Тени Малфой Менора.

Перед ней стоял Теодор. Лицо у него было бледным, под глазом наливался синяк, губа распухла, но он не отступил ни на шаг. Только смотрел на неё так, будто она была единственным, что удерживало его на ногах.

-Я не собираюсь тебя трогать, -тихо сказал он. -Я просто хотел убедиться, что ты не сбежишь так, что тебя потом никто не найдёт.

-А тебе какое дело?! -закричала она и вдруг, не сдержавшись, ударила его кулаком в грудь, раз, другой, третий, вкладывая в эти удары всю свою беспомощность, всю вину, всю ту ярость, которая копилась в ней с тех пор, как она увидела, как они с Регулусом катаются по полу, как их кулаки находят цель, как в их глазах гаснет всё человеческое, уступая место слепой злости.

Тео не пытался увернуться. Он просто стоял и принимал эти удары, лишь чуть наклонив голову, будто заслуживал каждого из них.

-Ты всё портишь! -кричала Арабелла, а слёзы уже бежали по щекам, размывая мир перед глазами. -Ты всегда появляешься, всё переворачиваешь вверх дном, заставляешь меня чувствовать то, что я не хочу чувствовать, а потом делаешь вид, что это нормально! И сегодня… сегодня ты подрался с Регулусом! С Регулусом, Тео! Он же младше тебя! Он мой друг!

-Он не ребёнок, -тихо, но твёрдо возразил Тео, когда она наконец выдохлась и замерла, тяжело дыша, с дрожащими руками и пустым взглядом. -Он просто любит тебя так, как я когда‑то не умел. И да, я виноват. Я сорвался. Я сказал то, чего не должен был говорить. Но я не жалею, что пришёл за тобой.

Арабелла покачала головой, будто пыталась стряхнуть эти слова, не дать им проникнуть глубже:

-Уходи. Просто уходи. Мне не нужна твоя забота. Не сейчас. Вообще никогда.

Тео сделал шаг ближе, и в этот раз она не смогла отступить.

-Я знаю, что тебе предстоит, -сказал он, и в его голосе не было ни бравады, ни попытки произвести впечатление, только спокойная, горькая правда. -Знаю про встречу с Тёмным Лордом. Драко проговорился. И я понимаю, почему ты боишься. Но именно поэтому я не могу просто стоять в стороне и делать вид, что меня это не касается.

Она замерла, будто эти слова ударили её сильнее любых кулаков. Вся её злость вдруг рассыпалась, оставив после себя только усталость.

-Белла, мне не всё равно, -просто ответил он. -И я не прошу тебя простить меня за сегодня. Но позволь мне быть рядом. Не как тот, кто всё портит. А как тот, кто поможет тебе не сломаться. Вернём то, что было между нами, если ты хочешь. Или просто позволь мне держать тебя, когда тебе страшно.

И прежде чем она успела что‑то сказать, он наклонился и поцеловал её. Ни жадно, ни отчаянно, как в библиотеке, а так, будто пытался передать ей всю ту тишину, которой ей сейчас так не хватало. На секунду Арабелла замерла, а потом, вопреки всему, ответила на поцелуй, будто её тело знало то, чего не мог принять разум.

Но уже через мгновение она резко отстранилась, упираясь ладонями ему в грудь, отталкивая не столько его, сколько, то чувство, которое грозило снова затянуть её в водоворот.

-Нет, -прошептала она, качая головой, и слёзы снова обожгли глаза, но теперь это были слёзы не гнева, а горького понимания. -Нет, Тео. Ты хочешь вернуть всё, как было, но как было, уже не будет. Ты предлагаешь мне поддержку, но каждый раз, когда ты рядом, всё становится только сложнее. Ты сам это видишь. Сегодня ты чуть не сломал Регулуса. А завтра можешь сломать меня.

Тео побледнел, будто каждое её слово было маленьким лезвием.

-Я научусь быть другим, -пробормотал он, словно цепляясь за последнюю соломинку. -Я буду тише. Буду держаться в стороне, если ты скажешь. Только не отталкивай меня совсем.

