Тени закатного солнца

Сегодня мне исполнилось ровно двадцать лет. Эта цифра казалась мне чем-то удивительным, почти нереальным. Если бы еще полгода назад, когда моя жизнь рушилась под ударами мафиозных разборок, мне сказали, что свой юбилей я буду встречать в залитом солнцем Нью-Йорке, в абсолютной безопасности, будучи мамой прекрасной десятимесячной малышки и невестой мужчины, ради которого бьется мое сердце, я бы решила, что это сумасшедший сон.

Мы вернулись с заснеженного севера уже несколько месяцев назад. За это время Влас и мой брат Арес окончательно навели порядок в городе, зачистив остатки вражеского клана Жени. Наша жизнь плавно вошла в спокойное, мирное русло. За эти месяцы нашего возвращения мы уже давно успели восполнить всё то время, что провели в разлуке. Наша физическая близость давно перестала быть голодной и отчаянной, как в первые дни после воссоединения; она стала глубокой, уверенной и регулярной, наполненной нежным знанием тел друг друга. И всё же, несмотря на то что мы делили каждую ночь, сегодняшнее утро ощущалось как-то по-особенному.

Я проснулась от ласкового прикосновения утреннего солнца, которое пробивалось сквозь плотные портьеры нашей спальни. В воздухе витал тонкий, едва уловимый аромат свежести и... цветов. Я повернулась на бок, сладко потягиваясь на шелковых простынях, и обнаружила, что место рядом со мной пустует. Власа уже не было в постели, но простыня с его стороны всё еще сохраняла тепло.

Вдруг дверь нашей спальни тихонько скрипнула. Я приподнялась на локтях, и мое сердце мгновенно заполнилось щемящей нежностью от представшей картины.

В комнату медленно вошел Влас. Наш грозный Дон мафии, перед которым трепетал весь криминальный мир города, сейчас выглядел невероятно мягким и взволнованным. В одной руке он бережно держал Изабеллу, одетую в забавное белое платьице с кружевами, а в другой... В другой у него был просто колоссальный, невероятных размеров букет из нежно-розовых пионов и белоснежных гортензий. Он был настолько огромным, что из-за него едва виднелось лицо моего мужчины. Наша маленькая Изабелла, заметив, что я проснулась, радостно взвизгнула, замахала крошечными ручками и забавно заболтала на своем детском языке.

— С днем рождения, моя любимая девочка, — тихо, с невыразимой теплотой произнес Влас, проходя к кровати.

Он бережно положил этот гигантский букет на край постели, наполнив всю спальню пьянящим ароматом весеннего сада, а затем опустился на колени прямо перед кроватью. Влас посадил Беллу рядом со мной на простыни, и наша малышка тут же поползла ко мне, уткнувшись своим теплым носиком в мою щеку.

— С юбилеем, родная, — Влас нежно обнял нас обеих своими огромными руками, прижимая к своей широкой груди. Он коснулся моих губ долгим, мягким поцелуем, в который вложил всю свою нежность. — Тебе сегодня двадцать. И я обещаю, что это десятилетие станет самым счастливым в твоей жизни. Мы оставили все страхи позади.

— Спасибо, мой хороший, — прошептала я, обнимая его за шею, чувствуя, как слезы чистой, ослепительной радости катятся по моим щекам. — Вы — мой самый лучший подарок.

Этот праздничный день мы решили провести исключительно втроем. Никаких телефонов, никаких рабочих встреч, никаких разговоров о бизнесе и делах клана. Весь огромный мир с его суетой остался за бронированными дверями нашего особняка, а внутри существовали только мы.

После легкого завтрака, который Влас лично приготовил для нас, мы переместились в просторную гостиную. На полу был расстелен мягкий пушистый ковер, повсюду лежали игрушки нашей десятимесячной Изабеллы. Белла в последнее время стала невероятно активной. Она уже вовсю ползала, исследовала каждый угол и постоянно пыталась подняться, цепляясь ручками за диваны и кресла.

Влас сел на ковер, вытянув ноги, а я устроилась рядом, положив голову ему на плечо. Малышка Белла в это время увлеченно играла с деревянной пирамидкой. Вдруг она отбросила игрушку в сторону, повернулась к нам и уверенно ухватилась пухлыми ручками за пальцы Власа.

— Ну-ка, принцесса, куда это ты собралась? — с улыбкой спросил Влас, помогая ей подняться на ножки.

Белла твердо встала, забавно балансируя своими пухлыми ножками на мягком ковре. Она посмотрела на Власа, потом повернула свою кудрявую головку ко мне и вдруг... отпустила его пальцы.

Мы с Власом мгновенно затаили дыхание. Наступила абсолютная, звенящая тишина.

Наша маленькая Изабелла сделала один неуверенный шаг вперед. Её ручки были широко расставлены в стороны для равновесия, личико выражало предельную концентрацию. Шаг. Еще один. Огромные серые глаза, точь-в-точь как у отца, победно блеснули. Она сделала третий, самый решительный шаг и со счастливым писком повалилась прямо в мои раскрытые объятия!

— Боже мой! — вскрикнула я, прижимая дочку к себе и покрывая ее личико поцелуями. — Влас, ты видел?! Она пошла! Она сделала свои первые шаги!

