Сердце умеет ждать

Если бы меня попросили описать наши воскресенья в общежитии одним словом, я бы сказала: Лень.
Причём не обычная человеческая лень, а какая-то особенная, студенческая. Та, из-за которой ты готов полчаса искать способ не вставать с кровати, лишь бы не делать один лишний шаг.

Наверное, именно поэтому воскресенья были моими любимыми. Будильники молчали, никуда не нужно было бежать, не нужно было в семь утра натягивать джинсы, одновременно пытаясь почистить зубы и найти конспект, который, конечно же, снова куда-то исчез.

Воскресенье будто говорило:
''Сегодня можно всё не успеть''

За стенкой, как всегда, первой просыпалась Саша, я вообще не понимала, как она это делала. Мне казалось, что она родилась взрослой. Пока остальные студенты только переворачивались на другой бок, Саша уже что-то готовила. Из её комнаты постоянно доносился звон посуды, иногда с кухни пахло жареной картошкой, иногда сырниками, иногда ещё чем-нибудь таким, отчего желудок начинал предательски урчать. И мы точно знали, что это Саша...

При этом у неё всегда был порядок, всегда.
Кровать заправлена, одежда аккуратно сложена, на столе ничего лишнего. Иногда я заходила к ней в комнату и искренне не понимала, как можно жить настолько аккуратно. Потом возвращалась к себе...
И всё становилось на свои места. Наша комната выглядела так, словно её вчера пытались ограбить. На стуле висела одежда, под столом стояли пакеты, на столе вперемешку лежали тетрадки, зарядки, косметика, кружки и ещё куча вещей, которые почему-то никогда не находились тогда, когда были нужны. Но самое интересное заключалось в том, что этот бардак почему-то казался уютным. Мне в нём было спокойно.

Я открыла один глаз. На телефоне было почти двенадцать. Идеально. С другой стороны комнаты тихо застонала Соня.

— Сколько?

— Почти двенадцать.

Она что-то недовольно пробурчала и снова накрылась одеялом. Я тоже закрыла глаза.
Минут через пять открыла, Соня всё ещё лежала.
Она заметила, что я смотрю.

— Даже не думай.

— О чём?

— Я не встану.

— А я и не просила

— Просила взглядом

Я усмехнулась.

— Вставай

— Нет

— Почему?

— Потому что сегодня воскресенье

— Очень весомый аргумент

— Спасибо

Мы снова замолчали. На самом деле мы уже обе проснулись, но вставать никто не собирался. Потому что существовало правило, очень важное. Кто первым встал с кровати — тот делает бутерброды. Правило было глупое, но нарушать его никто не собирался.

— Сонь...

— М?

— Может, одновременно?

— Не получится.

— Почему?

— Потому что ты жульничаешь.

— Чем это?

— Ты уже ногу свесила.

Я посмотрела вниз, действительно, одна нога уже почти касалась пола.

— Это случайно.

— Конечно.

— Честно.

— Не верю.

Мы снова замолчали. Прошло ещё минут пять.
Я уже начала думать, что можно и правда встать первой, есть хотелось всё сильнее.
Но в этот момент Соня резко села на кровати. Я напряглась. Неужели проиграла?
Она молча посидела несколько секунд, тяжело вздохнула, а потом недовольно сказала:

— Да ну тебя... Я писить захотела. Так нечестно.

Я тут же расплылась в победной улыбке.

— Всё

— Даже не радуйся

— Ты первая встала

— Я знаю

— Значит...

— Да знаю я, знаю! Сейчас сделаю тебе бутерброды

Она закатила глаза и пошла к двери. Я победно плюхнулась обратно на подушку.

— Какая же я всё-таки молодец...

— Ленивая жопа ты, а не молодец! — донеслось из коридора.

— Но бутерброды-то делаешь ты!

— Бесишь!

Я довольно улыбнулась.

Соня вернулась минут через десять. В одной руке — тарелка с бутербродами, в другой — две кружки чая.

— Держи, победитель

— Спасибо, — довольно улыбнулась я, принимая тарелку.

