Секрет на продажу

Бетонный лаз сужался, пока не превратился в каменные тиски. Элина ползла вслепую, обдирая локти и колени, пока её ладони наконец не провалились в пустоту. Она вывалилась наружу, больно приземлившись на груду ржавых труб и сухого строительного мусора.

Сверху на неё с глухим рыком свалился Марк.

Они лежали в полумраке какого-то заброшенного коллекторного узла под сталинской высоткой. Сквозь вентиляционную решётку высоко под потолком пробивался блёклый свет уличных фонарей.

— Жива? — Марк поднялся первым, покачнувшись. Его лицо было бледным, а левое плечо полностью промокло от тёмной, густой крови. Сквозь прореху в плаще виднелась разорванная плоть — пуля прошла по касательной, но вырвала приличный кусок мяса.

— Жива, — Элина села, вытирая лицо грязным рукавом. Её всю трясло. — Ты как? Тебя задело.

— Хуйня, бывало и хуже, — Марк зажал рану ладонью и сплюнул кровь на бетон. — Главное — пенал у нас. Но Клим перекроет все выходы на поверхность в этом районе за десять минут. Нам нужна чистая машина и безопасная точка с выходом в сеть. Быстро.

Элина полезла в рюкзак и достала свой выключенный телефон.

— Нам нужен Кирилл. У него есть скрытая квартира-студия на Автозаводской, оформленная на его покойную тётку. Там тонна серверного железа и выделенный зашифрованный канал. Но... он не станет помогать, если я приведу тебя без предупреждения. Он тебя боится.

Марк холодно усмехнулся, его зубы тускло блеснули в полумраке.

— Пусть боится. Страх держит в тонусе. Вставляй симку. Звони.

——————————

Через сорок минут они, промокшие, грязные и пахнущие подземным болотом, стояли у невзрачной железной двери на последнем этаже старой панельки на Автозаводской. Марк опирался на Элину — потеря крови давала о себе знать, его лоб был покрыт холодной испариной.

Дверь открылась мгновенно. На пороге стоял Кирилл — в растянутой домашней футболке, с растрёпанными волосами и безумными глазами. В руке он сжимал тяжёлую металлическую клавиатуру.

— Эля! — он рванулся к ней, но тут же испуганно отпрянул, наткнувшись на тяжёлый, мёртвый взгляд Марка. — Ты... ты притащила этого киллера ко мне?! Охуеть! Да на нас сейчас спецназ штурмом пойдёт!

— Заткнись, Кир, и помоги мне его дотащить, — сквозь зубы процедила Элина, затаскивая Марка внутрь квартиры. — Если он сдохнет у тебя на полу, нам обоим пиздец. Клим дышит нам в спину.

Квартира Кирилла напоминала логово безумного гения: повсюду высились серверные стойки, на столах мигали десятки роутеров, а три огромных монитора светились зелёными строчками кода.

Они уложили Марка на диван. Кирилл, матерясь под нос, принёс перекись и чистые полотенца. Марк даже не поморщился, пока Элина промывала ему рану, лишь сильнее сжал кожаный подлокотник.

— Пенал, — хрипло выдохнул Марк, кивая на свой карман. — Доставай.

Элина вытащила скользкий металлический цилиндр и протянула его Кириллу. Тот осторожно, словно это была активная бомба, взял его в руки.

— Это что, советский контейнер для микроплёнок? — Кирилл удивлённо покрутил его под настольной лампой. — Вы его из музея спёрли?

— Это из тайника «Агента Ноль», — Элина села рядом на стул, обессиленно откинув голову. — Моей бабушки. Кир, там плёнка. Нам нужно оцифровать файлы. Срочно.

Кирилл нахмурился, его хакерский азарт мгновенно победил страх. Он подошёл к одной из полок, достал старый, модифицированный плёночный сканер высокого разрешения и подключил его к своему главному компьютеру.

