Харухи. Случайный сын
Харухи Каивано-это самый незамутненный, теплый и хрупкий элемент в ледяной архитектуре этого дома. В свои семь лет он выглядит как солнечный зайчик, случайно запертый в пыльной старинной шкатулке.
Волосы: Его волосы короткие, едва достающие до ушей, но при этом густые и непослушные. Они блондинистые, цвета свежего липового меда или светлой пшеницы на рассвете. Структура волос мягкая, слегка волнистая от природы, из-за чего они постоянно пушатся и встают дыбом на макушке «антеннами», сколько бы Камуи ни пыталась пригладить их мокрой расческой. У него есть привычка постоянно теребить челку пальцами, когда он задумывается, отчего она всегда стоит немного торчком, придавая ему вечно удивленный вид.
Лицо и глаза: У Харухи круглое, по-детски пухлое лицо с мягкими щеками, которые вспыхивают румянцем от малейшего волнения или бега. Кожа очень светлая, почти фарфоровая, но теплая на ощупь. Губы полные, часто чуть приоткрытые в немом изумлении перед миром. Главное сокровище его облика-глаза. Большие, широко распахнутые, глубокого тёмно-фиолетового оттенка, точно такого же, как у отца, Шираиши. Но если во взгляде отца этот цвет несет холодную тяжесть обсидиана, то у внука он прозрачный, сияющий и влажный, напоминающий аметистовые кристаллы или сумеречное небо. Ресницы длинные, темные и загнутые кверху, бросающие тени на щеки. Взгляд Харухи чист и прям; он единственный в семье, кто смотрит людям прямо в зрачки без страха и желания спрятаться. В его глазах еще нет взрослой настороженности, только бесконечное любопытство и та самая детская вера в чудо.
Телосложение и пластика: Он невысокий (133 см), крепко сбитый для своего возраста, но не плотный. Фигура у него пропорциональная, руки и ноги кажутся чуть-чуть слишком длинными-верный признак того, что мальчик начал активно расти. Пластика Харухи выдает кипучую энергию, которую семилетнему телу пока трудно контролировать. Он редко ходит шагом-чаще всего он бежит вприпрыжку, скачет через одну ступеньку или кружится на месте просто потому, что линолеум показался ему достаточно скользким. Движения резкие, порывистые: он может внезапно замереть посреди комнаты, чтобы рассмотреть узор на обоях, а через секунду сорваться с места за пролетевшей мимо пылинкой. Когда он сидит смирно (что бывает редко), его нога все равно отстукивает ритм под столом, а пальцы выстукивают дробь по колену.
Руки: Пальцы у него маленькие, часто испачканные фломастерами, клеем ПВА или землей после игр на заднем дворе. Ногти коротко острижены, а костяшки вечно исцарапаны или покрыты свежими зеленками-следы активных игр. Руки никогда не бывают статичными: он постоянно что-то крутит в пальцах, собирает пирамидки из скрепок, мнет пластилин или тянется потрогать всё, что попадает в поле зрения.
Гардероб: Гардероб Харухи состоит из ярких, мягких и практичных вещей, которые резко контрастируют с мрачной элегантностью взрослых Каивано. Широкие футболки с принтами динозавров, космических ракет или супергероев, мягкие спортивные штаны с манжетами, удобные кроссовки со светящейся подошвой. Ткани простые-хлопок, футер, фланель. На рукавах и коленях часто видны художественные заплатки, поставленные заботливой рукой Камуи. От него пахнет яблочным соком и нагретым на солнце пластиком.
Голос: Харухи заполняет тишину гулкого дома своим присутствием. Голос у него звонкий, высокий, иногда срывающийся на петушиный крик от восторга. Он смеется громко, заливисто и совершенно беззастенчиво-звук, который кажется здесь почти святотатством, но именно он заставляет тяжелые шторы казаться чуть менее плотными.
Отношение к семье: Он еще не до конца понимает сложную, ядовитую механику отношений между братьями и родителями, но уже чувствует напряжение кожей. Инстинктивно он избегает подходить к Хару, жмется ближе к Хироку, чувствуя в нем тихую безопасность, и искренне любит Лику за её яркие платья и блестящие браслеты. При виде отца он инстинктивно выпрямляет спину и замолкает, пытаясь стать таким же правильным, как Хьюго, хотя природа наделила его совсем другим темпераментом.
В совокупности Харухи похож на маленького воробья, выпавшего из гнезда в глубокий сугроб. Он абсолютно чужероден этой генетической линии своей потребностью в тепле, свете и тактильном контакте. Его существование-это главная уязвимость семьи: глядя на его чистые фиолетовые глаза, даже каменное сердце Шираиши на долю секунды дает трещину, а уставшая душа Цуёи на мгновение вспоминает, каково это-чувствовать любовь, а не только боль.
Примечание от Сашеньки: Я дописал) На сегодня хватит φ(*￣0￣)