— Не благодари. В следующий раз проиграешь ты

— Посмотрим

Мы снова забрались каждая на свою кровать. Есть на общей кухне мы никогда не любили. Там постоянно кто-то ходил, что-то готовил, шумел, разговаривал. А в комнате было уютнее.
Можно было сидеть в пижаме, есть бутерброд, листать телефон и никуда не торопиться.
Иногда к завтраку присоединялся Денис. Он вообще каким-то образом всегда появлялся вовремя. Стоило только сделать еду... Как через пару минут раздавался стук.

— Можно?

— Заходи.

— О, вы завтракаете.

— Уже догадался?

— Да по запаху.

Он смеялся и сразу устраивался рядом. Иногда приносил что-нибудь с собой, иногда просто нагло доедал наши бутерброды.

— Денис...

— Что?

— Это вообще-то мой.

— Уже нет.

— Совести у тебя нет.

— Есть.

— Где?

— Дома оставил.

Мы только закатывали глаза, спорить было бесполезно. Если Денис решил, что бутерброд теперь его... Значит, так оно и было.

После завтрака наступало самое прекрасное время воскресенья. Когда не нужно было абсолютно ничего.
Я снова легла, Соня тоже. Каждая взяла телефон, в комнате стало тихо.
Только иногда кто-нибудь из нас показывал другой очередное смешное видео.

— Смотри.

— Сейчас.

— Нет, сейчас.

— Да подожди.

— Нет, ты обязана это увидеть.

И через секунду одна из нас уже смеялась, потом другая. И снова наступала тишина.
Наверное, со стороны это выглядело очень скучно, но именно такие моменты были самыми уютными. Можно было просто молчать и никто не обижался.

Минут через пятнадцать мне захотелось пить.
Я вспомнила, что вчера вечером поставила бутылку колы возле кровати, протянула руку, пусто. Нахмурилась, попробовала ещё раз, ничего.

— Сонь...

— М?

— Ты не видела мою колу?

— Под кроватью, наверное.

Я тяжело вздохнула. Конечно. Где же ей ещё быть?
Вставать не хотелось, вообще. Поэтому сначала я честно попыталась достать её рукой, не получилось. Тогда легла животом на край кровати и свесилась вниз, почти по пояс.

— Достаёшь? — спокойно спросила Соня, даже не отрываясь от телефона.

— Почти...

Пальцы задели бутылку, она предательски укатилась ещё дальше.

— Да ну...

Я вытянулась ещё сильнее, ещё немного, ещё...
И в следующую секунду вместе с одеялом съехала на пол. Грохот стоял такой, что, кажется, его слышал весь этаж.
Соня медленно повернула голову, посмотрела на меня. Я лежала на полу, наполовину под кроватью.

— Живая?

— Почти.

Она молча смотрела ещё секунды три, а потом начала смеяться. Нет, не смеяться, ржать.
Так, что не могла остановиться.

— Я... говорила... тебе... просто... встать...

— Это был не вариант, — пробурчала я, продолжая шарить рукой под кроватью.

— Конечно.

Наконец пальцы нащупали бутылку.

— Есть!

Я победно подняла её вверх, будто только что выиграла Олимпиаду.

— Поздравляю.

— Спасибо.

И... Я так и осталась лежать на полу.

— Нют.

— Что?

— Ты чего не встаёшь?

— Мне и тут нормально.

— Господи...

— Пол прохладный.

— Ты невозможная.

— Знаю.

Я сделала несколько глотков колы, лежа прямо на полу, Соня снова засмеялась.

— Если кто-нибудь сейчас зайдёт...

— Пусть.

— Они подумают, что ты ненормальная.

— Они и так это знают.

И будто специально... В дверь постучали.
Мы одновременно замерли.

— Можно?

Голос Веры. Я медленно посмотрела на Соню, Соня — на меня.

— Заходи...

Дверь открылась, Вера заглянула в комнату.
Первое, что она увидела, — мои ноги, торчащие из-под кровати. Она несколько секунд молча смотрела на эту картину. Потом совершенно спокойно спросила:

— Ты чего там?

— Живу.

— А...

— Колу доставала.

— Понятно.

Она кивнула так, будто это был самый обычный ответ на свете, закрыла дверь и... просто села на край моей кровати. Я всё ещё лежала на полу, с бутылкой колы в руках. Соня снова начала смеяться.
Я посмотрела на неё самым серьёзным взглядом, на который была способна.

— Не смей

Она зажала рот рукой, но было уже поздно. Её опять накрыло.

