Выпускной класс. Ким против Чон.

Громкий школьный звонок разнёсся по этажам «Новой Весны», объявляя об окончании уроков. Девятый «К» дружной толпой повалил из кабинета, ломая остатки школьной дисциплины. Девчонки из Babymonster плотным кольцом обступили Асу прямо у выхода, преграждая ей путь в коридоре.

— Аса, мы всей нашей компанией уже просто не можем не замечать, что ты вечно где-то у себя в мыслях зависаешь, — угарно скривилась Ким Ахён, забавно надувая щёчки от любопытства.

— Быстро раскрой нам свою тайну! О чём или о ком ты там думаешь постоянно? — округлила глаза Рука, упрямо уперев руки в бока.

Аса от такого мощного наезда подруг на ходу застыла посреди прохода. Кончики её ушей под растрёпанной чёлкой мгновенно покраснели от смущения, а вся былая уверенность пулей вылетела в окно. Девчонка судорожно прижала к груди пенал, лихорадочно придумывая спасительную отмазку, и панически закричала:

— А... Чего?! Да я... да я просто думаю про наш новый шип — про Ахёнгук! Д-да, я прямо на сто процентов уверена, что Чонгук тебя намертво любит, Ахён! Вот и всё!

— Вот это я понимаю, вот это по-нашему! — сочно ухмыльнулась Чикита, угарно потирая ладони от предвкушения грядущего хаоса.

— Слышьте, девки... А давайте прямо сейчас скрытно проследим за Ахён? — коварно прищурилась Рора, в полном девичьем восторге подскакивая со своего места. — Вдруг она уже втихаря встречается со своим одиннадцатиклассником за углом школы!

— Рора, у тебя зрение плохое? — хладнокровно отрезала Рами, утомленно поправляя рюкзак на плече и смерив подругу самым саркастичным взглядом. — Она вообще-то сейчас прямо здесь стоит и всё твое дебильное бормотание отлично слышит.

— ДА ПЕРЕСТАНЬТЕ ВЫ УЖЕ ОРАТЬ НА+УЙ!!! ЗАКРОЙТЕ СВОИ РТЫ!!! — истошно заорала Ким Ахён, забавно надувая губы от тотального позора и кипящей внутри злости на своих папарацци.

— Ладно, хорош шуметь, идемте уже! Наконец-то домой, этот ад на сегодня закончился! — лениво подытожила Фарита, пафосно вешая сумку на плечо и утягивая банду за собой к выходу.

Аса послушно топала ножками рядом с подругами по сырому сеульскому асфальту, упрямо кусая губы от нахлынувшего волнения. Девчонка скрытно, мёртвой хваткой прикрывала ладонью экран своего мобильника в кармане куртки, потому что тот ярко светился. На цифровой матрице красовалась свежая, чёткая фотография, которую она тайно сделала на перемене — полное расписание уроков одиннадцатого «Н».

Но Аса сделала этот скрытный снимок вовсе не для того, чтобы усердно следить за каждым шагом Чонгука и потом пулей сливать свежие новости фандому «Ахёнгукочек», которых в школе наплодилось уже целые тысячи. Причина была глубокой, пугающей и нежной: ей просто до безумия хотелось тайно знать, на каком уроке сейчас сидит Ким Тэхён со своим серебряным сердечком.

Тем временем в старом городском парке сырые ноябрьские сумерки медленно опускались на пустые аллеи, усугубляя леденящую атмосферу. Тэхён медленно шёл по мокрой дорожке рядом с Чонгуком, упрямо надувая губы. Парень пафосно упрятал руки глубоко в карманы тёмного пальто, а серебряная половинка сердечка на его шее жутко панически звенела от каждого резкого выдоха, полностью ломая остатки его былой Ким-адекватности. Парень резко притормозил у раскидистого дерева, повернулся к соседу по парте и прожигающим, леденящим взглядом посмотрел на него насквозь. Ким пафосно задрал нос и сочным тоном нарушил тишину парка:

— Слышь, Чон... Тебе прямо сейчас вообще ничего мне не хочется сказать, а? Раскрой, пока мы тут наедине стоим.

