Больше, чем просто пациент

Прошел ровно год с того дня, как они обменялись кольцами у озера под светом сотен фонариков. Семейные будни вошли в удивительно уютное и привычное русло. Лиён уже давно перестала смущаться того факта, что Чонин, стоило им переступить порог пентхауса, предпочитал ходить по дому исключительно в комфортных домашних шортах, демонстрируя идеальный пресс и ничуть не стесняясь её взглядов.В день первой годовщины Лиён вернулась домой с дежурства, ожидая провести тихий вечер за ужином. Но едва она открыла дверь, как в прихожей её встретила тишина и... два элегантных конверта на тумбочке, перевязанные шелковой лентой.
Чонин вышел из спальни — как обычно, без футболки, с влажными после душа волосами и мягкой улыбкой на губах. Он подошел бесшумно, обнимая её со спины и укладывая подбородок ей на плечо.
— С годовщиной, чаги, — тихо прошептал он на ухо.
Лиён удивленно посмотрела на конверты, а когда открыла их, у неё перехватило дыхание. Внутри лежали билеты на Бали в бизнес-класс и бронь на уединенную виллу с выходом к океану.
— Йени... Это же... Мы же не планировали никуда лететь! — ахнула она, поворачиваясь к нему лицом.
Чонин мягко улыбнулся, заправляя выбившуюся прядь её волос за ухó.
— Мы оба пахали этот год как сумасшедшие. Заслужили, — просто и уверенно ответил он. — Никаких графиков, камер, продюсеров и больниц. Только две недели тропического солнца, океана и мы вдвоем. Ты согласна сбежать со мной на край света?
Лиён смотрела на него — на его расслабленный вид, на этот чертовски притягательный образ домашнего «лисёнка», который ради неё был готов свернуть горы, и внутри всё сжалось от переполняющей любви.
Она обвила руками его шею, с легкой улыбкой скользя взглядом по его рельефным плечам и опущенным уголкам глаз.
— Эх, лисёнок... — выдохнула она, качая головой. — Всё-таки ты чертовски красивый. Как я вообще умудрилась отхватить такого мужа?
Чонин тихо и самодовольно рассмеялся, крепко прижимая её к себе за талию и поднимая над полом, заставляя звонко рассмеяться в ответ.
— Тебе просто повезло с фанатом номер один, — подмигнул он, прежде чем накрыть её губы долгим, нежным поцелуем, знаменующим начало их лучшего отпуска.
Первые дни на Бали пролетели как в ярком сне. Уединенная вилла с бассейном утопала в экзотической зелени, а шум океана за окном стал их лучшим саундтреком.
Утром они отправились исследовать живописные местные рынки и сады. Воздух был густым от ароматов тропических цветов и спелых фруктов. Местные жители встретили их с улыбкой, сразу же надев на шеи традиционные венки-леи из ароматных белых франжипани и ярких орхидей.
Лиён, с восторгом разглядывая цветы, решила запечатлеть этот момент. Она достала телефон, включила фронтальную камеру и встала рядом с Чонином, вытягивая руку для совместного селфи.
— Смотри сюда, лисёнок, улыбнись! — задорно командовала она, выстраивая кадр.
Но в следующую секунду Чонин перехватил её запястье, резко изменив угол камеры, и вместо позирования для фото притянул её к себе за талию. Его губы неожиданно и страстно накрыли её губы в тот самый момент, когда телефон капризно щёлкнул затвор, запечатлев этот смазанный, но невероятно живой и счастливый поцелуй.
Лиён шутливо пихнула его в грудь, смеясь и пряча запылавшие щеки:
— Эй! Я вообще-то кадр настраивала!
— А получился лучший кадр в твоей галерее, — самодовольно ухмыльнулся Чонин, поправляя цветок в её волосах и прижимая к себе ещё ближе.
На следующий день, после долгих уговоров и обещаний «никаких экстремальных серфингов», Чонин уговорил Лиён арендовать ярко-красный кабриолет, чтобы прокатиться по живописным серпантинам острова.
