показали кусочек выступления, где другие участники отходят назад и центр полностью принадлежит Хэндерсон.

Она, словно кобра, извивается телом, ноги слушаются и подчиняются каждой команде. Щёлчок пальцами. Волосы в ритм разбрасываются по белым плечам девушки, а её глаза сверкают очень дерзкой искрой.

Майкл всё больше и больше расслабляется, всматриваясь в её профессиональные телодвижения. Сердце тепло ухало в груди, а руки перестали нести за собой напряжение. Карие глаза светились чем-то искренним:

"Girl, when you dance

There's a magic that must be love"

Юноша со счастливой улыбкой незамедлительно оторвал стик и стал писать эти строчки трясущимися руками, будто они могут испариться. И с колотящимся, от переизбытка эмоций, сердца прикрепил на самое видное место.

— Ты творишь чудеса. — нежно хихикнул Майкл, оборачиваясь снова на экран, где уже показывали всех участников.

На следующее утро юноша заправлял постель и тихо пел ночные строчки, пытаясь продолжить мысль дальше. Джанет в бодром расположении духа остановилась около комнаты брата и прислушалась к сладким ноткам.

— Что исполняешь?

Майкл вздрогнул и усмехнулся ей. Девушка прислонилась к косяку, выжидая ответа.

— Вчера пришло вдохновение, так внезапно, — он хихикнул, — я хочу посвятить её... одному человеку.

— М, а кому? — сестричка прищурила глазки. На самом деле девушка примерно догадывалась.

Майкл прошёл к ней и щёлкнул по носику:

— Много знать нельзя, состаришься быстро! — а затем хохоча спустился по лестнице, пока Джанет гналась за ним.

Работа продолжалась. В назначенное время они отправлялись в студию. Братья тихо ныли, но ничего не могли с этим поделать, Майклу тоже было несладко. Мысли всё возвращались к задумке, ему скорее хотелось придумать что-нибудь ещё.

По вечерам, но не всегда, удавалось позвонить Пауле и они общались, хотя этого времени обоим чертовски не хватало. Сейчас у них наступила та пора, когда у каждого появилась работа и, времени даже на банальные встречи не было. Пола репетировала новое выступление с молодой группой, где все ждут её в исполнении шикарной подтанцовки, а Майкл делился мучительными часами в записи семейного альбома.

— Я люблю свою семью, люблю, но... всегда что-то не так.

При любом удобном моменте парень пробирался за особняк и строки лились сами собой, хаотично, но потом они сложатся в целое. Джексон на это надеялся.

Перед сном он также просматривал тот самый журнал со снимками Паулы. За месяцы он слегка потёрся, уголки стали заминаться и корешок посветлел. Главное, что никак не испортились сами фотографии. И хранил юноша его под подушкой, чтобы ни Джеки или Тито, никто не смог с ним ничего сделать.

***

1980 Los Angeles, CA, USA

И так шёл год. Напряжение между сыновьями, особенно Майкла и отца могло вот-вот окончательно сорваться и всё полетело бы куда подальше. Словно канат оставил последнюю нить.

Однако, радость была. Майкл продолжал несмотря ни на что писать свои песни, пока никто не видел. В феврале его позвали Грэмми на вручение крупной награды за первый альбом. И Джексон не смог ни позвать с собой Полу. Девушка была счастлива его успеху.

— Благодарю, что мой труд был оценён по достоинству, для меня это, правда, очень приятно. Но, — его голос подрагивал от волнения, — этого бы, возможно никогда не случилось, если бы в меня не поверил один человек. Именно она развила во мне чувство свободы. — Джексон уверенно посмотрел в глаза подруге. Паула улыбнулась в ответ. — Только благодаря ей я смог раскрыть себя заново.

Зал начал перешёптываться, а после разразился аплодисментами.

Так же в это году Майкл смог дописать песню. Правда, никто ещё не знал, кому она посвящена, но Джексон решил позвонить Куинси и объявил:

— Я написал песню, и мне нужна твоя помощь примерно подхватить её звучание, когда я смогу к тебе подъехать?

