Коснись моих губ

Следующий час мы провели в суматохе. Лиза бесцеремонно вытряхнула половину гардероба на кровать. В итоге мы сошлись на простом, облегающий черный топ, подчеркивающий фигуру, мои любимые широкие синие джинсы, а сверху рубашка в черно-красную клетку, которую я оставила расстегнутой. Волосы я высушила феном, оставив их свободно лежать на плечах.

Когда я вызвала такси, на часах было уже полседьмого вечера.

— Удачи, подруга. И не забудь мне всё-всё рассказать утром! — подмигнула Лиза, провожая меня у двери.

— Лиз. — нахмурилась я.

— Давай беги. — хмыкнула она и закрыла дверь.

Такси везло меня через вечерний, залитый золотистым закатным светом Питер. Город казался каким-то нереальным, сказочным. Я смотрела на свои руки, которые мелко дрожали от волнения, и пыталась глубоко дышать.

Машина затормозила у старого красивого дома с массивными железными воротами во двор. Я расплатилась, вышла на улицу. Воздух на был прохладным. Я набрала Дане.

— Алло? Дань, я приехала, стою у ворот, — тихо сказала я.

— О, супер. Стой там, я сейчас выбегу, — хрипло отозвался он и отключился.

Буквально через две минуты тяжелая калитка ворот со скрипом открылась, и из темного двора вышел Даня. На нём были серые домашние спортивки и свободное худи. Волосы растрепаны ещё сильнее, чем вчера, а на лице играла мягкая, заспанная улыбка.

— Привет, Сашка, — тихо сказал он, делая шаг ко мне.

Он не стал жать руку — просто подошёл и аккуратно обнял меня за плечи, прижимая к себе.

— Привет, — выдохнула я ему в плечо.

— Пошли — он отпустил меня, его ладонь на секунду скользнула по моей спине, направляя во двор.

Мы поднялись на четвертый этаж по широкой винтовой лестнице. Квартира Дани оказалась просторной, с высокими потолками и огромными окнами, выходящими на крыши соседних домов. Интерьер был типично пацанским, но очень стильным: минимум мебели, огромный серый диван в гостиной, мощный компьютер, куча каких-то проводов, микрофон на стойке и неоновая вывеска на стене.

— Располагайся. Чай будешь? Или кофе? У меня есть какой-то крутой китайский, пуэр вроде.

— Давай чай, — я неловко прошла в гостиную и присела на край огромного дивана. Было непривычно тихо после вчерашнего шума.

Даня ушел на кухню. Было слышно, как шумит чайник, гремят кружки. Я разглядывала его комнату. На полках стояли коробки от техники, гитара в углу.

Через пять минут Даня вернулся, неся две большие черные кружки. Он поставил их на журнальный столик, а сам сел на диван рядом со мной.

— Ну, рассказывай, как день прошел? — спросил он, поворачиваясь ко мне всем корпусом и закидывая ногу на диван. — Голова не болела после вчерашнего?

— Болела ужасно, — честно призналась я, обхватывая кружку. — Лиза меня аспирином откачивала. А ты как?

— Да я привык уже, — Даня усмехнулся, запуская руку в свои рыжие волосы. — Я вчера почти не пил, так что проснулся огурцом. Монтировал тут видосы потихоньку. Скукотища, короче.

Он достал свой вейп, привычно затянулся и выпустил густое облако пара в потолок.

— Дай тоже, — тихо попросила я, протягивая руку.

Даня улыбнулся, вкладывая его в мои пальцы. И в этот момент его пальцы коснулись моих. Он замер.

— Слышь, Саш... — тихо произнес он, и его голос стал на тон ниже. — А что ты такая холодная? У тебя пальцы буквально как лед.

— У меня всегда так, — я смутилась, пытаясь убрать руку, но Даня не позволил.

Он аккуратно забрал у меня вейп, отложил его на столик, а затем взял мои ладони в свои руки. Его лицо было в паре десятков сантиметров от моего.

Моё сердце колотилось так сильно, что мне казалось, Даня слышит этот стук.

— Теперь теплее? — тихо, почти шёпотом спросил он, не выпуская моих рук.

— Теплее... — едва слышно выдохнула я.

Даня медленно отпустил одну мою руку, и его горячая ладонь скользнула вверх по моему плечу и легла на мою шею, зарываясь пальцами в волосы на затылке. Его большой палец нежно очертил контур моей челюсти.

Я замерла, боясь пошевелиться.