Чонгук от такого внезапного наезда друга на ходу намертво застыл посреди аллеи. Его чёрная кожаная куртка сочно скрипнула, когда макнэ растерянно хлопнул ресницами, недоумённо округлив свои большие глаза-пуговки под мокрой чёрной чёлкой. Парень сильно смутился, упрямо надувая кроличьи щёчки от паники, скрытно затаил дыхание и робко выдал:

— Чего? Ты о чём вообще, Ким? Что именно я тебе сказать-то должен? Забей, у меня в башке одни формулы остались.

Тэхён угарно скривился, забавно надувая губы от кипящей внутри бешеной ревности, но нос задрал ещё выше. Парень коварно прищурился, сделал шаг ближе к Демону и хладнокровным, леденящим тоном выдал встречную, сокрушительную базу:

— Ну ты вспомни, Чон! Ты вон уже, бл+ть, в одиннадцатом классе учишься, взрослый бэд-бой в кожанке... Может, ты уже намертво успел кого-то по уши полюбить, а? Выкладывай секреты, мне интересно послушать!

— Ну... Слышь, Тэ... Мне вообще-то из всей этой нашей школы на самом деле нравится только школьная столовая. И рамен с булочками, забей.

— Да ты придурок, Чон! Я тебе, с+ка, про конкретную девушку сейчас вообще-то говорю! Ну... Ну или про парня какого-нибудь...

— Да блин, Ким, ну перестань уже этот балаган устраивать! — панически замахал руками Чонгук, полностью теряя ауру леденящего Демона и усердно пытаясь уйти с опасной аллеи. — Пошли лучше просто где-нибудь в тишине погуляем, домашку обсудим, расслабься!

— Чон Чонгук, с+ка! А вот ты мне сейчас прямо в лицо нагло врёшь, да?! Я же чётко вижу! Я тебе прямо сейчас даю последний законный шанс нормально во всём признаться!

— Да никого у меня нет, Тэ! Ну никого вообще, бл+ть, клянусь! — лихорадочно выдал макнэ, упрямо надувая кроличьи щёчки от нахлынувшего волнения.

— Нет, Чонгук... Я, конечно, в этой жизни абсолютно всё прекрасно понимаю... Но мне-то, с+ка, твоему единственному возвращённому лучшему другу из детства, лгать-то сейчас зачем, а?! За кого ты меня вообще принимаешь, д+бил ты этакий?!

— Я тебе ещё раз клятвенно говорю - я вообще никого в этой жизни не люблю! Отвали от меня! — истошно, наэлектризованно закричал Чонгук во весь голос, полностью теряя ауру грозного Демона. Кончики его ушей под курткой, которая сочно скрипнула от волнения, покраснели.

Тэхён резко сделал шаг вперёд, уничтожая остатки леденящей дистанции между ними, вытащил из-под формы серебряную половинку кулона, которая звеняще качнулась на весь пустой парк, и сокрушительно надломленным тоном выдал финальную базу прямо в лицо макнэ:

— А вот я, в отличие от некоторых трусливых придурков, люблю кое-кого! И ни+уя этого не скрываю перед всем одиннадцатым «Н» и тобой! Тебе вот эта серебряная цепочка у меня на шее вообще нафиг сдалась, а?! Да потому что ты, бл+ть, мой самый единственный и самый лучший друг из детства!

— Я ХОЧУ ЕСТЬ, КИМ ТЭХЁН!!! ХВАТИТ ОРАТЬ!!! ПОШЛИ ПОЕДИМ!!!