Джонс прокашлялся в трубку и объяснил, что у него сделан очень большой заказ на несколько молодых исполнителей и неизвестно, когда они рассосутся, поэтому предложил "встать в очередь" или он сам позвонит. Джексон поник.

Через какое-то время Майкл принялся писать новую песню, но она шла со скрипом из-за вечного давления отца и его размышлений по поводу Джексонов. Награда сына не исчезала из памяти отца, что раздражало нерв.

И так, Майкл обратился к Epic может они смогут чем-то помочь, но сотрудники пытались мягко пояснить, что пока ничем не могут быть полезны.

Джозеф ухмылялся на неудачи Майкла, а в звукозаписи стервенел на всех когда братья что-то делали не так.

Между этими репетициями в выходные Майкл и Паула выкрадывали свободные минутки и встречались на своих любимых безлюдных местах. Душа парня трепетала и заполнялась хорошими воспоминаниями, задвигая тревогу подальше. Пола чувствовала себя также. Они не ощущали себя звёздами. Но иногда проскакивали странные мысли, на подобии как так получилось...

Молодые люди дорожили своим времяпрепровождением. Когда у кого-нибудь случались неприятности, они обязательно звонили друг другу и выкладывали, что беспокоило душу. За этими разговорами всплывали и другие подробности проблем. Тогда их связь крепла.

Стоял свежий и морозный март. Снега становилось меньше, но это не мешало продолжению пробок на светофорах, а также грязи на обочинах.

Джексон и Хэндерсон выбрались прогуляться. Благо слой куртки со штанами помогали скрыть свою личность и одному и второй. Лишь добавляли очков, а юноша ещё и кепку, пока они могли спокойно прогуливаться по улочкам и тихо переговариваться. Паула поделилась, что скоро у неё намечается выступление прямо в день рождение! Майкл округлил карие глаза, припуская очки:

— Прям так?

— А что поделать, работать надо! — и она задирала голову вверх, радуясь появившемуся солнцу.

Джексон рассматривал её пушистые реснички и гладкую кожу, щёки начали покрываться румянцем от холодного ветра и та запустила нос в шарф. Тогда у Майкла стали пробегать в голове строчки новой песни. Всё было бы нормально, но Джексон поскользнулся на ровном месте: да, лёд преследует даже на тротуаре. Ребята расхохотались, но Пола успела удержать его. Они вцепились в рукава курток друг другу и их контрастные глаза вновь встретились. Жар прошёл по телу, привлекая румянец.

***

Март яснел и расцветал, до того момента пока снег не шёл вновь своими неоднообразными хлопьями.

Майкла волновало, что он не может сейчас поведать Куинси потрясающую идею, безусловно, но больше тревожило, что Пола будет работать в день рождения, которое не успеет даже, скорее всего, отметить. Джексон размышлял как её хоть чуточку обрадовать в собственный день...

Встречи становились реже, молодые люди понимали друг друга. Теперь Паулу в доме практически не было видно, Хоуп сопровождал её всегда на встречи с самого утра до позднего вечера к молодым музыкантам. Эти птенчики тряслись и путались в своих же песнях, пока Пола танцевала, уже прошло время, а они до сих не могут смириться с этим.

Паула стала плохо спать, постоянно на подкорке скребли мысли о выступлении и что не очень гладко у них получается. Это были первые молодые солисты, которые дёргались за всё.

С горем пополам наступило 19 марта. День, который ждала некоторая часть ЛА: поклонники есть всегда. Этот день был пасмурным, снега почти не было, только скрипучая слякоть под ногами. За день до, девушка предупредила по звонку Кэрри, что будет выступать, отчего женщина вновь радовалась.

