Брак по Расчëту

Утро перед встречей с семьёй Бан Хаын встретила в одиночестве.

Мать заглядывала трижды — предлагала надеть другое платье, поправить макияж, уложить волосы иначе. Хаын каждый раз спокойно отказывалась.

— Я сама справлюсь, — сказала она в третий раз, и мать ушла, вздыхая.

Хаын стояла перед зеркалом в элегантном образе без вырезов и украшений :

Волосы распущены, но аккуратно приглажены. Макияж — только тушь и прозрачный блеск.

«Невеста без претензий», — подумала она и чуть улыбнулась своему отражению.

Она взяла маленькую сумку, положила телефон и пару мятных леденцов. Всё.

— Ты готова? — спросил отец, когда она спустилась.

— Да, — кивнула Хаын.

Родители переглянулись. Мать снова заплакала. Хаын подошла и мягко обняла её.

Когда она вышла из комнаты, родители уже ждали внизу. Мать снова всплакнула, увидев её.

— Ты такая красивая, доченька…

— Спасибо, — спокойно ответила Хаын и направилась к выходу.

Отец остановил её у двери.

— Хаын… будь вежлива. Не перечь. Они — важные люди.

— Я знаю, — кивнула она. — Я не дура.

В машине, которую прислали из особняка, Хаын смотрела в окно. Дорога была долгой. Город сменился предместьями, потом высокими заборами и строгими воротами. Особняк семьи Бан выглядел внушительно: серый, минималистичный, дорогой. Никакой показной роскоши — только статус и сила...

«Вкус у этой семьи есть, — подумала Хаын. — Хотя бы это».

Хаын вышла из машины и направилась к входу.

Её провели в гостиную, где уже ждали. Родители Бан Чана сидели на дорогом диване, держась с королевским достоинством. Мать — высокая, худая, с идеальной укладкой и холодным взглядом. Отец — седовласый, важный, с цепкими глазами бизнесмена.

Хаын вошла, остановилась и слегка поклонилась.

— Здравствуйте. Меня зовут Квон Хаын.

— Садись, — сказала женщина.

Хаын села на край дивана, выпрямив спину.

— Ты очень молода, — заметил отец Бан.

— Мне девятнадцать, — спокойно ответила Хаын.

— Почему Кристофер выбрал именно тебя? — в голосе матери звучало недоверие.

— Я не знаю, — честно ответила Хаын. — Возможно, у него есть свои причины. Я не спрашивала.

Мать Бан фыркнула:

— Скромность — это хорошо. Но в нашей семье нужна уверенность.

— Я честная. Если вы спрашиваете — я отвечаю.

Отец Бан усмехнулся, но холодно.

— Чем занимаешься?

— Учусь на химическом факультете. Хочу открыть своё дело — органическую косметику. У меня стипендия.

— Косметика, — мать Бан обменялась взглядом с мужем. — В нашей семье женщины не работают. Ты будешь женой наследника. Твоя задача — поддерживать статус. Бывать на мероприятиях. Улыбаться.

Хаын выдержала паузу.

— А если я хочу большего?

— Ты получила большее, когда Кристофер выбрал тебя, — холодно ответила мать. — Не путай удачу с амбициями.

Хаын промолчала. Внутри кольнуло, но она сдержалась. Сейчас не время.

— Я понимаю.

— Хорошо, — отец Бан поднялся. — Сегодня вечером встретишься с Кристофером. Постарайся произвести хорошее впечатление.

Хаын снова кивнула.

Она пробыла в гостиной ещё полчаса, слушая наставления матери Бан о том, как должна вести себя жена наследника, какие бренды носить, куда улыбаться и когда молчать. Хаын слушала, запоминала и мысленно отмечала: «Это будет моя жизнь. Год. Всего год».

Через час её проводили в кабинет ждать Бан Кристофера Чана.

В кабинете

Кабинет впечатлял — огромный, строгий, стеклянный. Никаких лишних вещей, только стол, кресла и стеллажи с документами. Хаын стояла у окна, разглядывая сад.

