В ритме общего, что нас связывает

1979 Los Angeles, CA, USA

Репетиция шли день за днём. Майкл стал намного увереннее чувствовать танец(это был уже не тот мальчик из семейного ансамбля, где руководство шло от отца) и, мог спокойно импровизировать дальнейшие действия, что очень радовало Паулу, значит не зря был проделан путь. Юноша отталкивался от крупиц и создавал нового себя.

Паула подсказывала много фишек, которые можно будет использовать дальше и, Майклу нравилось её слушать. Парень проникался разговором, что, кажется если спросить, то он перескажет от слова в слово тут же сделает.

Но за всё приходится платить, особенно душевным состоянием. Репетиции репетициями, а дома ждали многозначительные вопросы и тяжелые взгляды в спину. Майкл как мог старался избегать допросы отца, но... выходило плохо и приходилось врать что придёт, пока уже не подключались братья с расспросами: "ну чего ты пристал к нему" и Джозеф переключался на них и их безрассудство - разрастался конфликт всех масштабов.

Особенно по вечерам можно было слышать предполагаемые угрозы, когда родители оставались в кухне одни и, Кэтрин перебивала мужа.

— Только не надо за идиота меня держать! Мне уже альбома вот этого хватило! Что ещё надо?!

— Джозеф перестань!

— Он не сможет выступать без братьев!

Майкл вспоминал снова себя маленьким и от этого становилось ещё не слаще. Поэтому молодой человек практически отсчитывал часы до следующего дня и до следующей... тренировки. Юноша снова научился любить ночь и сбегать в её время. Студия стала тихим домом, понимающим и не перечащим.

Билл часто видел их перепалки, а душа рвалась на части, но что он мог изменить? Он просто охранник юной звезды. Поэтому видя Майкла с Паулой в студии, когда они проникались ритмом, его сердце таяло, здесь подопечный был счастлив.

Проходит время, меняется и Джексон. Светлые пятна стали сильнее заполнять руки, поэтому на репетиции юноша чаще надевал тонкие свитера, либо усердно пытался замазать кремом. Он очень переживал, если Пола увидит и что подумает.

Спальня девушки превратилась в поле для заметок. Как заходишь, то слева видишь плакаты с группой, а справа жёлтые стики по длине стены. Девушка нервно почёсывала затылок, но когда мысли шли наперёд приходилось действовать так. Ей даже это отчасти нравилось.

Прежние домашние дела девушки оставались, но в них она могла полностью раствориться с мыслями. В голову проникал тихий голос Джексона, а следом прошедший эпизод:

Майкл настолько выжимал из себя все соки на одной из тренировок, что просто не мог остановиться и, Пола уже пыталась аккуратно намекнуть, что не стоит так перетруждаться, но он ей отвечал лишь:

— Прости, я просто не могу этого не сделать, меня распирает... я чувствую наконец себя тем, кем хотел быть всегда, ты помогаешь раскрыть меня с другой стороны, спасибо тебе...

Паула останавливалась в этот момент на уборке и, улыбка сама шла вперёд всего.

Также они в любые свободные паузы между танцами очень свободно общались. Диалог происходил от самого банального.

Лето приближалось к концу, так и молодые люди каждый раз узнавали что-то новое друг о друге.

— Я до сих пор храню детские рассказы, — усмехнулся однажды Майкл, когда они говорили о литературе и некоторых скандалах в ней, — но чаще всего беру Питера Пэна, люблю прибывать в Неверленде, там есть чудеса... — и парень мечтательно поднимал глаза к потолку.

Они сидели около мягкой стены в позе лотоса и слушали друг друга, не переставая удивляться новым вещам. Казалось они никогда не были двумя звёздами, они были... приятелями?

Паула в ответ тихо и нежно вздохнула, глядя на заворожённый профиль Майкла. В его тёмных глазах виднелась радость, которую могла принести, наверное, любая мелочь. Перед ней сидит тот, кто утешал её с самого детства, тот кто искренне улыбался в камеру, даря тепло сердцу и надежду на лучшее.

— Думаю, твой Неверленд полон прекрасного. — девушка легко улыбнулась и отпила сок. Майкл хохотнул, прикрыв карие очи.

***

Август приближался к своему завершению, прохлада пребывала в город каждый день, изредка радуя солнцем. Но один день поменял всю погоду.

Хэндерсон и Джексон отрабатывали репетицию у Куинси. Майкл выдохнул последнее, своё продуманное, движение и Пола не сдержалась от улыбки и громко похлопала стараниям:

— Майкл, ты самый лучший ученик!

Парень скромно почесал затылок, переводя дыхание. Мистер Джонс отошёл на "секунду" и наступила тишина.

— Майкл, — её голос сделался тише и, она подошла ближе, — ты, правда молодец, ты полностью готов ко всему и... боюсь эта наша с тобой последняя репетиция, я подготовила тебя на сколько могла, дальше всё зависит от тебя.