Тэхён от такого убойного макнэ-крика ошарашенно хлопнул ресницами, а его челюсть пулей отвисла до самой земли. Но в следующую микросекунду на его лице проскочила сочная, жутко нежная ухмылка. Парень угарно прыснул со смеху, забавно надул губы и ленивым, ласковым тоном подытожил:

— Ладно-ладно, Гуки... Успокойся уже, обжора ты хренов. Поговорим с тобой обо всём этом позже, раз уж ты прямо сейчас пи+дец как сильно не готов раскрывать мне свои мысли.

Поздним ноябрьским вечером в комнате Тэхёна воцарилась глухая тишина. Ким неподвижно лежал на своём матрасе посреди привычного бардака, тупо уставившись в потолок. Парень до сих пор не мог поверить в реальность прошедшего дня. В голове эхом проносились то признание Чонгука в кабинете Хосока, то их напряжённый допрос в пустом парке, где он ласково назвал макнэ «Гуки», сжимая цепочку на шее. Серебряная половинка сердечка уныло звенела на груди при каждом тяжёлом вздохе. Вдруг дубовая дверь негромко скрипнула. В щели показалась макушка сестры, которая увлечённо дожевывала печеньку.

— Слышь, Тэ... Тебя там мама на кухню ужинать зовёт, — ленивым тоном объявила Ким Ахён, забавно надувая свои кроличьи щёчки.

— Уйди отсюда, Ахён. Закрой дверь с той стороны, я позже сам приду, — сухо буркнул Тэхён, даже не поворачивая головы.

— Ойойой! Поглядите на него, пафос врубил! — со всей силы закатила глаза девчонка, проходя прямо к его кровати. — А чё это мы сегодня такие грустные и обиженные на весь мир сидим?

— Ахён, рот свой закрой, — процедил Тэхён, приподнимаясь на локтях и прожигая мелкую своим самым строгим взглядом. — Я тебя сейчас реально ударю, если ты прямо сейчас не свалишь из моей комнаты.

Ахён от такого резкого наезда брата застыла посреди ковра, удивлённо округлив глаза. Девчонка пафосно упёрла руки в бока, угарно скривилась и прикрикнула:

— Да ты нормальный вообще, Ким Тэхён, или нет?! Я-то перед тобой в чём вообще виновата?! У тебя в твоей запутавшейся башке целыми сутками творится какая-то полнейшая, непонятная херня, но я-то лично тебе ничего плохого не делала! Никаких законов не нарушала! Так что вставай со своего матраса и пошли уже жрать, еда на столе остывает!

Девчонка захлопнула дверь, оставляя парня в полном одиночестве. Тэхён медленно опустил голову обратно на подушку, теряя всю свою королевскую ауру. Слова сестры пробили его ментальную броню, оставляя внутри лишь горькие эмоции. «Я ни в чём не виновата...» — повторилось в его мыслях ехидное эхо. Тэхён судорожно вздохнул, сильнее сжимая в кулаке серебряное кулон-сердечко. Из его глаз чуть слёзы не покатились от тотальной несправедливости этой жизни.

— А ведь и правда... — тихо, сокрушительно надломленным голосом пробормотал Тэ в леденящую темноту комнаты. — Она же вообще ни разу не виновата во всём этом... Чонгук сам по уши в неё втюрился. Тогда, кто? Не могу же я сам во всём этом хаосе быть виноватым? Чон... Чонгук! Точно! Это всё из-за этого Демона наглого!

Тэхён встал со своей кровати, ломая остатки тоскливых мыслей, и быстро подошёл к письменному столу, упрямо надувая губы. Кое-как перетерпев семейный ужин на кухне под страдальческие вздохи Ахён, парень дождался глухой полночи. За окном стояла глухая, леденящая осенняя ночь. Тэ долго залипал в потолок, чувствуя, как кулон-сердечко на шее тихо звякает от волнения, но в самый разгар ночи он наконец-то решился взять в руки телефон. Пальцы заметно дрожали, когда он открывал чат с соседом по парте.

