Треснувшая чашка.
09.06.2025 год.
Кухня Каивано. Поздний вечер, около 23:00.
Шираиши вернулся из командировки на день раньше и не в духе. Камуи моет посуду после позднего ужина, стараясь производить как можно меньше звука. Хироку сидит за столом с учебником по биологии, делая вид, что поглощен параграфом о митозе, хотя на самом деле он просто считает капли воды, падающие из крана. Хьюго делал рефераты для университета на 2 этаже. Где-то в комнатах бродила цуёи, она покачивалась из стороны в сторону. Хару сидел на ступеньками перед раскрытыми дверьми кухни и наблюдал. Лика сидела в своей комнате и выбирала сериал на вечер.
Камуи тянется за своей любимой кружкой-старой, бело-голубой, с едва заметной трещинкой у ручки, которую она бережет еще из прошлой жизни, до удочерения. Пальцы соскальзывают с мокрой полки. Время замедляется. Кружка летит вниз. Звук бьющейся керамики в абсолютной тишине дома звучит как выстрел.
Шираиши даже не оборачивается полностью. Его плечи напрягаются, багровая масса волос резко вздрагивает. Он медленно поворачивает голову, и его тёмно-фиолетовые глаза за стеклами очков сужаются до черных точек, -Кто-голос лишен вопросительной интонации, это чистый лед,-позволил себе быть настолько неуклюжим?- В этом слове «кто» уже заложен приговор. Для него звук разбитой посуды-это личное оскорбление, нарушение идеального порядка вселенной.
Хьюго появляется в дверном проеме через секунду после отца, скрестив руки на груди. На его губах играет холодная, оценивающая усмешка. Ему плевать на кружку, но ему нравится динамика власти.-Аккуратней, мусор,- лениво бросает он, глядя мимо Камуи прямо на Хироку, -Или ты хочешь заставить отца собирать эти осколки твоими волосами?-Это провокация. Тест на то, кто моргнет первым.
Цуёи стоит там уже несколько минут, держась за перила, привлеченная звуком. От нее пахнет дешевым вином. Она смотрит на осколки на полу, затем на свои тонкие пальцы, и её лицо остается абсолютно пустым. Осколки для неё ничем не отличаются от её собственного отражения-такие же острые и бесполезные. Она разворачивается и уходит обратно в коридор, бесшумно ступая босыми ногами. Её уход тяжелее любого крика.
Лика картинно морщит носик, переступая порог кухни, -Фу, какой грохот. Я только-только настроилась смотреть сериал,-. Она проходит мимо замершей Камуи, задевая её плечом, наклоняется и поднимает самый крупный синий осколок. -Пап, смотри, этот осколок похож на экзотическую птицу,-Она протягивает его Шираиши с детской непосредственностью, ожидая похвалы за свою «милую» находку. Ей искренне непонятен масштаб трагедии, ведь разбилось не её имущество.
Хару до этого момента он молчал, подперев подбородок кулаком. Но когда Лика начинает кокетничать с отцом над грудой мусора, уголки его губ дергаются вверх в хищном оскале. Ему скучно. Разбитая чашка — это недостаточно интересно. Он спрыгивает с лестницы, намеренно тяжело приземляясь. Подходит к куче осколков и с силой давит на один из них подошвой тяжелого ботинка. Раздается хруст пластика.-Скучно,- констатирует он, глядя на побледневшую Камуи.-Я думал ты порежешь себе руки
Харухи прячется за спиной матери. У него дрожит нижняя губа, а фиолетовые глаза наполняются слезами. Он не понимает правил взрослых, но чувствует первобытный ужас, -Не кричи на маму,-пищит он тоненько, пытаясь загородить Камуи собой.-Она не хотела,- Это самая опасная фраза вечера. Прямой вызов отцу ради защиты «не-своего» ребенка.
Учебник закрывается с глухим стуком. Хироку не встает резко. Он просто плавно перетекает из-за стола на пол. Опускается на корточки рядом с Камуи и Харухи. Он ничего не говорит ни отцу, ни братьям. Не пытается их остановить или защитить словами. Вместо этого он мягко, но уверенно кладет ладонь на плечо Камуи, чуть сжимая его-знак того, что он здесь, между ней и острыми зубами семьи. Другой рукой он аккуратно берет ручку Харухи и засовывает её мальчику в карман худи, чтобы тот перестал теребить ткань от страха. Затем Хироку опускает взгляд на пол. Медленно, методично, голыми пальцами он начинает собирать самые мелкие, почти невидимые фарфоровые крошки, складывая их в аккуратную горстку. Он делает это так сосредоточенно, словно спасает чьи-то жизни. Его движения тихие, ритмичные, они создают новый фоновый шум, который постепенно перекрывает повисшее напряжение.
Шираиши переводит свой тяжелый фиолетовый взгляд с дерзкого сына на полу на коленях, потом на плачущего Харухи, потом на бледную Камуи. Порядок нарушен трижды. Взгляд отца останавливается на руках Хироку, бережно собирающих пыль. На долю секунды во взгляде Шираиши мелькает нечто похожее на усталость, граничащую с брезгливостью. Он ненавидит этот бессмысленный альтруизм. -Хироку, выброси это всё,-цедит отец сквозь зубы, отворачиваясь,-А ты....-он указывает длинным пальцем на Камуи,- Чтобы через пять минут вся кухня блестела. Иначе будешь драить полы во всём особняке зубной щёткой.
Когда тяжелые шаги отца удаляются по коридору, Лика закатывает глаза и уходит досматривать сериал. Хару разочарованно фыркает-шоу оказалось предсказуемым и без крови. Хьюго молча собирает уходит, даже не поворачивая взгляд на троицу. А Хироку всё еще сидит на полу. Когда опасность миновала, его плечи наконец опускаются, и он тихо, прерывисто выдыхает, прижимаясь лбом к краю кухонного стола. Рядом с ним Харухи беззвучно всхлипывает, вцепившись в рукав его мешковатого худи.