Арабелла закрыла глаза, пытаясь собрать себя по кусочкам.

-Дело не в том, что я хочу оттолкнуть тебя,-тихо сказала она, уже не крича, а просто говоря правду, какой бы горькой она ни была. -Дело в том, что сейчас мне нужно разобраться с собой. С тем, что ждёт меня через неделю. С тем, как не потерять тех, кто мне дорог. И если ты будешь рядом… если ты снова будешь тянуть меня в эту бурю… я не смогу сделать то, что должна.

Он медленно опустил руку, которой хотел снова коснуться её, и кивнул, будто принимая удар, который был тяжелее любого кулака.

-Хорошо, -прохрипел он, и голос его звучал так, будто слова царапали горло. -Если тебе нужно время, я дам его. Если нужно, чтобы я исчез, я исчезну. Но знай: я здесь. И если однажды тебе понадобится тот, кто не будет ничего требовать, а просто выслушает… я приду.

Арабелла смотрела на него, и ей хотелось броситься ему на грудь, позволить ему обнять её и сказать, что она согласна, что ей нужна его поддержка, что она устала быть сильной. Но она не могла. Как будто что-то останавливало её, будто её руки сковали тяжелые цепи, а ноги приросли к полу.

Он не стал ничего говорить, не стал уговаривать. Только на секунду задержал на ней взгляд, будто хотел запомнить её такой: уставшей, растрёпанной, с покрасневшими от слёз глазами, но всё ещё невероятно сильной.

-Иди отдыхай, -тихо сказал он и отступил на шаг, освобождая ей путь. -А я… я разберусь с тем, что натворил. С Регулусом поговорю. Извинюсь. Сделаю хоть что‑то, чтобы это исправить.

*****

Чемодан стоял посреди комнаты, распахнутый, будто зияющая пустота, в которую Арабелла пыталась сложить не вещи, а ответы на вопросы, которых становилось только больше. Она хватала то тёплый шарф, то потрёпанный блокнот, то флакон с зельем, тут же бросала обратно, всё казалось одинаково ненужным.

«А если просто уйти? снова и снова крутилось в голове, как заевшая пластинка. — Сесть на поезд, уехать туда, где никто не знает про метки, про Тёмного Лорда, про долг и честь. Где можно просто пить горячий чай и не оглядываться».

Но следом приходила другая мысль, холодная и безжалостная: «Если я сбегу, они пострадают. Драко. Регулус. Может, даже Тео…»

Она замерла у окна, прислонившись лбом к ледяному стеклу. За окном кружились снежинки, лениво и спокойно, будто мир за пределами замка вообще не знал, что внутри кто‑то вот-вот рассыплется на осколки.

Дверь тихо скрипнула. Арабелла не обернулась, и так знала, кто это. В этом коридоре шаги Регулуса всегда звучали чуть тише, чем у остальных, будто он специально старался не тревожить тишину.

-Ты собираешься увезти с собой половину Хогвартса? -тихо спросил он, останавливаясь в дверях.

Она слабо улыбнулась, не поворачиваясь:

-Пытаюсь увезти хоть что‑то, что удержит меня на ногах там. Но, кажется, таких вещей не существует.

Регулус вошёл, прикрыл за собой дверь и остановился, будто не решаясь подойти ближе.

-Тебе не нужны вещи для этого, -сказал он, и голос его был таким спокойным, что от этого спокойствия хотелось плакать. -Тебе нужно просто знать, что ты не одна.

Арабелла наконец повернулась. В его глазах было столько тепла, столько готовности забрать хоть часть её страха на себя, что ей стало почти больно.

Он сделал шаг вперёд, потом ещё один, и вдруг, не спрашивая, не давая ей шанса возразить, наклонился, будто хотел поцеловать её, будто этот поцелуй мог стать тем самым щитом, которого ей так не хватало.

Но она чуть отстранилась, подняв ладонь, не грубо, но твёрдо, ровно настолько, чтобы остановить.

-Не надо, Регулус, -прошептала она, чувствуя, как дрожат пальцы. -Пожалуйста, не сейчас.