«Чонгук. Ты не спишь ещё там?» — застрочил Ким на клавиатуре, полностью забивая на правила приличия.

Ответ прилетел почти в ту же секунду: «Нет, а что вообще стряслось-то?»

«Можем прямо сейчас серьёзно поговорить?» — прищурился Тэхён, упрямо сжимая телефон в кулаке.

«Ладно. Давай, без проблем», — отозвался макнэ по ту сторону экрана.

«Тогда я жду тебя на улице, около своего дома», — хладнокровным тоном напечатал Тэ, накидывая на плечи тёмное пальто.

Чонгук от такого сообщения завис посреди своей комнаты. Парень панически округлил свои большие глаза-пуговицы под чёрной чёлкой, его челюсть отвисла от тотального шока, и он истошно застрочил в ответ: «СТОП!!! КИМ ТЭХЁН, ТЫ НЕНОРМАЛЬНЫЙ ВООБЩЕ?! В полночь на улицу идти?! Какого хера?! Я думал, мы по переписке обо всём поговорим!»

Тэхён утомлённо выдохнул, прижал светящийся телефон к груди, чувствуя, как сердце бьётся от горькой ревности из-за Ахён, и сокрушительно надломленным шёпотом отправил последнее сообщение в темноту: «Ну пожалуйста, Чонгук... Я тебя пи+дец как сильно прошу.».

«Ладно, с+ка. Одеваюсь уже. Жди», — наконец-то обречённо высветилось на экране от Чонгука. Тэхён тихонько, пытаясь вообще не шуметь, вышел из комнаты. Но стоило парню аккуратно сделать шаг мимо соседней дубовой двери, как за стеной раздалось забавное, жутко сонное бормотание. Ким Ахён спала без задних ног, полностью растеряв всю свою дневную ауру грозной психопатки, и жалобно выдала во сне:

— Ой... Конфету хочуууу... Отвалите от меня...

Тэхён от такой детской философии сестры на ходу намертво застыл у косяка, угарно скривился в темноте, но на его лице проскочила сочная, тёплая ухмылка старшего брата. Вся его былая злость на мелкую пулей испарилась из башки. Он ведь только что вспомнил её слова: «Я ни в чём не виновата...» Парень осторожно нажал на ручку, хладнокровно выскользнул на крыльцо и прикрыл за собой дубовую дверь, шагая в леденящую темноту сырой ноябрьской ночи Сеула.

Тэхён увидел Чонгука и быстро подбежал к нему. На его шее под тёмным пальто жутко панически звенело серебряное кулон-сердечко.

— Слышь, Ким, ну давай, рассказывай быстро — утомлённо выдохнул Чонгук, упрямо поправляя воротник куртки, которая сочно скрипнула. Парень панически округлил свои большие глаза-пуговицы под чёрной чёлкой и угарно скривился. — Домашку не сделал по физике? Я тоже, можешь не просить! Зря только в полночь меня сорвал!

Тэхён коварно прищурился, заглядывая Демону прямо в лицо, и на его бледной физиономии проскочила сочная ухмылка:

— Да закрой ты свой рот на+уй со своими конспектами, Чон! Короче... А вот пошли прямо сейчас ко мне домой! Живо!

Тэхён упрямо сжал кулаки в карманах, ведь в его голове пулей вспыхнул один жутко рискованный план. Ким со всей силы захотел лично проверить, как этот наглый Чонгук поведёт себя, если окажется в одном доме со спящей Ахён. Подойдёт ли он скрытно к её двери, или его былая влюблённость из девятого «К» - это всего лишь пустые слова?

— Ну... Ладно, пошли, — растерянно хлопнул ресницами Чонгук, сильно смутившись от такого предложения и послушно кивая головой. — Дома у тебя безопасней сидеть.

Тэхён на цыпочках, пытаясь ни+уя не шуметь, зашёл в тёмную квартиру. Чонгук тихо переступил порог следом за другом.