Я наконец поднялась с пола, отряхнула штаны и снова забралась под одеяло. В комнате стало тихо, очень тихо. Я открыла телефон, Соня открыла телефон, Вера тоже что-то листала.
Минуту, две, три, никто не произнёс ни слова.

Самое странное было в том, что Веру эта тишина вообще не смущала, она могла просто сидеть рядом. Не потому что ей было скучно, не потому что она чего-то ждала. Ей, кажется, действительно было достаточно просто находиться с нами.
А вот нас... Нас эта тишина почему-то начинала напрягать.
Телефон тихо завибрировал, сообщение, от Сони.

Я даже не стала поднимать голову. И так знала, кто написал.

Соня:
«Блин...»

Я улыбнулась и открыла чат.

Соня:
«Ну что она опять пришла и молчит?»

Я медленно подняла глаза. Соня лежала напротив с таким невозмутимым лицом, будто вообще ни при чём.
Я посмотрела на Веру, та спокойно листала телефон. Опять посмотрела на Соню. Она едва заметно подняла брови. Мол, ну?
Телефон снова завибрировал.

Соня:
«Я не хочу с ней разговаривать»

Я уже чувствовала, как начинают дёргаться уголки губ, ответила.

Я:
«Почему сразу я?»

Сообщение пришло почти мгновенно.

Соня:
«Потому что она сидит НА ТВОЕЙ кровати»

Я посмотрела на Веру, потом на свою кровать, потом опять в телефон. Логика, конечно, железная.

Я:
«Нет»

Соня:
«Предательница»

Я прикусила губу, нельзя смеяться, вообще нельзя. В комнате и так слишком тихо. Я чувствовала, что если сейчас посмотрю на Соню, то всё, конец.

Телефон снова завибрировал.

Соня:
«Ну скажи хоть что-нибудь»

Я:
«Скажи сама»

Соня:
«Не хочу»

Я:
«И я»

Прошла ещё почти минута, абсолютная тишина. Только иногда было слышно, как кто-то листает экран телефона.

Телефон снова.

Соня:
«Не смей смеяться»

Я прочитала сообщение. Именно после него стало невозможно держаться. Я медленно подняла глаза, Соня тоже посмотрела на меня.
Ровно секунду и этого хватило. Она закусила губу, я тоже.
Мы обе отвернулись в разные стороны, плечи уже начали предательски подрагивать.

— Вы чего? — наконец спросила Вера, не отрываясь от телефона.

— Ничего... — быстро ответила я.

— А чего смеётесь тогда?

— Не смеёмся...

Это прозвучало настолько неубедительно, что Соня не выдержала первой, из неё вырвался смешок, один, совсем маленький. Я услышала его... И всё. Меня тоже накрыло. Я уткнулась лицом в подушку, чтобы хоть немного заглушить смех, плечи тряслись. Я уже не могла остановиться.
Соня вообще отвернулась к стене, она смеялась так, что кровать слегка скрипела.

— Да что случилось-то? — уже смеясь вместе с нами спросила Вера.

Мы обе только замотали головами, объяснить было невозможно. Потому что тогда пришлось бы признаться, что последние десять минут мы обсуждали её... сидя в двух метрах от неё.

— Ну вы странные...

— Есть такое... — наконец смогла выдавить я.

Вера только покачала головой и улыбнулась.
Кажется, она давно привыкла к тому, что логика у нас с Соней работала по каким-то своим законам.

И самое смешное... Так происходило постоянно.  Каждый раз, когда Вера заходила просто посидеть с нами, мы почему-то чувствовали себя обязанными её развлекать.  Хотя она никогда этого не просила, ей действительно было комфортно просто сидеть рядом.

А мы почему-то не могли принять тот факт, что иногда люди приходят не за разговорами, а просто потому, что им хорошо рядом с тобой.

— Ладно, — первой нарушила тишину Соня. — Может, хоть краситься начнём?

Я посмотрела на часы, до вечера ещё далеко.

— Уже?

— Если сейчас не начнём, опять будем бегать как ненормальные.

— Тоже верно...

Я нехотя слезла с кровати, Вера наконец тоже оживилась.

— Мне так нравятся ваши зеркала

—Да обычные, самые дешевые, что мы нашли еще на первом курсе

Соня уже вытаскивала из ящика свою косметичку...