Он замер, не дойдя каких‑то нескольких сантиметров, и в его взгляде мелькнуло что‑то похожее на стыд.

-Прости… Я подумал, что… что это поможет.

-Это не поможет, -тихо сказала она, опуская ладонь и глядя ему прямо в глаза, чтобы он увидел, что она не отталкивает его из жестокости. -Это только всё запутает.

Регулус побледнел, будто она ударила его, но не отступил:

-Я понимаю. Прости. Я… я просто хотел хоть как‑то тебя удержать.

Арабелла покачала головой:

-Дело не в том, что я не ценю этого. Ты… ты самый надёжный человек из всех, кого я знаю. И мне так тепло от того, что ты рядом. Но у меня… у меня всё ещё есть чувства к Тео. И они не исчезли. И в то же время… ты мне тоже небезразличен. И если мы сейчас сделаем вид, что поцелуй всё исправит, мы только испортим то, что у нас есть. То, что действительно важно.

Регулус медленно кивнул, будто каждое слово отдавалось в нём эхом:

-Понимаю. Не хочу быть тем, кто заставляет тебя выбирать. Особенно сейчас, когда тебе и так приходится выбирать между тем, чтобы выжить, и тем, чтобы остаться собой.

Арабелла опустила голову, чувствуя, как к глазам подступают слёзы, но не дала им пролиться.

-Прости, что всё так сложно.

-Не извиняйся за то, что чувствуешь, -тихо сказал он. -Сложность, это не твоя вина.

Они стояли друг напротив друга, и между ними не было ни обиды, ни неловкости, только горькое понимание того, что иногда самое правильное, это не делать шаг вперёд, а просто остаться рядом.

И вдруг Регулус глубоко вздохнул, будто собирался с духом, чтобы сказать что‑то тяжёлое:

-Меня тоже вызывают в менор. Люциус прислал сову сегодня утром. Мы едем вместе.

Арабелла замерла, и на секунду весь её внутренний хаос будто стих, уступая место одному‑единственному слову: «Вместе».

-Вместе? -переспросила она, будто боялась, что ослышалась.

Он кивнул:

-Да. Карета будет ждать у ворот завтра на рассвете. И я не позволю тебе ехать одной. Даже если ты будешь всю дорогу молчать. Даже если будешь смотреть в окно и делать вид, что меня там нет. Я буду сидеть напротив и просто… быть.

По щеке Арабеллы всё‑таки скользнула слеза, но она не стала её вытирать. Вместо этого она шагнула вперёд и крепко обняла Регулуса, не как того, к кому тянет сердце, а как того, кто держит тебя, когда земля уходит из‑под ног.

-Спасибо, -прошептала она ему в плечо. -Просто… спасибо, что не требуешь от меня больше, чем я могу дать.

Он обнял её в ответ, осторожно, бережно, будто она была из тонкого стекла:

-Мне не нужно больше. Мне достаточно знать, что тебе важно, что я здесь.

Они отошли друг от друга, и Арабелла снова посмотрела на чемодан. Теперь он уже не казался такой бездонной пропастью.

-Поможешь мне собрать только самое нужное? -спросила она с лёгкой, почти незаметной улыбкой.

Регулус улыбнулся в ответ, тоже нешироко, но искренне:

-Конечно. Возьмём то, что согревает: тёплый шарф, книгу, которую можно читать, чтобы не думать, и… может быть, плитку шоколада. На случай, если там не будет сладкого.

Арабелла кивнула, и впервые за последние дни страх не сжал её сердце в ледяной кулак, он просто остался где‑то на краю сознания, как тёмная туча, которую пока не видно за горизонтом.

Они быстро и спокойно собрали самое необходимое. Когда чемодан защёлкнулся, в комнате повисла тишина, не напряжённая, а ровная, будто они наконец нашли точку опоры.

-Завтра будет тяжело, -тихо сказал Регулус, глядя на чемодан, как на предвестника бури.

-Да, -ответила Арабелла, выпрямляя спину и поднимая подбородок чуть выше. -Но мы справимся. Потому что мы не одни.