Малый театр к вечеру стал больше от столпотворения около дверей. Все шушукались, вскидывали билеты, спорили. Торжественно открылись двери и люди с грохотом и хлюпаньем ворвались в помещение. Паула сидела в гримёрной с парнем-гитаристом и непринуждённо беседовали, пока тот не услышал людей в зале и не побледнел.

Стрелка придвинулась ко времени. Птенчики нервно оглядывались друг на друга и, когда объявили творцов, занавес раскрылся, показывая их. Теперь их лица пытались изобразить радость. Тревога накалялась.

Паула выполнила свою твёрдую работу. Группа через какое-то время тоже подстроилась и, напряжения как будто и не было за все эти месяцы. Зрители были в восторге, по их овациям и свисту, от танца Хэндерсон. Так же примчало MTV, чтобы запечатлеть одну из самых популярных песен группы и подтанцовку девушки в ней. По окончанию все поклонились и вбежали в прохладную гримёрную. Все перешёптывались и благодарили Полу за этот вечер. Теперь каждый расходился сам. Отдельный костюмер помог переодеться и, Хоуп с Хэндерсон направились к заднему выходу...

Асфальт хлюпал под ногами, стемнело. Магазины только начинали искриться неоновыми вывесками. Не успев подойти к машине, как из-за угла вынеслись зрители и стали продолжать хлопать девушке:

— Паула Хэндерсон крутая! — прокричал из толпы подросток, подпрыгивая. Пола покрылась румянцем.

Начала много раз слать всем воздушный поцелуй, и люди уже смутились сами, начиная расходиться, но все равно могли слышаться овации и сладкие слова.

— Смотри туда! — наконец окликнул её Хоуп.

Девушка проследила за его кивком головы в правую сторону от автомобиля, к которому сзади припарковался золотой седан, очень знакомый. С переднего сидения выскочил юноша, в раскрытом пальто, под которым скрывался официальный костюм. Очки тёмные, ничего не видно, мелкие кудряшки слегка поднимаются на ветру. Это был Майкл с букетом бело-розовых лилий в руках.

Молодые люди побежали навстречу друг другу и крепко обнялись:

— Майкл! — она прижималась к другу, чувствуя на языке его парфюм.

— Приветик! — они отстранились. — Прости, я не мог тебя вот так оставить в этот праздник, с днём рождения! Продолжай цвести так же ярко, как они!

Лилии пахли так волшебно и непредсказуемо, словно они выращены специально и сию минуту. Она прикрыла глаза, вдыхая их нектар. Ещё он протянул перламутровый подарочный пакет, их пальцы еле соприкоснулись. Холод и жар. Он мягко рассмеялся и этот смех отдавался в висках. В уголках его карих глаз прояснились счастливые лучики.

— Спасибо... — почти прошептала та. — спасибо, что не забыл.

По возвращению домой Паула распаковала квадратный конверт, который первым делом заметила в пакете. Лилии незамедлительно стали разносить сладкий и манящий запах по дому, стоя в вазочке. Её самые любимые цветы...

Девушка потянула аккуратно, боясь испортить, красную ленточку на конверте, а затем раскрыла упаковку. Её выражение лица надо было видеть: рот приоткрылся в изумлении, и казалось все органы чувств замерли, на глазах начала появляться пелена слёз. В руках она держала тот самый альбом Майкла: Off the Wall. Девушка неоднократно делилась, что никак не может его купить, а очень хочет. Пола запрыгала по коридору, как маленький ребёнок, с радостными визгами. Жидкость брызнула из глаз и осадилась капельками на ресничках. Она крепче прижала к себе пластинку:

— Майкл, что ты творишь... — Хэндерсон посмотрела на изображение молодого человека на обложке и улыбнулась.

В пакете также оказался набор шоколадных конфет в виде бутонов и записка-раскладушка:

"Для музы, для той, которая поверила в меня и просто для самой дорогой подруги на свете! С днём рождения!"

Пола присела на стул в кухне и закрыла глаза, слёзы стукнули о брюки, образовывая тёмные отпечатки:

— Спасибо тебе за всё...