История злодея

***
Тэхен не спешил. Он смотрел на Чонгука, лежащего под ним, и в его взгляде смешивались торжество и что-то более тёмное, что он сам не мог до конца осознать. Чонгук лежал неподвижно, отвернув лицо в сторону, и смотрел в стену пустыми, ничего не выражающими глазами. Он уже ушёл отсюда. Он был где-то далеко, в той части сознания, куда не доходила боль.

- Посмотри на меня, - тихо сказал Тэхен, и его голос был ровным, но требовательным.

Чонгук не шевельнулся. Он не мог. Не хотел. Он слышал голос Тэхена, но он доносился до него будто сквозь толщу воды, приглушённый и неважный. Его тело было здесь, но разум плыл где-то в темноте, отключая всё, что могло причинить боль.

Тэхен нахмурился. Он взял Чонгука за подбородок и повернул его голову к себе. Пальцы были твёрдыми, почти грубыми. Чонгук не сопротивлялся, он просто позволил себя развернуть. Его глаза встретились с глазами Тэхена, но в них не было ничего. Ни страха, ни надежды. Только пустота.

- Ты понял, на что согласился? - спросил Тэхен, и в его голосе появилась сталь. - Ты знаешь, что я буду делать?

Чонгук моргнул. Он хотел ответить, но слова застревали в горле. Он просто кивнул. Коротко, почти незаметно.

- Я не слышал, - сказал Тэхен, и его голос стал жёстче.

- Да, - прошептал Чонгук, и голос его дрожал. - Я знаю.

Тэхен медленно кивнул, и на его губах появилась тень улыбки. Он отстранился на мгновение, снимая рубашку, и Чонгук увидел его тело сильное, мускулистое, покрытое татуировками, которые змеились по коже, как тени. Он выглядел как хищник, который готовится к охоте. И Чонгук был его добычей.

Тэхен навис над ним, и его руки начали медленно расстёгивать пуговицы форменной жилетки. Его пальцы были холодными, но прикосновения обжигали кожу, оставляя за собой дорожку мурашек. Чонгук вздрогнул, когда руки Тэхена коснулись его обнажённой груди, и он зажмурился, пытаясь отгородиться от реальности.

- Открой глаза, - приказал Тэхен, и его голос стал ниже, с хрипотцой. - Я хочу видеть твои глаза.

Чонгук подчинился. Он открыл глаза, и они встретились. Взгляд Тэхена был тёмным, почти чёрным, и в нём горел холодный огонь. Чонгук смотрел в этот огонь и чувствовал, как внутри него всё замирает.

Тэхен наклонился, прижимаясь к его телу. Его руки скользили по бёдрам, сжимая их, раздвигая. Чонгук чувствовал, как его одежду снимают грубо, нетерпеливо, не оставляя пространства для иллюзий. Он был полностью обнажён перед этим мужчиной, и он не мог ничего сделать. Он только лежал, сжав кулаки, и смотрел в потолок. Когда Тэхен вошёл в него, Чонгук закричал.

Это был резкий, пронзительный крик, который вырвался из его горла, и он не мог его сдержать. Боль была острой, раздирающей, она пронзила его тело от копчика до макушки, заставляя выгибаться на кровати и хватать ртом воздух. Слёзы хлынули из его глаз, горячие и солёные, и он не пытался их остановить.

Тэхен замер на мгновение, чувствуя сопротивление, и в его глазах мелькнула тень удивления. Он не знал. Он не мог знать, что для Чонгука это впервые. Но сейчас, когда он почувствовал это, что-то внутри него дрогнуло.

- Почему ты не сказал? - прошептал Тэхен, и в его голосе послышалось нечто, похожее на сожаление.

Чонгук не ответил. Он не мог говорить. Он лежал, сжимая простыни в кулаках, и ждал, когда всё закончится. Его тело дрожало, по щекам текли слёзы, и он чувствовал себя сломленным. Разрушенным.

Тэхен начал двигаться. Медленно, но безжалостно. Каждое движение приносило боль, и Чонгук чувствовал, как его тело разрывается на части. Он хотел закричать, но голос отказал. Из его горла вырывались только хрипы и всхлипы, которые он не мог сдержать.