Девушка сглотнула ком и потупила взор. Душа разрывалась на части от предстоящей разлуки, о том, что постоянно твердило её нутро. Пола вновь посмотрела на парня, а тот с поджатыми губами оказался чуть ближе, заглядывая в её океанские глаза и заговорил:

— Паул... эти репетиции не сравняться общением с тобой. Ты не только хороший педагог, но и... — слова вырывались наружу, — настоящий друг, который не оставит в беде, и я понимаю, о чём говорю. — он указал глазами на неё. — Я не смогу себе простить, если потеряю такого друга как ты.

Зрачки Полы расширились. Сердце скакало по всему телу и казалось с таким мотором можно было легко очутится в космосе.

— Если не твоя организованность, этого бы не произошло.

Джексон и Хэндерсон синхронно обнялись слегка покачиваясь из стороны в сторону. Она слышала биение мужского сердца и её сердце отвечало в ответ. Майкл коснулся щекой её виска и улыбнулся. Сейчас перед ним была не та юная танцовщица с обложки журнала, которую обожала Америка, а ранимая девушка с большим сердцем и доверием.

***

Настал день рождения Майкла. Утро возвышало яркие и горячие, на удивление, солнечные лучи без единого облака. Особняк кишел праздничной атмосферой. Сестрички чмокали брата в щёки и счастливо осыпали поздравлениями. Братья не отставали, но делали чуть скромнее. Кэтрин обнимала сына и мысленно благодарила высшие силы за такой подарок. А Джозеф... уже давно ведёт нить расследования, что же такого чудит сынишка и не пора ли ему напомнить, кто тут главный.

Праздник шёл до самого вечера, пока остальные члены семьи уже не начали отпрашивать пошататься где-нибудь на улицах. Кэтрин покачивала головой, но уже ничего не могла с этим поделать, они выросли. Джозеф махал рукой и запирался у себя в кабинете.

Майкл с Джанет помогли матери убрать остатки тарелок со стола под радостные возгласы насчёт сегодняшних ночных прогулок. И в этот момент у Майкла щёлкнула идея.

Паула знала что у друга намечается день рождения и, тщательно готовила подарок. Майкл, конечно при звонке извинялся, что они не смогут отметить его в их компании, а Паула начинала читать морали, что сначала идёт семья и, Джексон хохотал в трубку. Да, репетиции завершились, но не их времяпрепровождения. По телефону они обсуждали разное, да и когда выпадала у обоих свободная минута, что была редкость, как и встречи.

— Спасибо, дорогие, дальше я сама. — она чмокнула обоих в щёки.

— Джени, давай быстрее, только тебя и ждём! — кричал Джермейн, когда все уже завязывали кроссовки.

— Да иду! Майки, ты же не расстроишься, если тут один останешься? — сестра дотронулась до его плеча.

Майкл наоборот пожелал им удачной ночи, а сам двинулся в комнату. Пальцы набирали знакомые цифры на дисковом аппарате.

— Слушаю. — раздался усталый женский голос.

— Паул, привет, это Майкл. — он прижал трубку ближе.

— А, Майкл, приветик, — утром им удалось созвониться, вернее девушка с мелодичным поздравлением обрадовала друга, — ну что, как отметили?

— Хорошо, — а в голове дополнилось "почти", — теперь все со спокойной душой смотались на улицу.

— Ого, какие шустрые. — рассмеялась она.

Майкл набрал побольше воздуха и продолжил:

— Я тут вот что подумал, не хочешь... тоже погулять? — вопрос застыл в трубке.

— Почему бы и нет, пока не так холодно.

— Тогда мы с Биллом за тобой подъедем, договорились?

— Договорились.

Паула тщательно выбирала в чём можно пойти, пока не наткнулась на голубую юбку ниже колена, которую сочла с белой футболкой и балетками в тон. Уже стоя у зеркала сердце начало биться чаще. Она расчесала лёгкую волну волос, подмазала ресницы и услышала как подъезжает машина. Пола подхватила красочный пакет и выбежала за ворота, стуча каблучками.

У бордюра припарковался золотистый седан. Из-за пассажирской двери вышел стройный молодой человек в солнцезащитных очках, джинсах и синей кожаной ветровке.

— Привет! — промурлыкал юноша, припуская очки.

Пола склонила голову и протянула пакет:

— Именинник не должен оставаться без подарка!

Парень с улыбкой принял и вновь посмотрел на девушку:

— Спасибо, даже неловко.

Она шутливо тыкнула друга в плечо и Джексон залился краской, смеясь.

— Поехали, я знаю одно местечко.

В седане было тепло. Билл приветственно кивнул девушке и, они двинулись в назначенном направлении. Молодые люди сидели поодаль сзади и изредка поглядывали друг на друга. Брэй присматривал в зеркало заднего вида и, пытался скрыть улыбку. Лос-Анджелес сегодня был как никогда красив: здания напротив мягко проплывали и светились такими же неоновыми вывесками, создавая определённую ночную атмосферу. Людей становилось намного меньше, а если и были, то пьяные компании в переулках или около магазинчиков.