— Так, Чон, дуй в ванную мыть руки, — панически зашептал Тэхён. — А я пока что побегу к себе и хоть немного приберусь в комнате. Давай быстро.

Чонгук вытер руки пушистым полотенцем и ленивой походкой направился к комнате Тэхёна, упрямо шмыгая носом. А Тэхён на цыпочках, тихонько и скрытно шагал прямо за его спиной. Макнэ вообще не знал, что за ним следит друг. Но стоило Чонгуку подойти ближе, как тишину квартиры сокрушительно разорвал истошный девичий вопль:

— ПОМОГИТЕЕЕЕ!!! СПАСИТЕ!!! А-А-А-А-А!!! — во весь голос панически закричала за стеной Ким Ахён.

Чонгук от мысли, что девчонку убивают, пулей растерял всю свою наглую броню Демона. В его угольно-чёрных глазах-пуговках загорелся самый настоящий страх, сердце бешено забилось, и парень истошно заорал:

— Ахён?! Бл+ть, Ахён, держись!!! Я бегу!!!

Парень со всей дури рванул вперёд, его куртка сочно зашуршала, и он пулей, с пинка распахнул дверь её спальни, готовый порвать любого врага на куски. Тэхён, затаив дыхание, намертво застыл в тени у косяка приоткрытой двери, прожигая комнату леденящим взглядом. На его шее под футболкой панически звенело серебряное кулон-сердечко.

Макнэ удивлённо округлил свои большие глаза-пуговицы под чёрной чёлкой, тяжело дыша и глядя на то, как Ахён преспокойно дрыхнет, угарно засунув руку под подушку и сонно причмокивая.

— М-м-м... Блин... Вкусно как... — жутко тихо пробормотала мелкая психопатка, сладко причмокивая губами. Чонгук на ходу намертво завис посреди ковра, сильно смутившись. Кончики его ушей наэлектризованно покраснели от стыда, и макнэ растерянно прошептал:

— Ей там вообще... ей там чё за херня сумасшедшая сейчас снится-то, а? Я думал, её тут убивают, а она конфеты жрёт... А может... может, я её тут интересы скрытные узнаю?

Чонгук упрямо думал, что он в комнате совершенно один. Парень включил яркий фонарик на телефоне и стал увлечённо рассматривать девичьи вещи на полках. На его бледном лице проскочила сочная ухмылка бэд-боя.

— Конфеты... Печеньки повсюду... — жутко тихо прошептал макнэ под нос, надувая кроличьи щёчки от нахлынувшего смущения. — Значит, логика простая: надо постоянно дарить ей кучу еды! А может... может, тайную записку ей прямо сейчас поставить на тумбочке? А может подложить её же конфету? Хотя... Мне надо пи+дец как сильно спешить обратно к Тэхёну в комнату!

Чонгук без лишних раздумий взял со стола чистый клочок бумажки и синюю ручку. Парень задрал нос и уверенно застрочил ровным почерком строки. Когда Чонгук хладнокровно закончил писать, он оставил листок на тумбочке, выключил фонарик и быстро отошёл, направляясь к выходу из комнаты. Тэхён скрылся в темноте коридора, чтобы друг его не заметил, а когда Чонгук прошёл в ванную, Тэ на цыпочках заглянул обратно в спальню сестры. Взгляд Кима сокрушительно наткнулся на записку. На белой бумаге чётко выводилось признание:

Ты смешная, когда спишь. Лучше человека во всей этой нет. Надеюсь, ты в один прекрасный день заметишь это и поймёшь, кто я такой на самом деле. Парень из 11-«Н».

Тэхён от таких строк на ходу намертво застыл посреди комнаты сестры, а его челюсть пулей отвисла до самого линолеума. В его башке сгорели абсолютно все предохранители, уступая место горькому, разрывающему душу стеклу.

