Нить времени

Джесс посмотрела в окно — на мелькающие поля, на далёкие холмы, на небо, которое становилось всё выше и синее.

— Знаете, — тихо сказала она, — иногда самое важное начинается вот так. С купе, с поезда, с ребят, которых ты только что встретил. И с того, что вы вдруг понимаете: вы не одни.

Джеймс посмотрел на неё, улыбнулся — широко, искренне.

— Точно, — кивнул он. — А ещё с бутербродов. Питер, поделись?

Питер улыбнулся, протянул бутерброд — и в этот момент Джесс поняла: её приключение только начинается. И оно будет самым настоящим.

Сириус тут же потянулся к бутерброду, но Питер дёрнул руку назад.

— Эй, это мой! — возмутился он.

— Один укус, — хитро прищурился Сириус. — Или я расскажу всем, как ты в поезде испугался совы.

— Она на меня спикировала! — оправдывался Питер. — У неё глаза были как блюдца!

Римус фыркнул.

— Сова просто хотела познакомиться.

— Нет, она хотела мой бутерброд, — буркнул Питер, но всё же отломил кусочек и протянул Сириусу. — Ладно. Но только один.

Сириус торжественно откусил, зажмурился, будто пробовал королевское угощение.

— Идеально, — провозгласил он. — Питер, ты гений бутербродов.

Питер покраснел, но в глазах мелькнуло удовольствие.

— Это с сыром и огурцом, — тихо сказал он. — Мама сделала.

— Твоя мама — волшебница, — серьёзно заявил Джеймс.

— В прямом смысле? — хихикнула Джесс.

— В самом прямом, — кивнул Джеймс. — Потому что это лучший бутерброд в мире.

Римус тихо рассмеялся.

— Вы невозможные, — пробормотал он, но уголки его губ всё равно ползли вверх.

— Именно, — гордо заявил Сириус. — Мы невозможные. И поэтому с нами никогда не бывает скучно.

Джеймс наклонился вперёд, будто собирался раскрыть великую тайну.

— Слушайте, — заговорщически прошептал он. — Давайте договоримся: что бы ни случилось в Хогвартсе, мы всегда будем держаться вместе. Даже если нас распределят на разные факультеты. Даже если директор скажет, что мы не можем сидеть в одном классе. Даже если… ну, даже если жаба снова начнёт прыгать по потолку.

Сириус поднял руку.

— Клянусь, — торжественно сказал он.

Римус тоже поднял руку, чуть помедлив.

— Клянусь, — тихо, но твёрдо произнёс он.

Питер поднял руку, прижимая к груди остаток бутерброда.

— Клянусь, — выдохнул он.

Джесс подняла руку, чувствуя, как по спине пробегает тёплая волна.

— Клянусь, — сказала она. — И знаете что? Я думаю, из нас получится отличная команда.

Джеймс расплылся в улыбке.

— Команда, — объявил он. — Звучит, да?

Сириус хмыкнул.

— Звучит так, будто мы собираемся ограбить банк Гринготтс.

— Не банк, — поправил Джеймс. — А скуку. Мы будем грабить скуку и раздавать веселье.

Римус закатил глаза, но не смог сдержать улыбку.

— Только без пожаров, ладно? — попросил он.

— Без больших пожаров, — уточнил Сириус.

— И без взрывов, — добавил Питер.

— Мелкие взрывы разрешены, — подмигнул Джеймс.

Джесс смеялась до слёз, а потом вдруг затихла и посмотрела на каждого из них — на Джеймса с его неукротимой энергией, на дерзкого Сириуса, на спокойного Римуса, на застенчивого Питера.

— Знаете, — тихо сказала она, — я из другого времени. И я не знаю, что ждёт нас впереди. Но я точно знаю одно: я очень рада, что встретила вас. Прямо здесь. Прямо сейчас.

Джеймс серьёзно кивнул.

— Мы тоже, Джесс, — сказал он. — Мы тоже.

Поезд мчался вперёд, унося их к Хогвартсу, к приключениям, к тайнам и к дружбе, которая только начинала расти. И в этот момент Джесс поняла: неважно, из какого она времени. Важно, что здесь и сейчас у неё есть друзья, смех и целая жизнь, полная чудес.