Майкл нервно потирал колено рукой и озирался на подарочный пакет, уж очень хотелось посмотреть, но он задал себе установку, что посмотрит на месте. Дорога продлилась недолго. Седан притормозил на невысоком холме, с которого можно было увидеть, не весь, но город. С правой стороны простирались пальмы, а за ними ещё дорога.

Молодые люди вышли и, Паула приоткрыла рот, видя всю красоту. В ЛА она уже год, но таких видов ещё не удавалось лицезреть. Майкл зашуршал пакетом поблизости:

— Я люблю это место.

Пола перевела взгляд с друга на вид снизу.

— Майкл, если что, я буду рядом. — окликнул Брэй и, юноша кивнул, мотор завёлся вновь и послышалось отъезжающее шуршание колёс.

Приятели переглянулись. Майкл обратил внимание снова на презент:

— Я могу открыть?

— Конечно! — они присели рядом на эллиптический валун и, прохлада пробралась под одежду.

Парень с глазами полного нетерпения достал книжку в красивом издании: "Сказки дядюшки Римуса". Майкл приоткрыл рот и взглянул на девушку.

— Думаю, она будет хорошо смотреться в твоей коллекции. — заправила прядь за ухо, так как поднялся слабый ветер. Мелкие кудряшки парня зашевелились и он, будто по команде, залез дальше.

Теперь в его руках красовался небольшой набор мужского парфюма и Майкл тихо рассмеялся, читая названия. Затем три видеокассеты с Чарли Чаплином, от чего парень отбил ногами счастливый ритм, закрывая лицо ими же. Паула хихикнула. Она понимала его любовь к нему из рассказов. И напоследок маленький картонный прямоугольничек, очень похожий на визитку, где с одной стороны красовалась размашистая подпись Хэндерсон, а с другой подпись:

"Свет порождается в человеке с теми, кто в них верит,

Для Майкла"

Джексон аккуратно потрогал шершавую бумагу и посмотрел на приятельницу.

— С днём рождения! Ты заслуживаешь самого ясного, что есть в этом мире!

Майкл встал и крепко обнял Полу, отчего почувствовала как колотиться его сердце.

Они присели обратно и, Майкл не переставая крутил картонку в руке:

— Надеюсь, твои родители не будут ругаться, если не заметят сейчас тебя в кровати.

— Ну, не знаю что бы они подумали.

Майкл остановился и, картон замер в руке:

— В смысле?

— Я здесь одна, мне никто ничего не скажет. — она поправила край юбки, а глаза стали понурыми.

Вроде они говорили обо всём, но всячески пытались избегать тему родителей и о взаимоотношениях с ними. Кажется, пришло время достать свои семейные скелеты из шкафа.

Майкл придвинулся и осторожно заглянул к ней. Паула рассказывала всё, что долгое время резало язык, но не позволяло выйти наружу. И про отца и про его загоны. Губы девушки дрожали, но глаза оставались сухими. Теперь её океанские очи светились правдой и той болью пережитой в детстве.

— Твоя выдержка и упорство что-то из рода фантастики, но... никогда нельзя запускать до таких жертв. — он тяжело вздохнул, переводя глаза в чёрное небо.

"Джексон, ты сам-то веришь во что говоришь, сам был в этих лапах.." — мысль пошла сама собой.

— И знаешь, — начал юноша, — я тебя очень хорошо понимаю, — Пола перевела изумлённый взгляд на друга, который с силой сжал челюсть, — у меня точно такая же ситуация... и продолжается до сих пор.

Майкл поведал свою историю, что красивая картинка лишь на экране и в студии, а дома ждал ремень и упрёки Джозефа, не только для него, но и для других братьев.

— Мне это надоело хуже нет, я хочу жить собственной жизнью, самому творить. И вот этот альбом, это была моя настоящая отдушина, но Джозеф был невероятно зол... — Джексон посмотрел на подругу. Та поджала губы. Её зрачки начали мельтешить.

— А знаешь, что? — он вскочил и остановился напротив, — Я устал ждать какого-то удобного случая. Я собирался сделать концерт, значит будет, и знаю даже когда. Я договорюсь с театром на 31 августа, да! — парень ходил из стороны в сторону и, Паула поднялась следом. — Я обязан начать задуманное. Пусть люди знают, что искусство творит чудеса! Мы сможем изменить мир. Вместе. Без боли и страха.

Пола одобрительно хмыкнула и сложила руки на груди.

Он подошёл ближе и их глаза встретились от чего сердце забилось чаще.

— Ты... не против помочь мне снова?

Девушка прикоснулась пальчиками к его выступившей маленькой и короткой кудряшке на лоб и вернула назад к остальным:

— На то и есть друзья, чтобы выручать.

Они улыбнулись, искренне и чисто. Теперь перед ними, медленно, исчезал барьер того, что по их мыслям помешало бы общению. Ночное небо сзади теплилось тёмными красками, подготавливая погоду на лучшие времена.