— Лучше человека нет... Нет... — жутко тихо, сокрушительно надломленным шёпотом повторил Тэ в леденящую темноту спальни, забавно надувая губы, чтобы упрямо сдержать выступившие слёзы. Парень судорожно сжал кулаки и пафосно процедил сквозь зубы: — Ладно, бл+ть... Ладно, Чон Чонгук...

Парень быстро выскочил обратно в коридор и зашагал к своей комнате, пока Чонгук возвращался к нему после ванной. Чонгук пафосно распахнул дубовую дверь и вальяжной походкой зашёл в спальню друга, упрямо надувая кроличьи щёчки:

— Слышь, Тээээ! Я там, бл+ть, в ванной сто лет усердно руки мыл, а ты за это время у себя в комнате так ни+уя и не убрал, что ли?!

Тэхён неподвижно сидел на краю своего матраса, упрямо пряча пальцы в карманы и прожигая Демона своим самым леденящим, строгим взглядом насквозь. На его шее под футболкой жутко панически звенело соединённое кулон-сердечко. Парень пафосно задрал нос выше потолка, сочно ухмыльнулся Чонгуку прямо в его наглую физиономию и жутко спокойно, хладнокровным тоном выдал сокрушительную базу:

— Ну прости уж, Чон... Было темно, и так я не понял, ты свою эту любовную записку на тумбочке моей сестры Ахён сейчас чёрной или синей ручкой написал, а?

— Что? — упрямо надул кроличьи щёчки Чонгук от нахлынувшего смущения, пока его куртка сочно скрипела от быстрых жестов. — Слышь, Тэ... Что ты сейчас вообще такое несёшь, бл+ть?

— А то, Чон Чонгук, с+ка! Ты на этой тумбочке усердно накатал строки: «Лучше человека нет»... Ну ты бы, бл+ть, хотя бы из приличия мог написать, что для тебя лучше ДЕВУШКИ на свете нет!

— Да с какого хера-то, Ким?! Я ведь и так её именно лучшим человеком считаю, скрывать бессмысленно! — в тотальной панике выкрикнул Чонгук, кончики его ушей под чёрной чёлкой наэлектризованно покраснели.

— А я тогда, выходит, по-твоему, вообще не лучший человек в твоей жизни, да?! — во весь голос наэлектризованно прикрикнул Тэхён, полностью теряя свою королевскую мину вредины. — Я - твой единственный возвращённый лучший друг из детства, для тебя теперь вообще пустое место?!

— Да причём тут ты, Тэ?! У нас тут, бл+ть, сейчас дело идёт строго о настоящей любви, а вовсе не о нашей пацанской дружбе, с+ка!

— О любви?... — эхом, жутко тихо повторил Ким Тэхён, чувствуя, как его сердце пулей разрывается на мелкие кусочки. Парень смутился, сделал резкий шаг к макнэ, заставляя серебряное сердечко звеняще качнуться: — О любви, говоришь, Чон?... А что, если я прямо сейчас со всей силы возьму и скажу тебе, что мы с тобой на самом деле надёжно связаны, а?! Намертво связаны, с+ка! Что ты на это выдашь?!

— Да какое там, связаны, Ким Тэхён?! Ты что, реально еб+нулся после уроков?! Мы с тобой просто друг. Какая связь?!

— Ты мой друг... — Тэхён на ходу намертво застыл напротив него, утыкаясь взглядом в пол. Эти леденящие слова Демона вонзились прямо в его психологическую травму. Парень забавно надул губы, упрямо сдерживая выступившие слёзы, медленно поднял голову и жутко тихо выдал финальный вердикт: — Лучший друг, с+ка, а не просто друг! Тогда какого хера ты, Чон Чонгук, упрямо и нагло мне в глаза врёшь, а?! Что ты мне сделаешь? Зачем лгать лучшему другу, с+ка?! Отвечай мне честно!

