мы вместе умрём

Весь следующий день я ходила сама не своя. Уроки пролетели как в тумане. Мои пышные тёмные кудри то и дело лезли в лицо, пока я судорожно кусала губы, глядя на школьные часы. Стрелки неумолимо приближались к пяти вечера. Кащей со своими суперами куда-то уехал ещё утром, так что караулить меня у дома было некому.

Я твёрдо решила: дома я не останусь. Если Миша такой упрямый и поехал ради бабушки в промзону, я поеду за ним.

На нужный автобус я успела в самый последний момент. Заскочив в полупустой, пропахший бензином и сыростью салон, я забилась на самое заднее сиденье и натянула вязаную шапку до самых бровей. Через три ряда от меня у грязного окна сидел Миша. Он бережно прижимал к груди белый аптечный свёрток с лекарствами, испуганно глядя на серые, мелькающие за стеклом казанские пейзажи. Он думал, что едет один.

Автобус затормозил у окраины города. За окном потянулись мрачные, обшарпанные бетонные заборы промзоны.

- Остановка «Заводская». Конечная, - глухо прохрипел водитель по громкой связи, и двери с шипением распахнулись.

Миша поднялся и вышел на пустой заснеженный перрон. Я выждала пару секунд и аккуратно двинулась следом, прячась за бетонными столбами старого павильона. Вокруг стояла зловещая, мёртвая тишина, нарушаемая только завыванием мартовского ветра. Та самая пустая автобусная остановка, про которую Кащей шептал в трубку. Ловушка.

Я судорожно огляделась по сторонам, и моё сердце мгновенно ушло в пятки. Из-за ржавых железных гаражей напротив медленно вынырнули трое. Тот самый Щербатый и двое его дружков из «Хади Такташ». Они лениво перекидывали из руки в руку тяжёлые арматурины, а на их лицах играли предвкушающие, жестокие ухмылки.

Миша замер на месте, крепче прижав лекарства к груди. Назад бежать было некуда.

- Ну че, универсамовский, приехал? - нагло крикнул Щербатый, делая шаг вперёд. - Привет тебе от твоего старшего. -

Я уже открыла рот, чтобы закричать и броситься к Мише, как вдруг со стороны завода раздался оглушительный, заливистый свист. Из-за проходной с весёлым матом и криками вывалилась огромная толпа человек тридцать мужиков в тяжёлых рабочих спецовках. Заводская смена закончилась ровно в пять вечера.

Хадитакташевские мгновенно осеклись. Щербатый испуганно выругался, глядя на толпу суровых советских рабочих, которые шумно повалили прямо к автобусному павильону. Светить арматурой перед кучей взрослых мужиков уличные бандиты не решились.

- Слышь, скорлупа, тебе крупно повезло, - зло выплюнул Щербатый, пряча железку под куртку. - Но мы этот адрес запомнили. Земля круглая -

Они резко развернулись и быстро скрылись в лабиринте гаражей.

У меня подкосились ноги, и я едва не сползла по бетонной стене остановки. Живой. Миша остался живой, их план провалился! Смена рабочих спасла его в самую последнюю секунду. Миша, так ничего и не поняв, спокойно зашёл в подошедший автобус, а я осталась стоять на платформе, пытаясь унять дикую дрожь в пальцах.

В этот раз у них ничего не получилось. Но глядя на серый, холодный асфальт под ногами, я внезапно почувствовала, как по спине пробежал леденящий ужас. Ловушка просто перенеслась. И я почему-то точно знала, что всё только начинается.