Нить времени

А потом наступил день, когда они решили устроить «великий пикник у бассейна». Родители накрыли стол на лужайке, девочки носились туда-сюда, таская тарелки, и в какой-то момент Джесс заметила, что Петунья стоит в стороне, смотрит на воду и выглядит… задумчивой. Не такой, как обычно.

Джесс подошла к ней, держа в руках тарелку с бутербродами:

— Ты чего? Не хочешь играть?

Петунья пожала плечами, но не смотрела на неё:

— Да нет… просто думаю. Иногда кажется, что лето такое длинное, а потом — бац! — и уже пора обратно. И всё это останется тут. Как сон.

Джесс нахмурилась, пытаясь подобрать слова:

— Но мы же будем вспоминать. И снова сюда приедем. Или куда-то ещё. Главное, что мы вместе.

Петунья наконец посмотрела на неё, и в её глазах мелькнуло что‑то тёплое — то, что она редко показывала:

— Знаешь, ты иногда говоришь такие вещи… и сразу становится не так грустно.

— Это потому что я мастер по поднятию настроения, — гордо заявила Джесс, протягивая ей бутерброд. — Ешь. А то от грусти бутерброды портятся.

Петунья фыркнула, но взяла бутерброд:

— Только потому, что я голодна. Не потому, что ты меня убедила.

— Конечно, — кивнула Джесс, стараясь не улыбаться слишком широко. — Я всё поняла.

В тот вечер они сидели у бассейна до темноты, пока родители не сказали: «Ну всё, юные волшебники и неволшебницы, пора спать, а то завтра будете зевать, как совы днём». Девочки нехотя разошлись по комнатам, но ещё долго шептались, делились историями и смеялись над тем, как Джесс пыталась «зачаровать» лягушку, чтобы она прыгала по команде, а она просто посмотрела на неё и ускакала.

— Я почти уверена, что она мне подмигнула, — говорила Джесс, лёжа на кровати и глядя в потолок.

— Джесс, лягушки не умеют подмигивать, — спокойно сказала Петунья из соседней кровати.

— Эта умела, — упрямо ответила Джесс. — Она была особенная.

Лили, которая сидела на подоконнике, глядя на звёзды, тихо рассмеялась:

— С тобой никогда не бывает скучно.

Две недели пролетели, как один день — яркий, шумный, наполненный смехом, брызгами воды и ощущением, что счастье — это когда ты сидишь на краю бассейна, рядом с подругами, и знаешь, что они — твоя семья.

Когда пришло время уезжать, Джесс стояла у калитки, смотрела на дом, на бассейн, на деревья, и чувствовала, как внутри что‑то сжимается. Но потом Лили подошла, взяла её за руку, а Петунья, будто невзначай, положила ладонь ей на плечо:

— Не грусти. Это же не прощание. Это «до встречи».

И Джесс улыбнулась, потому что знала: впереди ещё столько дней, столько приключений, столько летних каникул — и все они будут такими же яркими, как это солнце, отражающееся в воде.