Чонгук от такой тотальной наглости окончательно потерял остатки своего макнэ-терпения. В его угольно-чёрных глазах вспыхнули опасные, разъярённые искорки Демона. Парень со всей дури сокрушительно надломил голос и во всю глотку яростно заорал на Тэхёна:

— ДА КАК ТЫ ВООБЩЕ МОЖЕШЬ ТАК НАПЛЕВАТЕЛЬСКИ ОТНОСИТЬСЯ К МОИМ НАСТОЯЩИМ ЧУВСТВАМ, КИМ ТЭХЁН?! ЛУЧШИЙ ДРУГ ПОНЯЛ БЫ МЕНЯ СРАЗУ, А НЕ УСТРАИВАЛ ЭТО ВСЁ!! ПОДАВИСЬ УЖЕ ЭТОЙ ЦЕПОЧКОЙ!

Чонгук резким движением со всей дури сорвал со своей шеи серебряную цепочку и с размаху выкинул на пол. Сердечко со звоном ударилось о линолеум, забиваясь под шмотки.

— Чонгук!!! Нет, стой! Погоди!!! — панически, во весь голос закричал Тэхён, пулей бросаясь вперёд со своего матраса. Но было уже поздно. Чонгук резко развернулся на пятках, его куртка сочно зашуршала, и он со всей дури наэлектризованно хлопнул дубовой дверью спальни, оставив Тэхёна одного.

— Бл+ть... Где же оно? Где эта цепочка?! — панически прошептал Тэхён, пулей падая на колени. Парень усердно искал цепочку в темноте. Наконец его пальцы наткнулись на холодный металл - она зашла под кровать. Тэ бережно взял её оттуда, прижал обе цепочки к груди, и из его глаз пулей покатились горькие слёзы. Парень со всей силы стал бить себя ладонью по лицу:

— Нет... Нет, нет-нет-нет! Пожалуйста, Тэ... Проснись! Проснись! Это просто дебильный сон!

Тэхён без лишних раздумий в одном домашнем худи пулей выбежал на улицу, сжимая в кулаке две цепочки. Ким ошарашенно обвёл взглядом тёмную безлюдную аллею и истошно заорал на весь квартал:

— ЧОНГУК!!! ТЫ ГДЕ?! ЧОНГУУУК...

Его крик становился всё тише и тише от безысходности, пока окончательно не превратился в робкий, жутко надломленным шёпот. Парень взглянул на телефон. Его пальцы бешено дрожали, когда он строчил новые сообщения, но они упрямо не долетали, а аватарка Чонгука пулей пропала, значит Тэхён официально в чёрном списке. Тэхён уныло опустил руку с мобильным, забавно надувая губы, и из его рта в леденящую пустоту вылетел финальный шёпот:

— Чонгук... С+ка... Я же на самом деле люблю тебя...

— Ким... Тэхён? — вдруг негромко раздался из леденящей полуночной темноты знакомый голос. Тэхён обернулся. Рядом стоял сын директора школы. На бледном лице Мин Юнги проскочила привычная ехидная мина.

— Юнги, бл+ть... Я сейчас сильно занят, уходи, — сокрушительно надломленным тоном процедил Тэхён.

— Ну извините уж, Ким, рот свой закрой, — ленивой походкой подошёл ближе Сахарок. — Мой дом рядом с твоим. Я услышал твой крик на всю пустую улицу. Ты сейчас случайно занят не практикой «Позвать на помощь в случае пожара», а?! Или еще чего нибудь?!

— Юнги... Он ушёл... Намертво ушёл... — задыхаясь от нахлынувшего ангста, выдохнул Тэ.

— Да кто, бл+ть, ушёл-то?! Выложи мне чёткую строчку!

— Чонгук...

— Куда ушёл?! Посреди ночи?! Тэхён, присядь живо прямо здесь на лавку! Рассказывай быстро, че этот Демон в кожанке натворил!

— Долго объяснять... — уныло выдохнул Тэхён.