Влас замер на секунду, а затем на его лице расплылась такая невероятная, гордая и счастливая улыбка, какой я не видела у него никогда. Он опустился на колени рядом с нами, обнял нас, и я почувствовала, как его плечи мелко вздрогнули от переполнявших его эмоций.

— Моя умница... моя сильная девочка, — хрипло прошептал Влас, целуя крошечные пальчики дочки. — Настоящая маленькая победительница. Она сделала это в твой день рождения, Афина. Это лучший подарок для нас обоих.

Мы провели этот день, смеясь, играя и празднуя это маленькое, но такое грандиозное семейное событие. Влас без устали помогал Изабелле делать новые шаги, страхуя ее своими огромными ладонями, а я фотографировала их на телефон, зная, что эти кадры станут самыми ценными в нашем семейном альбоме.

Ближе к вечеру атмосфера в доме начала меняться. Наш уютный кокон тихонько приоткрылся для тех, кого мы любили не меньше.

Около семи вечера к воротам особняка начали подъезжать машины. Вскоре наш просторный дом наполнился тем самым веселым, шумным и родным гомоном, по которому я так соскучилась. Приехали все наши друзья. Мой старший брат Арес вошел в гостиную первым, крепко обнял меня и вручил потрясающую картину. Ева, младшая сестра Власа, буквально влетела в комнату с огромным домашним тортом, который она пекла всю ночь. Следом зашли наши любимые пары: Сара с Джошем, Эмма с Итаном и, конечно же, вечно неунывающий Алекс, который тут же начал громко поздравлять меня с юбилеем.

— Ну что, двадцатилетняя старушка!—хохотал Алекс, вручая мне огромную коробку с книгами. — Принимай поздравления! Мы приехали, чтобы устроить лучший вечер!

— И мы никуда не уедем до утра, даже не надейся, — со смехом добавила Сара, обнимая меня и заговорщически подмигивая Власу. — Мы уже забронировали все гостевые комнаты в этом доме! Будем праздновать до рассвета!

Мы все переместились в большую гостиную. В камине весело потрескивали дрова, на столе красовались изысканные закуски, легкие салаты и бутылки с хорошим вином. Изабелла, почувствовав всеобщее внимание, вовсю красовалась перед гостями, демонстрируя свои новые навыки. Под громкие аплодисменты и восторженные крики друзей она сделала несколько неуверенных шагов от дивана к Аресу, который с гордостью подхватил племянницу на руки.

— Ну, Влас, держись, — смеялся Джош, хлопая друга по плечу. — Скоро твоя принцесса будет убегать от охраны со скоростью ветра.

Семейные посиделки затянулись до глубокой ночи. Мы пили вино, смеялись, вспоминали наши сумасшедшие школьные годы, наши побеги на старый пирс и то, как сильно мы изменились за это время.

Настало время дарить подарки. Ребята по очереди подходили ко мне, вручая невероятно теплые, продуманные сюрпризы. Эмма и Итан подарили изящный золотой браслет с гравировкой, Сара и Джош — потрясающий набор для рисования, а Ева преподнесла альбом ручной работы с нашими общими детскими фотографиями.

Влас стоял чуть поодаль, загадочно улыбаясь и держа на руках засыпающую Изабеллу. Когда все подарки были вручены, он передал спящую дочку Еве, которая аккуратно унесла ее в детскую спальню, а сам подошел ко мне.

В его руке была небольшая, изящная черная коробочка с логотипом известного автомобильного бренда.

— Ну что, Афиночка, — тихо произнес Влас, и вся гостиная мгновенно затихла. — Мой подарок остался напоследок. Нам нужно выйти во двор.

Ребята радостно зашумели, накидывая куртки, и мы всей толпой вышли на заснеженную подъездную дорожку нашего особняка. Ночь была звездной, морозной и тихой.

Посреди двора, под мягким светом уличных фонарей, стояла она.

Потрясающий, невероятно стильный и мощный внедорожник — матово-черный Porsche Cayenne последнего поколения. Машина выглядела просто космически: агрессивные, но элегантные линии кузова, тонированные стекла, огромные диски. На капоте автомобиля красовался гигантский нежно-розовый бант.

У меня буквально перехватило дыхание. Я замерла на месте, прикрыв рот ладонями.

— Влас... — прошептала я, поворачиваясь к нему. — Это... это мне?

— Тебе, моя жизнь, — Влас вложил в мою ладонь тяжелый брелок с ключами. — Это не просто крутая машина. Я лично заказывал ее модификацию. Здесь установлена самая надежная в мире система бронирования, пуленепробиваемые стекла и усиленная подвеска. Я хочу, чтобы когда вы с Изабеллой едете по городу, ты чувствовала себя в полной безопасности. Ты заслуживаешь лучшего, Афина.

— Обалдеть! — присвистнул Алекс, обходя машину кругом. — Влас, ты превзошел сам себя.

Я бросилась на шею Власу, крепко обнимая его и целуя в щеки. Я была переполнена эмоциями: радостью, удивлением, восторгом и невероятной, щемящей благодарностью к этому мужчине, который думал о нашей безопасности каждую секунду.