Они мчались по дороге, усыпанной тропическими пальмами, с которых открывался захватывающий дух вид на бесконечный океан и изумрудные рисовые террасы. Ветер трепал их волосы, а из колонок тихо играла любимая музыка.
Лиён сидела на пассажирском сидении, высунув руку наружу и ловя теплые потоки воздуха. Её лицо сияло от восторга, а глаза вовсю блестели, когда она восторженно указывала то на скалистые обрывы, то на живописные долины:
— Йени, посмотри туда! Ты видишь этот океан?! Это же просто нереально!
Она повернулась к нему, ожидая разделить этот восторг, но столкнулась с тем, что Чонин вообще не смотрел на дорогу. Одной рукой легко удерживая руль, он повернул голову к ней, и его взгляд был прикован вовсе не к пейзажам. В его глазах читалось столько тихой, всепоглощающей нежности, что у Лиён на секунду перехватило дыхание.
— Вижу, — тихо и с улыбкой ответил Чонин, переплетая свои пальцы с её свободной рукой.
— Ты вообще на дорогу смотришь, сумасшедший? — смущенно рассмеялась Лиён, чувствуя, как щеки заливает краска.
— Зачем мне смотреть на океан, если самое красивое создание на свете сидит прямо рядом со мной? — подмигнул он, возвращая взгляд на дорогу, но ладонь из своей так и не выпустил, ведя машину навстречу закату.
Солнечные дни на Бали пролетали как одно мгновение, наполненное смехом, соленым бризом и бесконечными приключениями. Одним из самых ярких испытаний для них стали попытки покорить океанские волны.В первые дни доска казалась самым непослушным предметом на свете: Лиён больше времени проводила под водой, барахтаясь в белой пене, чем на гребне волны. Чонин, который схватил базовые навыки чуть быстрее, терпеливо ждал её у кромки прибоя, поддерживая и подбадривая со смехом.
Но на третий день упорных тренировок произошло то, чего она не ожидала. Поймав нужный момент и правильную волну, Лиён резко вскочила на доску, балансируя руками. Океан подхватил её, неся вперед с бешеной скоростью. На её лице одновременно читался и шок, и восторг. Проехав несколько метров по красивой, пологой волне, она с победным криком рухнула в воду, но это был настоящий триумф!
Чонин подплыл к ней на своей доске, сияя от гордости еще больше, чем она сама.
— Ты видела себя?! — восторженно крикнул он, подплывая ближе и помогая ей вынырнуть. — Моя жена — прирожденный серфер!
Вернувшись на виллу после целого дня под палящим солнцем, они свалились на диван в гостиной. От усталости и соленой воды не осталось и следа, но вскоре Лиён заметила одну деталь: из-за того, что Чонин наотрез отказался мазаться кремом с защитой , его плечи и нос заметно покраснели от агрессивного экваториального солнца.
Он сидел на диване с закрытыми глазами, тихо морщась, когда Лиён принесла из ванной охлаждающий крем после загара.
Она аккуратно опустилась перед ним на коленки и выдавила прохладную белую текстуру на ладони. Чонин приоткрыл один глаз, лениво улыбнувшись.
— Ну что, великий айдол, доигрался? — с нежной укоризной вздохнула Лиён, бережно и мягко распределяя крем по его обгоревшим плечам. — Кто же так загорает? Теперь будешь как спелый томатик.
Чонин тихо рассмеялся, но от приятной прохлады тут же расслабился. Не открывая глаз, он капризно протянул руки, обхватив её за талию и легко притягивая к себе ближе, чтобы она оказалась прямо у него на коленях.
— Зато ради таких каникул с тобой я готов хоть сгореть, хоть на край света уплыть, — прошептал он, утыкаясь лбом ей в плечо.
Лиён улыбнулась, отложила тюбик в сторону и, обняв его за шею, оставила мягкий, успокаивающий поцелуй на его раскрасневшемся носу, зная, что даже с обгоревшим носом он оставался самым любимым и родным человеком на свете.