Между долгом и чувствами

Допросная комната всегда казалась Милe холоднее, чем остальные помещения в отделе.

Не из-за температуры.
Из-за тишины.

Здесь она была другой — плотной, давящей, почти искусственной.

Мила сидела за стеклом наблюдения вместе с несколькими сотрудниками. Ей не сказали, что она обязана быть здесь. Но и не попросили уйти.

А значит — она осталась.

— Начинаем, — коротко сказал один из следователей.

Дверь допросной открылась.
И внутрь вошёл Пэйтон Мурмаер.
Руки всё ещё в наручниках.
Но осанка — та же.

Спокойная.
Уверенная.

Он сел на стул без спешки, словно выбирал место сам, а не подчинялся приказу.

Перед ним — стол.
Сбоку — камера.
Напротив — Энтони.

Он не сел сразу.
Смотрел на него несколько секунд молча.
Как будто оценивал не задержанного.
А ситуацию.

— Пэйтон Мурмаер, — наконец произнёс Энтони. — Ты понимаешь, где находишься?

Пэйтон чуть наклонил голову.

— Конечно. В помещении, где люди задают вопросы, на которые уже знают ответы.

В комнате кто-то напрягся.

Энтони не изменился в лице.

— Это не игра.

— Я и не играю, — спокойно ответил Пэйтон. — Иначе вы бы уже проиграли.

Пауза.

Тишина стала плотнее.
Энтони сел напротив.

— У тебя есть шанс облегчить себе ситуацию.

Пэйтон слегка усмехнулся.

— У меня всегда есть шанс, Энтони.

Он произнёс имя спокойно.
Слишком спокойно.
Как будто они были знакомы давно.
Энтони чуть прищурился.

— Ты думаешь, ты здесь контролируешь что-то?

Пэйтон посмотрел прямо на него.

— Нет.

Короткая пауза.

— Я просто знаю, что вы уже опоздали.

В комнате стало тише.
Даже звук кондиционера казался громче.

Энтони открыл папку.

— Где остальные?

— Где должны быть, — спокойно ответил Пэйтон.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который у вас есть.

Энтони наклонился вперёд.

— Ты понимаешь, что на этот раз ты не выйдешь отсюда?

Пэйтон слегка улыбнулся.
И это была не дружелюбная улыбка.

Скорее — уверенная.

— Вы уже однажды так думали.

Тишина.

И в этот момент Мила за стеклом невольно задержала дыхание.
Она впервые видела человека, который не выглядел ни загнанным, ни сломанным.

Даже сейчас.
Даже здесь.

Энтони резко закрыл папку.

— Достаточно игр.

Пэйтон слегка наклонился вперёд, насколько позволяли наручники.

— Это не игра, детектив.

Пауза.

Он посмотрел прямо в камеру наблюдения.
На секунду — прямо туда, где сидела Мила.

И затем добавил тише:

— Это только начало.

Энтони проследил его взгляд, но ничего не сказал.

Он встал.

— Увести его.

Дверь открылась.
Пэйтон поднялся спокойно.
И прежде чем выйти, он снова посмотрел на Энтони.

— В следующий раз подготовься лучше.

Его увели.
Дверь закрылась.
И в комнате осталась только тишина.

Энтони долго не двигался.

Потом тихо сказал:

— Он слишком уверен для человека, который проиграл.

Мила за стеклом не ответила.
Потому что впервые почувствовала то, чего раньше не было.

Не страх.
И не любопытство.

А ощущение, что этот человек действительно не похож ни на одного преступника, о которых она слышала раньше.

И это было хуже всего.