— Господи, Ким, — страдальчески закатил глаза Мин Юнги. — Я так сильно мечтал нормально поспать перед уроками! Давай пулей скажи мне всю эту сочную херню строго в двух словах!

Тэхён набрал побольше воздуха в лёгкие и сокрушительно надломленным голосом выдал всё на одном дыхании:

— Он обиделся на меня, потому что я люблю его, хоть об этом и не сказал, но я кричал, потому что он любит Ахён.

Мин Юнги от такого речевого потока друга стал угарно загибать пальцы на руках, лихорадочно подсчитывая масштаб катастрофы:

— Так... Восемь, девять, десять... Слышь, придурок, так это же, ни+уя не два слова получаются, а целые двадцать три!

— Ты меня сейчас своими дебильными подсчётами слов рассмешить не сможешь, забей, — уныло выдохнул Ким Тэхён.

— Это я уже и сам чётко понял, Ким. Давай ты хорошенько поспишь на своём матрасе, и завтра утром в школе вы все дружно выясните всё?

— Как, бл+ть, выясните, Юнги?... Как, если я у него в чёрном списке намертво сижу?...

— ДА БЛ+ТЬ, КИМ ТЭХЁН!!! ПРОСТО ИДИ СПАТЬ!!! МЕНЯ НЕ ЕБ+Т ТВОЙ ЧЁРНЫЙ СПИСОК!!! — во весь голос яростно заорал Сахарок. — Живо марш под одеяло! Навязались вы оба на мою голову!

Тэхён шагал сквозь глухую ночную тьму обратно к своему дому. Вокруг стояла леденящая тишина, но в запутавшейся башке Кима со всей силы продолжало греметь бешеное эхо Чонгука: «НАПЛЕВАТЕЛЬСКИ, С+КА!!! БЫЛ МНЕ НАСТОЯЩИМ... КАК ТЫ МОЖЕШЬ... ПОДАВИСЬ ЭТОЙ ЦЕПОЧКОЙ!!!»

Тэ судорожно вздохнул, его кончики ушей горели от тотального шока. Парень шёл на автопилоте, еле переставляя ноги:

— Надо... Дойти... До дома... Надо, с+ка... А то я сейчас точно здесь упаду, как Чимин...

Парень аккуратно нажал на ручку, хладнокровно проскользнул обратно в свою спальню и обречённо рухнул лицом прямо в подушку. Тэхён со всей силы сжал подушку, утыкаясь в неё лицом. А рядом уныло лежали на простыне две разорванные половинки кулона... Ким забавно надул губы, упрямо кусая их, и сокрушительно надломленным шёпотом повторил свою давнюю фразу, вспоминая Чонгука:

— Лучше бы я тогда реально с этого старого дерева упал бы навзничь... так хоть бы на месте сразу умер, а то тут сижу и страдаю как последнее уёб+ще...

Парень закрыл глаза, но в его голове, одно за другим, пулей начали вспыхивать обрывки чужих слов и воспоминаний о Чонгуке. В мыслях эхом проносилось все мгновения прошедших дней:

«Операторы не умирают...»

«Тэ, вот тебе мой подарок! Так мы сможем найти друг друга в далёком будущем!..»

«А... а Ахён глупая...»

«ДА Я, С+КА, НАМЕРТВО НЕНАВИЖУ ЭТУ ФИЗИКУ!!!»

«Утром я резко проснулся, бл+ть, и понял, что пи+дец как опаздываю в школу...»

«Она же младшая сестра Ким Тэхёна — моего самого лучшего друга по жизни...»

Тэхён со всей силы зажал уши ладонями, чувствуя, как его сердце пулей разрывается на мелкие кусочки. Парень резко перевернулся на матрасе, уставившись в темноту, и истошно, во весь голос заорал в подушку:

— ЧТО Ж ЗА ЖИЗНЬ-ТО ТАКАЯ, С+КА!!! ЗА ЧТО МНЕ ВСЁ ЭТО?!