— Плёнку я оцифрую за пять минут, — сказал он, аккуратно раскручивая пенал. — Но если файлы зашифрованы старым КГБ-шным алгоритмом, мне понадобятся ключи. Иначе мы увидим просто цифровой шум.

— Ключи у Элины в голове, — Марк приоткрыл глаза, наблюдая за работой хакера. — Она знает кодовые фразы.

Через пару минут на главном мониторе побежали полосы загрузки. Сканер тихо жужжал. Наконец экран моргнул, и на нём проступили жёлтые, отсканированные страницы документов с грифом «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ОСОБАЯ ПАПКА».

Большая часть текста была покрыта цифровой мозаикой — шифром.

— Ну вот, приплыли, — Кирилл развёл руками. — Алгоритм «Лабиринт». Это старая советская криптография на основе одноразовых блокнотов. Нам нужно ключевое слово. Десять букв.

Кирилл посмотрел на Элину. Марк тоже повернул голову, его взгляд стал острым и требовательным.

Элина закрыла глаза, погружаясь в воспоминания. Детство. Старая квартира на окраине. Бабушка сидит в кресле-качалке, вяжет тёплый шарф и тихо напевает одну и ту же странную песню. Песню, которую она называла своей любимой.

— «...И поглотит нас морок, и алая весна не вернётся...» — тихо прошептала Элина. Она резко открыла глаза. — «Алая весна». По-английски. REDSPRING. Девять букв. И точка в конце. Десять символов.

Кирилл быстро набил слово на клавиатуре и нажал Enter.

Экран на секунду погас. А затем строчки кода начали стремительно перестраиваться, превращаясь в читаемый текст и фотографии.

Элина подошла ближе к монитору, вчитываясь в первые строки. Её лицо медленно бледнело, а пальцы сжимали край стола с такой силой, что ногти побелели.

— Господи... — прошептала она.

Перед ними были не просто чертежи или списки агентов. Это были документы проекта «Зеркало» — глобальной цифровой бэкдор-системы, разработанной в конце 90-х годов под руководством молодого тогда ещё полковника Воронцова. Система позволяла удалённо подключаться к любой закрытой базе данных, банковской системе или оборонному серверу в обход любых протоколов безопасности. Бабушка Элины, поняв, что Воронцов хочет использовать эту систему для шантажа правительства и захвата абсолютной власти, заблокировала главный сервер-архив, спрятав физический ключ-дискету.

А внизу страницы шёл список тех, чьи скрытые счета и грязные тайны были взломаны с помощью «Зеркала». Первые лица государства. Министры. Олигархи. Все они были на крючке у Воронцова.

— Теперь вы понимаете, почему Клим стирает всех, кто просто слышал об этом? — Марк медленно поднялся с дивана, его голос был холодным, как лед. — Это компромат, который может взорвать эту страну за одну секунду. Воронцов держит за яйца всю верхушку власти. И ключ к физическому серверу, который завершит запуск «Зеркала»... он у нас.

Вдруг на одном из боковых мониторов Кирилла загорелся красный восклицательный знак. Раздался прерывистый, противный писк сирены.

Кирилл отшатнулся от клавиатуры, его лицо мгновенно стало серым.

— Сука... — прошептал он, лихорадочно стуча по клавишам. — Нет, нет, нет! Это не мой сервер! Они... они отследили дешифровку!

— Кто?

— Марк мгновенно оказался рядом, оттолкнув Кирилла плечом и вглядываясь в экран.

— Министерство безопасности. У них стоит триггер на старые КГБ-шные шифры. Как только мы ввели ключ, они получили пинг с нашей геолокацией. Они заблокировали наш IP.

Кирилл поднял глаза на Элину. В них был дикий, первобытный ужас.

— Эля... они знают, где мы. Люди Клима будут здесь через пять минут. И на этот раз они не станут открывать замки отмычками. Они просто выжгут этот дом.