Тэхен был грубым. Он не старался быть нежным. Он брал то, что ему принадлежало, и в этом не было любви. Не было страсти. Только обладание. Только власть.

Чонгук чувствовал руки Тэхена на своих бёдрах, чувствовал, как тот сжимает их, раздвигая шире, и внутри него разрасталась пустота. Он уже не чувствовал боли. Только холод, который заполнял каждую клетку его тела.

- Ты мой, - прошептал Тэхен, и в его голосе была одержимость. - Ты всегда будешь моим...

Чонгук закрыл глаза. Он больше не мог смотреть на этого человека. Он просто лежал, позволяя делать с собой всё, что угодно, и ждал, когда всё закончится.

Это длилось долго. Или нет. Чонгук потерял счёт времени. Он просто существовал в этом мгновении, чувствуя, как его тело используют, как его душа умирает медленной смертью.

Когда Тэхен кончил, он замер, прижимаясь к Чонгуку. Его дыхание было тяжёлым, прерывистым, и он чувствовал, как внутри него разливается странное тепло. Он отстранился, глядя на Чонгука, лежащего неподвижно на кровати.

Чонгук не шевелился. Он лежал на спине, уставившись в потолок, и его глаза были пустыми. Слёзы высохли на его щеках, оставляя липкие следы. Его тело дрожало, губы были искусанными, и на бёдрах уже начинали проступать синяки от пальцев Тэхена.

Он лёг рядом, чувствуя усталость, которая навалилась на него внезапно и тяжело, как свинцовое одеяло. Он хотел сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Он смотрел на Чонгука, на его опустошённое лицо, и внутри него шевелилось что-то, что он не мог назвать.

Чонгук не отвечал. Он не смотрел на него. Он просто лежал, как сломанная кукла, и смотрел в потолок. Его дыхание было ровным, но слишком тихим.

Тэхен чувствовал, как веки тяжелеют. Бессонница, которая мучила его месяцами, которая пожирала его изнутри, начала отступать. Он чувствовал, как тепло разливается по его телу, успокаивая, убаюкивая. Он не понимал, что происходит, но он знал, что это именно то, чего он ждал.

Голубая вода, пронеслось у него в голове, и он услышал голос отца. Дождевая вода с голубой аурой. Это единственное, что нас лечит.

Тэхен закрыл глаза. Он чувствовал запах Чонгука, его тело, и внутри него всё успокаивалось. Бессонница уходила, оставляя после себя только лёгкую усталость, которая была похожа на блаженство.

Он смотрел на Чонгука, лежащего рядом, и в его взгляде появилось что-то, чего раньше не было. Что-то похожее на нежность.

Тэхен закрыл глаза, и впервые за долгие месяцы провалился в глубокий, спокойный сон. Без сновидений. Без боли. Просто темнота, которая была похожа на исцеление.

Чонгук лежал рядом, смотря в потолок, и его глаза были пустыми. Он не спал. Он не мог спать. Он чувствовал, как его тело болит, как внутри него зияет пустота. Он продал себя. Он отдал себя этому человеку. И теперь он не знал, сможет ли когда-нибудь стать прежним.

Он повернул голову и посмотрел на Тэхена. Тот спал. Его лицо было расслабленным, почти беззащитным. Темные круги под глазами казались меньше, дыхание стало ровным и глубоким. Чонгук смотрел на него и чувствовал, как внутри него разрастается ненависть. Ненависть к этому человеку. Ненависть к себе за то, что позволил этому случиться.

Но вместе с ненавистью в нём было что-то ещё. Что-то, что он не мог понять. Что-то, что шептало ему, что это только начало. Что всё только начинается.

Он закрыл глаза и позволил тьме накрыть его. Он не хотел думать о завтрашнем дне. О том, что будет дальше. О том, как он сможет жить после всего этого. Он просто хотел исчезнуть. Стать никем. Стать тенью, которая не чувствует ничего.

Чонгук лежал в темноте, чувствуя, как мир вокруг него рушится. И он знал, что это только начало.

Продолжение следует...