Она ждала минут двадцать. Спокойно, без нервов. Пальцы слегка постукивали по подоконнику, но лицо оставалось невозмутимым.

Дверь открылась.

Хаын обернулась.

На пороге стоял он.

Бан Кристофер Чан.

На самом деле он оказался… не таким, как она представляла. В новостях она видела только холодные, деловые фото — строгие костюмы, непроницаемое лицо. Но вживую он выглядел иначе:

Высокий. Плечистый. Темные волосы немного растрёпаны, будто он только что провёл рукой по голове. Идеально сидящий костюм подчёркивал фигуру, но внимание привлекало другое — его глаза. Тёмные, глубокие, смотрели на неё с холодным любопытством.

«Боже, — подумала Хаын, — в новостях он выглядел страшнее. Здесь он просто… красивый».

Она моргнула и выбросила эту мысль.

Бан Чан остановился в нескольких шагах, окинув её взглядом с головы до ног. Без улыбки.

— Квон Хаын, — сказал он, и голос оказался глубоким, низким, без эмоций. — Садись.

Он указал на кресло перед своим столом, но сам не сел. Вместо этого подошёл к окну — туда, где только что стояла она.

Хаын спокойно села, сложив руки на коленях, и ждала.

Бан Чан стоял спиной к ней, глядя в сад. Молчал так долго, что тишина стала почти звонкой. Хаын не нарушала её. Она просто сидела, разглядывая его силуэт, и ждала.

Наконец он повернулся.

— Ты не похожа на фото.

— Фото делали два года назад. Я изменилась, — ответила она.

— Похорошела?

— Поумнела, — сказала она ровно. — Надеюсь, вас это устроит.

На его лице мелькнуло удивление. На секунду. Потом маска вернулась.

— Ты знаешь, что это за брак?

— Контракт, — ответила Хаын. — Вы покрываете долги моей семьи. Я становлюсь вашей женой на год. После развода получаю деньги и свободу.

Он чуть склонил голову:

— Ты всё просчитала?

— Пыталась. Но у меня недостаточно информации о вас.

Бан Чан шагнул ближе, остановился напротив.

— Что ты хочешь знать?

— У вас есть сердце? — спросила она прямо.

Он замер. Тишина в кабинете сгустилась.

— Что?

— Я слышала, что у вас вместо сердца — сейф с деньгами, — спокойно сказала Хаын. — Хочу знать правду. Чтобы понимать, как с вами общаться.

Бан Чан смотрел на неё долго. Так долго, что Хаын почти пожалела о сказанном. Но уголок его губ дёрнулся — не улыбка, почти усмешка.

— Ты смелая, — сказал он. — Или глупая.

— Я математик, — ответила она. — Люблю точные данные. Всё, что касается нашего брака, должно быть просчитано.

Он отошёл к столу, сел в кресло.

— Хорошо. Будем честны. — Он сложил руки. — Я не ищу любви. Я ищу удобный брак. Ты молодая, умная, без скандалов. Подходишь для статуса жены наследника.

Хаын кивнула.

— Разумно. Я тоже не ищу любви. Я ищу свободу и деньги на своё дело. После развода уйду.

— Договорились.

Они смотрели друг на друга через стол. Два человека, заключившие сделку.

— У тебя есть вопросы? — спросил он.

— Много, — сказала Хаын. — Но я пока не знаю, стоит ли их задавать.

— В течение года ты можешь задать любой вопрос. Ответ зависит от вопроса.

Хаын улыбнулась — чуть заметно.

— Запомню.

Он встал.

— Завтра подпишем документы. Через неделю — свадьба. Ты готова?

Хаын встала, поправила платье, посмотрела ему в глаза.

— Я никогда не буду готова выйти замуж за незнакомца. Но я готова к реальности.

Он смотрел на неё с непонятным выражением. В глазах мелькнуло что-то человеческое. Всего на миг.

«Интересно, — подумала Хаын. — Лёд можно растопить? Или он заморожен навсегда?»

Она спокойно вышла, оставив его одного.